Лучший пост: гестия джонс Глаза зажмурив, она замирает и брызгам волн позволяет пробираться в волосы. У Гестии нет совсем никаких сил. Гестия хотела бы остаться сейчас в этом мгновении навсегда/ /в нем и исчезнуть. (читать дальше) Вверх Вниз

finite incantatem

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » finite incantatem » // косой переулок » нужные волшебники


нужные волшебники

Сообщений 1 страница 30 из 37

1


НУЖНЫЕ ВОЛШЕБНИКИ

в данной теме размещаются все полные заявки на персонажей, которых вы хотите видеть на форуме. шаблон для заявки ниже, да пребудет с вами удача на поиск нужного ♥

шаблон заявки

https://i.imgur.com/iKX5XTI.png

name surname
[год рождения, факультет'год окончания, место работы, лояльность; —// внешность: name surname]

информация о персонаже


дополнительно

пример вашего поста

текст поста тут

взять код
Код:
[quote][align=center][img]https://i.imgur.com/iKX5XTI.png[/img][/align]

[align=center][size=30][font=Yeseva one]name surname[/font][/size]
[font=Century Gothic][size=12][год рождения, факультет'год окончания, место работы, лояльность; —// внешность: name surname][/size][/font][/align][/quote]

[table layout=fixed width=100%][tr][td width=10%][/td]
[td width=80%]
[align=justify]информация о персонаже[/align]
[/td][td width=10%][/td][/tr][/table]
[hr]
[table layout=fixed width=100%][tr][td width=15%][/td]
[td width=70%]
[align=justify]дополнительно [/align]
[spoiler="пример вашего поста"]текст поста тут[/spoiler]
[/td][td width=15%][/td][/tr][/table]

+3

2

https://i.imgur.com/HyX09Tz.gif https://i.imgur.com/XRhZgNz.gif

dedalus and eva diggle
[1948//1951, hufflepuff'1966//69, место работы и лояльность на выбор; —// внешность: Milo Ventimiglia & Mandy Moore]

[indent]  [indent] // dedalus diggle
тебе четырнадцать, и я смотрю на тебя заинтересованным взглядом, потому что черт тебя подери, почему ты такой добрый? д о б р ы й - это так странно для меня, я не знаю, что такое сострадание, но рядом с тобой помогаю кентавру, который калечится в запретном лесу. ты старше на четыре года, у тебя совсем другой круг общения, ты живешь квиддичем, улыбаешься девочкам и не замечаешь никого, кроме евы.
[indent]  [indent] // eva turner
тебе одиннадцать, ты уже три года живешь в Лондоне, скучая по влажному и душному сан-франциско. все здесь не так: мода, еда, люди - слишком скучные, слишком с л и ш к о м. а потом случается Хогвартс, Дедалус подлетает к тебе на метле, когда во время урока полетов в твою сторону летит бладжер. ты его не благодаришь, а целуешь в щеку // что? так всегда делает твоя мать, и ты не понимаешь смешков сокурсников.
[indent]  [indent] // dedalus и eva
не может быть "и" между вашими именами, потому что он старше на три года, а ты обещана румынскому волшебнику. тебя он раздражает, а ты раздражаешь его, но вы ходите вместе в Хогсмид [он приглядывает за тобой, а ты прогоняешь его фанаток], а потом и на балы вместе приходите. ты возражаешь, когда он кладет руку тебе на талию, а он щетинится, когда ты целуешь, потому что "заткнись, диггл, я умею танцевать фокстрот".
а я смотрю на вас, закатываю глаза, потому что д о б р о т а - это так странно, но вы друг друга дополняете, пусть и не хотите этого замечать.

[indent]  [indent] // dedalus / eva
он выпускается из Хогвартса раньше, и ты вслед ему кричишь, что обязательно найдешь кого-то получше, а тайно скупаешь все новые выпуски "квиддич для всех", чтобы не дай Мерлин не увидеть его в объятиях очередной фанатки.
ты говоришь "да" своему жениху в 1969 году, а я предлагаю дедалусу сходить на свидание с кем-то еще. он мчится в Румынию на метле //какой осел; а ты не двигаешься с места, когда он говорит "полетели со мной". но руку ему даешь, садишься на метлу, а фата неприятно оттягивает твою прическу

[indent]  [indent] // dedalus & eva diggle
он - активный член ордена феникса, а ты свои мечты хоронишь за любовью, бьешься в стену, потому что не хочешь жить в страхе. мы работаем вместе с мунго, ты делишься со мной секретами, я тебе плачу тем же - рассказываю о том, что беспокоит, и помогаю, когда дедалус в очередной раз оказывается пьяным вдрызг и не может оставить бутылку в покое.
[indent]  [indent] я вижу в вас доброту, которая со временем начинает чернеть, тлеть и покрываться пылью. вы черствеете, друг друга не замечаете, потому что война пробралась под кожу, сковала движения и не дает вдохнуть полной грудью. я смотрю на вас и хочу напомнить, что вы - лучшая не-пара 1966 года, потому что если ваша любовь не выдержит, то что делать с моей?


я очень люблю эту пару и, если честно, мне абсолютно все равно, какие у вас фамилии, в каких вы находитесь отношениях до брака и после. вы можете изменить в этой заявке абсолютно все, кроме лиц и факта брака. мне хочется друзей, которые будут вместе, переживать кризис в отношениях, бороться в войне не только со злом, но и разочарованием. давайте сделаем их живыми без всяких мери-сью, широких жестов а-ля я для тебя весь мир куплю. просто будьте живыми, я настроена на любую игру [мы можем быть врагами, друзьями, родственниками даже]. хочу помогать дедалусу с его алкогольной зависимостью, поддерживать еву, когда она решится все-таки спеть перед публикой, а не только во время перевязок больных. живите вне моего персонажа и с ним тоже.
жду ♥

пример вашего поста

текст поста тут

Отредактировано Patricia Selwyn (2020-07-05 16:31:22)

+15

3

- - - - -
i'm      gonna     
love      you      until      you      hate      me
and      i'm      gonna      show      you      what's      really      crazy
you      should've      known      better
then      to      mess      with      me,      heartache     i'm      gonna      lie      to      you

https://i.imgur.com/RUFY6QE.gif https://i.imgur.com/UXPwOEv.gif https://i.imgur.com/2nSvuKm.gif

queenie goldstein
[1903, пакваджи, место работы и лояльность на выбор; —// iggy azalea]

[indent]  [indent] родителей ты теряешь слишком рано - чертова драконья оспа, - вы с сестрой с детства вместе, рука об руку, плечом к плечу, пока она не вырастает и не устремляется в Аврорат, а ты не теряешься перед возможностями. в твоей голове раздаются голоса, которые обуздать не сразу удается, но к совершеннолетию ты понимаешь, что от тебя хотят и что ожидают, оттого переживать остается не о чем. ты сестру Ньюту доверяешь, удостоверившись, что глуповатое выражение лица - это не маска, которую британец на себя в ее компании натягивает. а потом принимаешь предложение Гриндевальда, попадаешь под его влияние и видишь плюсы в том, что, казалось бы, раньше презирала // помнишь Якоба?
[indent]  [indent] ты сбегаешь от Гриндевальда в Англию, когда тот с Альбусом сражается и проигрывает. у тебя не так много сбережений и слишком громкое имя: выходишь замуж за первого чудака, спустя время от него избавляешься и на наследство бизнес свой начинаешь. тебя никто по фамилии не знает, ты с каждым днем становишься все краше, и окружающие понятия не имеют, что во всем виновата магия, которой ты заигрываешься. гонишься за молодостью, сердце свое иссушая, к пятидесятым ментально тебе уже около сотни, но не останавливаешься: мази изобретаешь, лучшую косметику производишь и талантливых волшебников к себе зазываешь, чтобы потом в их окружении себя моложе о щ у щ а т ь.
[indent]  [indent] когда мы знакомимся, тебе уже семьдесят, а выглядишь ты все еще на свои двадцать пять; я замечаю несостыковки, правду у тебя выуживаю, еще на один секрет себя обрекая, но обещаю не оставлять. у тебя под рукой управление гостиницей b l a c k   w i d o w, а я пропадаю, не зная, что ты находишься на распутье: жизнь эту отпустить - чертова драконья оспа - или все-таки попытаться во второй войне принести пользу.


- да, это игги азалия, да, это куинни голдштейн, потому что второй фильм ее персонажа полностью сломал, втоптал в землю и прочие всякие всячести, а я думаю, что она намного сложнее_умнее_коварнее. она выживает, от сестры становится независимой, в Англии выживает, на ноги встает
- патриция - колдомедик в отделении волшебных вирусов, возможно, именно драконья оспа или же твое истощение нас вместе и свело; хочу дружбу с человеком, кто старше на несколько десятков лет, но может в проблемы молодежи
- хочу ролевую модель, человека, к которому патриция прибежит после предательства мужа (я расскажу тебе), найдет поддержку и сможет вновь воспрять духом
- у куинни врожденная легилименция, она очень классная, сасная и с в о б о д н а я. бери ее, делай все, что хочешь, можешь что-то в заявке спокойно поменять. могу и хочу в стекло, могу и хочу колени в кровь стирать, тебе помогая и не давая умереть, от жизни отказавшись
- все можем обсудить, заменить и так далее, ты приходи  https://i.imgur.com/7JlQj7p.png

пример вашего поста

Патриция осекается, потому что Доркас говорит правильные вещи: что ее ждет через год там, откуда она бежала, потому что когда-то всех окрестила монстрами, зверями, чьих лап опасаться нужно? Наверное, ничего хорошего, сто процентов - ничего_хорошего. Селвин скорее наказать себя хочет, с каждым годом ставки повышая. Сначала это было самобичевание, общение с теми, кого презирала до этого, а теперь вынуждена с ними равняться, после - побег, отчаяние, попытка скрыться от всего мира. Когда с этими тенями Патриция смиряется, она решается на следующую ступень: разговор с Нейтом, Кадом, теперь возвращение домой. Кажется, что еще чуть-чуть и ее на земле этой больше не будет, судьба наконец устанет бороться с яростными попытками с ней столкнуться и просто даст то, чего Селвин жаждет. Наверное, так было бы правильно, так было бы с п р а в е д л и в о.

— Я их не защищаю, — отвечает пристыжено, потому что не ради пожирателей смерти рискует всем, а ради семьи.
— Я уговорю их уехать, бросив все позади, — скорее себя успокаивает, чем Медоуз пытается предложить очередную сделку. Могла бы быть более убедительной: Доркас, только я могу их убедить, понимаешь, надо бежать, - было бы этого достаточно она уже никогда не узнает. За год ее отсутствия Орден Феникса никуда не сдвинулся: разве что оказался запрещен законом, что только усложняло ее сотрудничество с ним. Если теперь они наравне с пожирателями смерти, то в чем смысл, стоит ли ради этого рисковать?

Медоуз повторяет то, что ей твердят окружающие: ради блага, ради добра, ради светлой стороны. Но кто определяет то самое благо, кто диктует способы борьбы? Селвин догадывается, что орденовцы следуют за несколькими лидерами, судя по всему, один из них Альбус, раз она сама с ним договаривалась о сделке, второй - Аластор, потому что Фрэнк именно через него ее в Орден зовет, а третий Эдгар, потому что он баллотируется в министры. Патриция правда не понимает, попытка победить в выборах - это способ отвлечь внимание или на свою сторону перетянуть первенство, ведь если во главе министерства магии окажется свой человек, то посадить неугодных в Азкабан на пожизненное заключение будет в разы легче.
Но только магглы не догадываются, что министры магии - лишь куклы, власти особой не имеют, ибо все решает визенгамот, председателем которого еще нужно стать. Значок министра не дает подобной гарантии, поэтому планы Ордена Феникса для нее до сих пор остаются загадкой.

Да и Доркас задается тем же самым вопросом, переспрашивая то, на что Патриция и сама найти ответ не может. Столько лет между двумя огнями, столько переживаний и попыток понять, как_правильно приносят лишь мигрени и нервные расстройства, а не мудрости или хотя бы жизненные уроки.
Но Пэт палочку крепче пальцами сжимает, потому что от своей мысли отступаться не хочет - это последний разговор с орденовцами, больше она с ними не только сотрудничать не хочет, но и пересекается. Клятва связывает ей руки, она не может поделиться ни с кем важной для деятельности феникса информацией, поэтому они могут просто ее отпустить, в конце концов Селвин имеет право принимать решения самостоятельно.
— Я считаю, что нельзя верить одному человеку, — отвечает, чуть погодя, искренне и так, словно не прощается, — нельзя верить в одного человека настолько слепо, чтобы следовать его указаниям беспрекословно, — Патриция кивает на палочку, которую Доркас на нее направляет, потому что если бы не Альбус, - она в этом уверена, - то они бы уже давно разошлись с миром. Но он приказал следить и не отпускать, что понять можно, но принять - нет.
— Надежду нужно искать в нас самих, в семьях, которые разрушаются из-за чужих амбиций, — упрямо отвечает Селвин, своего артефакта не опуская и понимая, что следующие слова Медоуз вполне закономерны. Она не может предать своих, подставить того же Дамблдора или Хартли - любого, кто причастен к информации, которой Пэт обладает. Но все эти разговоры толка никакого не принесут, девушки все равно будут стоять на своем, оттого Патриция на месте остается, раздумывая, достаточно ли времени прошло, чтобы вновь прыгнуть в вихре аппарации.

В ответ Доркас она только кивает:

— Я не хочу тебя ранить, — предупреждает, а на самом деле показывает, что не отступится и ее решение окончательное. Приподнимает голову, губы поджимая, и не отводит взгляда от той, от которой зависит чуть больше, чем ничего. Орденовцы заставляют всех членов организации чувствовать себя важными, словно они и правда могут что-то исправить, но очень легко отличить оптимистов от дураков, и Патриция во взгляде Доркас видит то, что в свое время мечтала разглядеть в Нейте. П о н и м а н и е. Она не просто стоит посреди поля, не просто под прицелом держит ту, кто когтями себе вырывает путь домой, она словно сама рассуждает о происходящем, и это Селвин заставляет смягчиться, поэтому палочку опускает.
Сражаться она не будет, выдержит атаку, ее заблокирует, но сама наступать не станет; подбирает рюкзак, который по воздуху к ней летит, не выпуская Медоуз из видимости.
— Я не могу быть с теми, в кого не верю, как бы мне ни хотелось справедливости, но для всех она разная. То, что Альбусу принесет удовлетворение, разрушит несколько семей, и я не могу с этой мыслью жить дальше, потому что в войне нет победителей, — Патриция щит вокруг себя колдует, — мы уже все проиграли, Доркас, — а потом трансгрессирует несколько раз, прыгая из парка в Косой переулок и оттуда в гостиницу Бирмингема, пока наконец не останавливается в нескольких километрах от родового поместья с попавшим в нее заклинанием Доркас, упрямо за ней прыгающей до Бирмингема.

Патриция наверняка много ошибок совершила и еще совершит, в ней живет бунтарство, которое выражения еще не нашло, потому что боль и отчаяние окружающих в себя она впитывает и не знает, как с ним справиться. Она была на стороне нейтралитета, обратилась за помощью к тем, кто, казалось бы, свет олицетворяет, и теперь должно попробовать понять, что из себя тьма представляет.
Тени ее поглощают по мере приближения к дому, но Селвин шага не сбавляет, крепче лямки рюкзака пальцами перехватывая. Она очень устала и ее тошнит от столько трансгрессий подряд, поэтому у высоких кованных ворот Пэт останавливается, чтобы перевести дыхание. В некоторых окнах горит свет, а лужайка заросла непроходимыми зарослями; атмосфера двора не внушает доверия: слишком мрачно, слишком не_так. На крыльце не встретит мать, тяжелые руки отца ее не обнимут, а взгляды братьев не позволят расслабиться в своей комнате.
Патриция дышать опасается, когда толкает ворота, боясь, что защита ее не пропустит, но не чувствует в ладонях ни боли, ни сопротивления. Делает несколько шагов к дому, пока не замечает, что входная дверь открывается, а освещая теплым светом крыльцо.

Отредактировано Patricia Selwyn (2020-07-20 23:30:38)

+13

4

- - - - -
and       now       that       it's       
over,       i'll       never       be       sober
i       couldn't       believe,       but       now       i'm       so       high
and       now       that       it's       over,       i'll       never       be       sober
i       couldn't       believe,       but       now       i'm       so       high

https://i.imgur.com/4akfaOq.gif https://i.imgur.com/fSnKjZE.gif

malik brocklehurst
[1950-1955, факультет и лояльность на выбор, вышибала 'кабанья голова'; —// donald glover]

[indent] что ты знаешь о неудачах?

тебя родители на улицу вышвыривают, когда в отца мать бросает несколько заклинаний; ты сестру младшую с собой забрать не успеваешь - дом загорается, твари, б л я д и. тебя трясет, ты злишься, кулаки в кровь разбиваешь, когда авроры определяют тебя в приют, потому что еще не дорос, еще нет и одиннадцати. о сестре слышать никто не хочет, тебе говорят, чтобы ты о ней забыл, и ты после нескольких воспитательных заклинаний урок усваиваешь, и об эсме ни слова больше не говоришь.

в хогвартс сбегаешь, думая, что там найдешь свободу, но клетка окрашивается забором вокруг замка. тебе это все не сдалось: ты ждешь эсме, надеешься в лицах первокурсников ее встретить, но не успеваешь - уже экзамены сдаешь. у тебя цель одна - ее найти, ты к ней идешь, в аврорат устраиваешься, в академию поступаешь. наивно полагаешь, что до документов двадцатилетней практически давности допустят без лишних вопросов, но спустя полтора года тебя из министерства выгоняют с припиской: "отсутствует субординация". ты в сторону начальников плюешь, на последние деньги снимаешь комнату в хогсмиде, потому что лондон тебя пугает своей живностью. в кабаньей голове работать начинаешь практически сразу же, связями обрастая и слыша обрывки слухов: эсме, есть такая, в юникорне появляется.

[indent] твой шанс ее найти?


- я щас по порядку разложу: во-первых, внешность очень сильно важна, вот прямо под нее все писалось. очень сильно рекомендую (!) обратить внимание на заявку сообщением выше, этот пейринг в голову вдарил, готова вам делать графику, повсюду преследовать и никогда не отпускать.
- на эсме заявка есть от вильмы, она вот тут находится прекрасная, ознакомься, мы тебе предлагаем драму, стекло и возможности вписаться в чистокровный_неочень волшебный мир, а я обещаю от себя игр.
- по поводу связи конкретно с Патрицией, давай лично обсудим? у меня есть пара идей, но все зависит от того, что ты именно ищешь с какими целями приходишь // пс, оф, мм и прочие всякие гадости.
- обо всем договоримся, что-то заменим, убавим, приходи  https://i.imgur.com/8gJaNka.png

пример вашего поста

Патриция осекается, потому что Доркас говорит правильные вещи: что ее ждет через год там, откуда она бежала, потому что когда-то всех окрестила монстрами, зверями, чьих лап опасаться нужно? Наверное, ничего хорошего, сто процентов - ничего_хорошего. Селвин скорее наказать себя хочет, с каждым годом ставки повышая. Сначала это было самобичевание, общение с теми, кого презирала до этого, а теперь вынуждена с ними равняться, после - побег, отчаяние, попытка скрыться от всего мира. Когда с этими тенями Патриция смиряется, она решается на следующую ступень: разговор с Нейтом, Кадом, теперь возвращение домой. Кажется, что еще чуть-чуть и ее на земле этой больше не будет, судьба наконец устанет бороться с яростными попытками с ней столкнуться и просто даст то, чего Селвин жаждет. Наверное, так было бы правильно, так было бы с п р а в е д л и в о.

— Я их не защищаю, — отвечает пристыжено, потому что не ради пожирателей смерти рискует всем, а ради семьи.
— Я уговорю их уехать, бросив все позади, — скорее себя успокаивает, чем Медоуз пытается предложить очередную сделку. Могла бы быть более убедительной: Доркас, только я могу их убедить, понимаешь, надо бежать, - было бы этого достаточно она уже никогда не узнает. За год ее отсутствия Орден Феникса никуда не сдвинулся: разве что оказался запрещен законом, что только усложняло ее сотрудничество с ним. Если теперь они наравне с пожирателями смерти, то в чем смысл, стоит ли ради этого рисковать?

Медоуз повторяет то, что ей твердят окружающие: ради блага, ради добра, ради светлой стороны. Но кто определяет то самое благо, кто диктует способы борьбы? Селвин догадывается, что орденовцы следуют за несколькими лидерами, судя по всему, один из них Альбус, раз она сама с ним договаривалась о сделке, второй - Аластор, потому что Фрэнк именно через него ее в Орден зовет, а третий Эдгар, потому что он баллотируется в министры. Патриция правда не понимает, попытка победить в выборах - это способ отвлечь внимание или на свою сторону перетянуть первенство, ведь если во главе министерства магии окажется свой человек, то посадить неугодных в Азкабан на пожизненное заключение будет в разы легче.
Но только магглы не догадываются, что министры магии - лишь куклы, власти особой не имеют, ибо все решает визенгамот, председателем которого еще нужно стать. Значок министра не дает подобной гарантии, поэтому планы Ордена Феникса для нее до сих пор остаются загадкой.

Да и Доркас задается тем же самым вопросом, переспрашивая то, на что Патриция и сама найти ответ не может. Столько лет между двумя огнями, столько переживаний и попыток понять, как_правильно приносят лишь мигрени и нервные расстройства, а не мудрости или хотя бы жизненные уроки.
Но Пэт палочку крепче пальцами сжимает, потому что от своей мысли отступаться не хочет - это последний разговор с орденовцами, больше она с ними не только сотрудничать не хочет, но и пересекается. Клятва связывает ей руки, она не может поделиться ни с кем важной для деятельности феникса информацией, поэтому они могут просто ее отпустить, в конце концов Селвин имеет право принимать решения самостоятельно.
— Я считаю, что нельзя верить одному человеку, — отвечает, чуть погодя, искренне и так, словно не прощается, — нельзя верить в одного человека настолько слепо, чтобы следовать его указаниям беспрекословно, — Патриция кивает на палочку, которую Доркас на нее направляет, потому что если бы не Альбус, - она в этом уверена, - то они бы уже давно разошлись с миром. Но он приказал следить и не отпускать, что понять можно, но принять - нет.
— Надежду нужно искать в нас самих, в семьях, которые разрушаются из-за чужих амбиций, — упрямо отвечает Селвин, своего артефакта не опуская и понимая, что следующие слова Медоуз вполне закономерны. Она не может предать своих, подставить того же Дамблдора или Хартли - любого, кто причастен к информации, которой Пэт обладает. Но все эти разговоры толка никакого не принесут, девушки все равно будут стоять на своем, оттого Патриция на месте остается, раздумывая, достаточно ли времени прошло, чтобы вновь прыгнуть в вихре аппарации.

В ответ Доркас она только кивает:

— Я не хочу тебя ранить, — предупреждает, а на самом деле показывает, что не отступится и ее решение окончательное. Приподнимает голову, губы поджимая, и не отводит взгляда от той, от которой зависит чуть больше, чем ничего. Орденовцы заставляют всех членов организации чувствовать себя важными, словно они и правда могут что-то исправить, но очень легко отличить оптимистов от дураков, и Патриция во взгляде Доркас видит то, что в свое время мечтала разглядеть в Нейте. П о н и м а н и е. Она не просто стоит посреди поля, не просто под прицелом держит ту, кто когтями себе вырывает путь домой, она словно сама рассуждает о происходящем, и это Селвин заставляет смягчиться, поэтому палочку опускает.
Сражаться она не будет, выдержит атаку, ее заблокирует, но сама наступать не станет; подбирает рюкзак, который по воздуху к ней летит, не выпуская Медоуз из видимости.
— Я не могу быть с теми, в кого не верю, как бы мне ни хотелось справедливости, но для всех она разная. То, что Альбусу принесет удовлетворение, разрушит несколько семей, и я не могу с этой мыслью жить дальше, потому что в войне нет победителей, — Патриция щит вокруг себя колдует, — мы уже все проиграли, Доркас, — а потом трансгрессирует несколько раз, прыгая из парка в Косой переулок и оттуда в гостиницу Бирмингема, пока наконец не останавливается в нескольких километрах от родового поместья с попавшим в нее заклинанием Доркас, упрямо за ней прыгающей до Бирмингема.

Патриция наверняка много ошибок совершила и еще совершит, в ней живет бунтарство, которое выражения еще не нашло, потому что боль и отчаяние окружающих в себя она впитывает и не знает, как с ним справиться. Она была на стороне нейтралитета, обратилась за помощью к тем, кто, казалось бы, свет олицетворяет, и теперь должно попробовать понять, что из себя тьма представляет.
Тени ее поглощают по мере приближения к дому, но Селвин шага не сбавляет, крепче лямки рюкзака пальцами перехватывая. Она очень устала и ее тошнит от столько трансгрессий подряд, поэтому у высоких кованных ворот Пэт останавливается, чтобы перевести дыхание. В некоторых окнах горит свет, а лужайка заросла непроходимыми зарослями; атмосфера двора не внушает доверия: слишком мрачно, слишком не_так. На крыльце не встретит мать, тяжелые руки отца ее не обнимут, а взгляды братьев не позволят расслабиться в своей комнате.
Патриция дышать опасается, когда толкает ворота, боясь, что защита ее не пропустит, но не чувствует в ладонях ни боли, ни сопротивления. Делает несколько шагов к дому, пока не замечает, что входная дверь открывается, а освещая теплым светом крыльцо.

Отредактировано Patricia Selwyn (2020-07-21 00:03:09)

+11

5

blishwick family;

у них в роду открыто первооткрыватели, за это их в Англии, Франции и Италии сначала считают чудаками, а потом первыми предателями крови; у них большой счет в банке, несколько замков по всей Европе и множество связей, которые рано или поздно, но помогают избежать возникших проблем.
быть другом блишвиков - это быть другом мира; пацифисты и контрабандисты, возможно, мафиози, что с них возьмешь.

https://i.imgur.com/S5KfWiY.gif
jay & gloria blishwick
[1915 / 1940, факультеты на выбор, blishwick enterprise, министерство магии; —// Ed O'Neill & Sofia Vergara]

это его второй брак, а ее - четвертый. он владеет компанией, которую построил с нуля, занимается созданием и распространением легальных артефактов на территории Европы и Северной Америки. она заведует благотворительным фондом, занимающимся помощью пострадавшим от войны и обездоленным беженцам. их зовут "спасителями", а они игнорируют всякие титулы, друг друга во всем поддерживая, не смотря на разницу в возрасте и навязанный ее мексиканскими родителями брак. он верит в справедливость, она - в него, и они ни за что не останутся в стороне, когда Митчелла укусит оборотень, а Мэнни решит податься к пожирателям смерти.

https://i.imgur.com/5AONnPW.gif
claire & phil finnigan
[1934, факультеты на выбор, министерство магии; —// Julie Bowen & Ty Burrell]

они женятся по любви / по залету; отец Клэр Фила не одобряет, но смиряется, потому что только Фил может разрядить обстановку в семье и при этом никому не причинить вреда. Клэр страдает ОКР, ей нравится быть у руля, и она работает заместителем отца в их семейной компании. Фил же занимается риелторским бизнесом и случайным образом обнаруживает штаб ордена феникса в одном из домов, который находит для продажи.

https://i.imgur.com/biXhb7E.gif
mitch & cam mckinnon
[1937, факультеты на выбор, министерство магии; —// Jesse Tyler Ferguson & Eric Stonestreet]

нет повести печальнее на свете, чем повесть о Митчелл и Кэме. Митчелл - адвокат Визенгамота, Кэм - тренер Сборной Англии по квиддичу. они - первая лгбт пара, которая из-за своих открытых отношений и усыновлении ребенка (!) оказываются на грани увольнения. тогда блишвика кусает оборотень, а маккиннон с командой прорывается к победе. что им делать - непонятно, но во всяком случае семья их не оставит.

https://i.imgur.com/Y2YEfHE.gif
hailey blishwick
[1951, факультет на выбор, министерство магии; —// Sarah Hyland]

мы с тобой учились вместе; ты с детства была оторвой: ни одна вечеринка в Хогвартсе не проходила без тебя. после окончания школы ты подрабатывала в семейном благотворительном фонде, устраивала балы и всякое такое прочее, а потом, повторяя судьбу матери, залетела от старого бойфренда, за которого пришлось выйти замуж. а потом я пропала, а потом ты родила, а теперь нам нужно разобраться со всем.

https://i.imgur.com/yn7eqb1.gif
alex blishwick
[1953, факультет на выбор, министерство магии; —// Ariel Winter]

тебе пророчили пост министра магии, и ты, в принципе, к нему и стремишься. сейчас работаешь в штабе юджинии дженкинс, орден феникса не переносишь, пожирателей смерти презираешь, завидуешь старшей сестре и никак не можешь найти свое место под солнцем. надеюсь, ты не вступишь в культ предсказателей, а то спасать тебя еще и оттуда нуемае. хотя уверена, что ты нападешь на след ордена феникса быстрее, чем авроры.

https://i.imgur.com/ZVq1fjg.gif
luke blishwick
[1959, факультет на выбор, орден феникса; —// Nolan Gould]

тебе уже давно не десять, но все почему-то продолжают в тебе видеть младшего внука/сына. ты вступаешь в орден феникса, чтобы бороться с несправедливостью, а на деле - чтобы что-то из себя слепить. ты не особо хорош в учебе, да и не то чтобы популярен, однако, ты парень добрый, и я, наверное, когда находилась под протекцией ордена тебя среди остальных увидела. а теперь перед нами проблема, как из этого-то выпутаться.

https://i.imgur.com/ezU54AZ.gif
manny delgato
[1959, факультет на выбор, пожиратели смерти; —// Rico Rodriguez]

ты - ровесник люка, а еще ты его дядя. тяжело, конечно, в тени блишвиков находиться, но у тебя сердце доброе, а желание выделиться всякую искренность отравляет. поэтому, когда ты узнаешь, что люк становится орденовцем, ты находишь свои выходы (наверняка через родного отца) к пожирателям смерти. станешь шпионом? разрушишь то, ради чего тебя мать из испании увозила в младенчестве? вернешься к корням, горячим, мафиозным?

https://i.imgur.com/VcmHDYN.gif
lily blishwick-mckinnon
[1960, факультет на выбор, мм; —// Aubrey Anderson-Emmons]

тебя удочеряют два папы из Англии, и ты понятия не имеешь, почему важна чистая кровь, как так получается, что ты выделяешь среди остальных. еще больше ты не понимаешь, как можно так сильно любить приемную семью. ради отца, которого кусает оборотень, ты вступаешь в орден феникса, чтобы понять, чья сторона тебе ближе (оборотней ведь в обществе не особо любят, и ты это исправишь). ну, и плюс, что-то мне подсказывает, что ты там в кого-то влюбилась.


// осознаю, что такой каст мало, кого заинтересует, но заявочка на три поколения, берите, разбирайте, всех забирайте
// я бы на вашем месте оставила внешности и характеры (если смотрели modern family, откуда весь костяк и взят, то вообще супер)
// хочу целый род, который вне войны, но рядом, всегда на стороже
// со всеми обеспечу игру, не оставлю, одену, обую и всячески поддержу
// биографию можно_нужно менять под себя, все обсудим, приходи!

пример вашего поста

Иллюзий по поводу своего возвращения Патриция не строила, поэтому не обижается, когда на себе ловит недоверчивые и чаще порицающие взгляды, находясь в окружении братьев и родителей. Мама руки заламывает за спину, потому что отец просит ее не мешать воспитанию, а Селвин молчит в ответ, ибо спорить сил нет и, если честно, права тоже нет. Она больше недели проводит взаперти: выходить из дома не спешит, боясь, что за ней следят; Нейт настаивает на разговоре, но Патриция не уверена, что сможет ответить на вопросы и объяснить. Ответов на «почему» у нее все так же нет, а те, которые заготовлены, никого не устраивают, потому что не видят логики в «это было правильно».
Патриция себя ищет и находит там, откуда сбегает год назад. Стены согревают, уютом веют, пусть и дом больше не является ее_родным, но все-таки воспоминания играют свою роль. Она не уверена, что почувствовала бы такое же спокойствие, если бы вернулась домой, ибо сталкиваться с незавершенным разговором все еще не готова: Нейт о ребенке не знает, недоверчивые взгляды на нее бросает, и Пэт голову опускает // заслужила.
Но судьба, кажется, над ней издевается, потому что Патриция вновь становится свидетелем разговора, которого услышать не должна была. Братья, по началу от нее отстраненные, спустя неделю стали забывать закрывать двери: Селвин, по дому передвигающаяся от скуки, у одной из комнат останавливается, когда «Хартли» разрезает шепотом звенящую тишину.
Наверное, ей стоило уйти, отвернуться и не наступать на те же грабли, но у Трэвиса голос взбудораженный, а Теодор молчит, что ничего хорошего не означает. Патриция стоит у двери некоторое время, пока не осознает, во что они снова ввязались, пока одно с другим не сопоставляет и не понимает, что эту ошибку исправить будет не так-то просто.
— Веритасерум, Трэв, верита-блядь-серум, — Тео зол, он бьет ладонью, кажется, по столу, а Пэт вздрагивает и, едва шаркая тапками, скрывается в своей комнате.
Паника накрывает собой лишь на несколько часов, пока Селвин судорожно выписывает все плюсы и минусы на пергаменте, пытается понять, что произойдет с их семьей, с ними, если вдруг до Ордена Феникса дойдет, что арестованный Кассиус Трэверс — не тот, кого Патриция все это время защищала. Альбус знает, он не так глуп, да и остальные подозревают ее родственников — это вполне логично, что братьев и родителей в первый же вечер возвращения из себя выводит. Селвин судорожно по комнате ходит, из угла в угол шагами ее меряя, а когда слышит разговоры в коридоре, замирает на кровати, молясь, чтобы никто к ней не зашел.
Она не_готова, Медоуз была права, конечно, была права: дрожь вновь бьет по рукам, и девушка их между собой переплетает, успокаивая.
С планом Патриция определяется не сразу, боясь, что очередное неповиновение указаниям старших для нее обернется или крупным скандалом, или последним наказанием. Она все газеты за предыдущие дни внимательно читает, надеясь успеть бурю предотвратить вовремя, но достаточно быстро догадывается, что у Тео все схвачено. Трэвис поступает умно, приходя к министру и уводя от себя подозрения таким образом, но Патриция знает, что Кассиус сомневается, как и Кадмус, как и (она надеялась) Нейтан будет сомневаться. У него слишком много информации на них всех, одна капля сыворотки правды, и все Паркинсоны, Селвины, Трэверсы попадут в Азкабан за многочисленные преступления, возможно, даже ими не совершенные.
С утра она отказывается от завтрака, но одумывается, решая не игнорировать остальных. За столом спрашивает, как у всех дела, в ответ получает что-то похожее на мычание @ все больше в своем плане укрепляется — Патриция искупит свои грехи.
В комнате все бумаги сжигает, потому что не может скомпрометировать Непреложный обет, данный Альбусу, долго раздумывает о том, как пробраться в Аврорат. Если обратится к Алисе или Доркас, то они сразу же ее поймают и вернут туда, откуда так упрямо бежала, а может и того хуже. Пэт может по пальцам пересчитать тех, в чьей причастности к Ордену уверена, что ее задачу не упрощает.
В Атриум Селвин из камина выходит ближе к семи вечера, ведомая тишиной в новостях, обходит Министерство с другой стороны и пользуется входом для авроров.
— Гиббинс, — здоровается с парнем, о котором постоянно слышит на собраниях Ордена Феникса, но знает, что он отказывается к нему присоединяться. Он спрашивает, что она тут делает, и Патриция врет — нагло врет, — что пришла встретиться с Фрэнком. Аврору этого достаточно: очевидно, оборотное зелье сработало, а спрятанные волосы Алисы ни с чьими другим не перепутались. Селвин проходит в тускло освещенный коридор, некоторое время идет прямо, а потом сворачивает в уборную.
Дверь на замок закрывает дрожащими пальцами, в зеркало себя оглядывает, удостоверяясь, что зелье все еще работает, и взволнованно поглядывает на наручные часы. Патриция остается в туалете несколько часов, пока не слышит громкие голоса в коридоре: за дверью отчетливое «камеру, живо», голосом Марлин произнесенное, узнает и губы поджимает — его привели.
Селвин давно не виделась со старшим Трэверсом: когда она проводила каникулы дома у Кадмуса, молила о расторжение помолвки, то он своего племянника_ее поддерживал, оттого никаких негативных чувств к нему Патриция не испытывает. Наверное, из-за этого топчется на месте, не зная, стоит ли, нужно ли, способна ли.
Но сидит в туалете еще несколько часов, пока стрелка часов не останавливается на двух часах ночи. В отражении зеркала Пэт уже видит саму себя, волосы приглаживает, пытается уговорить себя, что поступает п р а в и л ь н о.
В коридоре ей никто не встречается: а когда она доходит до тюрьм, расположенных на этаже ниже, то останавливается у поворота. Глупо полагать, что Кассиуса оставили без охраны, и Селвин из сумки достает стеклянный пузырек. Она в зельеварении не то чтобы плоха, но крадет у Вильмы из запасов усыпляющий порошок, смешивая его со взрывающим снадобьем; прицелившись, склянку бросает в стену над головой охранника, и тот на звук реагирует, тут же вскакивая на ноги. Но зелье уже подействовало (Патриция успевает нос прикрыть влажным платком), и он по стене медленно скатывается:
пятнадцать минут.
Она осторожно идет вперед, через тело переступая и заставляя себя не оглядываться, спешит вперед. В первой же камере замечает человека, прислонённого к стене.
— Патриция?
Она на мгновение на месте замирает, а потом делает шаг вперед: будет ли магия работать в тюрьме, сможет ли Селвин воспользоваться заклинанием, чтобы лишить жизни того, кто угрожает всей ее семье, всему тому, что она столько лет пыталась из темноты вытащить? В его глазах она замечает удивление, неловко пальцами обхватывает прутья клетки, но не чувствует никакой магической защиты.
— Здравствуйте, — знает ли он, что Пэт не было с Нейтом около года, знает ли он, кто его сдал, знает ли он, что стал пешкой в своей же игре? Селвин его жалко: она улыбается_грустно, пальцами до его руки дотягивается, осторожно сжимая.
Она должна.
   Она обязана.
     Ради семьи, ради себя.
Патриция никогда не была эгоисткой: так получилось, что с детства она или в тени старших братьев, или за спинами Кадмуса с Натаниэлем. Она всегда чувствововала_вует себя в безопасности, оттого с проблемами-то и не сталкивалась никогда. Все началось с правды, услышанной случайно, закрутилось, завертелось, когда в муже разочаровалась, когда на его руках видела лишь кровь, а своего лицемерия не замечала: ты не такой, Нейт, — твердила она ему в тот вечер, когда он от нее пытался отстраниться, а она молила о понимании. Но как он ее понять мог, если она сама себя до сих пор не понимает?
— Прости, — просит прощения, руку из клетки убирая, а в другой ладони зажимает волшебную палочку.
Патриция Паркинсон когда-то мечтала о большой семье, о счастливых вечерах в объятиях мужа, звала себя не_такой, в Натаниэле души не чаяла, за Кадмуса была готова любого на части разорвать. Но все это лишь на словах, в фантазиях, в иллюзиях, в которые она верить могла потому, что все это время была от настоящего мира убережена ложью_во_благо.
Теперь же она смотрит в глаза, полные непонимания, сочувствует, но вины не ощущает. Очерствела ли, возможно, просто поняла, что важно. Важно быть собой, Патрицией Селвин, женой, сестрой, дочерью. Она должна уберечь свою семью, пусть ей и потребовалось три мучительных года разобраться в своих причинах, но теперь Пэт не отступится.
— Авада Кедавра, — слетает уверенным шепотом с ее губ, а из волшебной палочки лишь пара зеленых искр появляются. Она мешкается, взволнованно пытается еще пару раз заклинание вызвать, пока не понимает, что на тюрьмы все-таки наложена защита. Патриция старается на Кассиуса взгляда не поднимать, в сумке роется, палочку туда бросая и доставая следом кинжал.

Отредактировано Patricia Selwyn (2020-08-18 17:44:46)

+12

6

волшебное радиовещание ищет своих кукушек!

https://i.imgur.com/udOMzHG.gif

pango romana
[1940, S'1958, владелец ВР; —// внешность: taika waititi]

ты родился в великобритании, но корни у тебя естественно другие: семья по тем или иным причинам из новой зеландии сбежала - больно неспокойная ситуация в магическом сообществе назревала. да-да, нашли куда бежать: в лондоне дела обстояли не намного лучше, поэтому после выпуска из школы ты, недолго думая, рванул вслед за старшим братом, мутить революцию на родине. ты сам удивился, когда дело закончилось победой вашей стороны: посидел, посмотрел на успех и решил, что пора возвращаться.
в англию приехал и обалдел от того, насколько тут все плохо, но заморачиваться сильно не стал: жизнь слишком коротка, чтобы воспринимать все слишком серьезно. с палочкой ты может дружишь не близко, зато вот журналистика всегда была твоим основным инструментом - поэтому в 1975 ты выкупаешь в свою собственность волшебное радиовещание и зовешь к себе самых на голову отшибленных ребят: истина где-то рядом.

https://i.imgur.com/F8qxMMk.gif

beata chambers
[1954, R'1972, главный технический спец ВР; —// внешность: olivia dudley]

ты - единственный адекватный человек в этом кошмарном бедламе. технически ты должна была следить за тем, чтобы работали микрофоны и свет не отключали за неуплату. по факту ты становишься правой рукой панго. спектр задач у тебя широкий - как же без этого. счета ты конечно все равно оплачиваешь, ну и заодно, во внеурочное время, следишь за тем, чтобы то, что ляпают ведущие в прямом эфире совсем границу не переходило - все-таки не хочется, чтобы в офис ворвались пожиратели (панго определенно гений в том, что делает но божемой здравый смысл - не его).
у тебя странное прошлое - слишком дерганая и замкнутая для такой молодой девушки. кажется, ты жила в лютном. кажется, у тебя была не самая лучшая компания. хорошая штука в волшебном радиовещании - свое прошлое можно оставить позади.

https://i.imgur.com/Wt9yagO.gif

evelyn grant
[1952, G'1970, ведущий радиовещания; —// внешность: inbar lavi]

ах какая женщина, всем б такую! в паре с эрин ты ведешь колонку, которая посвящена общественной жизни - люди слышат это и фыркают в ответ с некоторым предубеждением, но какое тебе дело до дураков, которые не понимают, что всю мировую историю можно по сплетням и модным журналам проследить? ты заводишься с полуслова: когда узнаешь о том, что кандидат дженкинс начинает инициативы по поддержке меньшинств - машешь своим трехцветным (розовый фиолетовый синий) флажком и мутишь акцию в ее поддержку. не знаю, оценила ли юджиния то, что акция эта заключалась в проведении фотосессии в стиле нюд с тобой в главной роли, продаже этих фото на аукционе и пожертвовании на счет ее кампании. знаю, что робин боунс оскорблен был до глубины души. но главное - иметь гражданскую позицию!

https://i.imgur.com/AR4hiDl.gif

erin davies
[1954, R'1972, ведущий радиовещания; —// внешность: melissa fumero]

с тобой люди знакомятся и думают: вот она, полная противоположность эвелин. ты строже, ты ответственнее, ты пунктуальнее (если бы за эфир отвечала одна грант, вы бы в принципе никогда не выпускались). это в принципе все правда, но тем не менее: вы смеетесь над одними и теми же вещами, понимаете друг-друга с полуслова, по жизни идете в одном направлении. да, расхождение темпераментов придает вашей передаче шарма, но в общем и целом вы не так уж различны. ты, пожалуй, более осторожна в своих высказываниях, потому что боишься сильнее - все-таки обручилась не так давно и не очень хочешь, чтобы сказка заканчивалась трагически и преждевременно. и все-таки: на прошлой неделе именно ты пошутила, что темная метка намного лучше смотрелась бы в качестве клейма в нижних регионах поясницы, так что кто знает.

https://i.imgur.com/PirKQKC.gif

ethan bell
[1961, H'1979, ведущий радиовещания; —// внешность: ross lynch]

нет, ты не школьник; нет, ты не сбежал из хогвартса; да, ты уже устал повторять это всем, кому не лень спрашивать. ты радиовещание слушал еще в родных стенах гриффиндорской гостиной: проникся ярким стилем и значимым мессенджем, который за ним скрывался. ты вообще парень спокойный, но радикализировался поневоле: магглорожденным сейчас сложно. ты очень стараешься: обязанности начинающего ведущего по факту совмещаешь со священным долгом стажера - и кофе принесешь, и спросишь, не нужна ли кому помощь с микрофонами. в общем - лапа а не человек.
фан фэкт: изначально тебя нанимали в напарники к рейгану, но честное слово, боже мой, посмотри какой он зануда, посмотри как задорно девочки высмеивают костюм одного из кандидатов. дался тебе этот фишер?

https://i.imgur.com/Ty7wjMA.gif

elliot sharp
[1943, H'1961, ведущий радиовещания; —// внешность: bill hader]

ты, честно, до сих пор понятия не имеешь, как сюда попал и что здесь забыл. ну серьезно, все ведь шло хорошо: был себе хит-визардом, патрулировал улицы, наводил в городе порядок. достойная профессия, между прочим, несмотря на стеб со стороны авроров. потом война началась и тебя что-то за мягкое место укусило. сам не понимаешь, почему именно сюда пошел: с панго случайно познакомился в баре и он в тебе какое-то обаяние разглядел, а может еще что-то. вот и позвал (он у нас со странностями, я знаю). ты не в курсе, как здесь оказался, но с каждым днем все более уверенно себя чувствуешь, да и ваша с рейганом передача (где ты по большей части рассказываешь людям о том, что происходит в англии, сравниваешь статьи различных газет и пытаешься что-то анализировать) популярностью пользуется. может быть ты на своем месте, наконец? еще бы фишер так не бесил, но это мелочи, да и ты - человек-дзен.

https://i.imgur.com/gkKCDaP.gif

regan fisher
[1942, S'1960, ведущий радиовещания; —// внешность: daniel bruhl]

ты - журналист серьезный™, возможно даже с большой буквы. если честно, мы все уверены, что панго тебя привлек для того, чтобы радиовещанию придать немного веса, показать его с более профессиональной стороны. ты раньше в пророке работал, вел там колонку о международных событиях, переговорах, ситуации в других странах и прочей чепухе (и о движении, которое романа поддерживал в родной зеландии отзывался не особенно положительно, но кто старое помянет - глаз вон). после десяти лет опыта, видимо, заебался и заявил во всеуслышание, что все куплено, а газета - просто флаер пропаганды (и очень оскорбился, когда никто не был удивлен). на радио пошел назло, совершенно открыто и не стесняясь считаешь его чем-то ниже себя, но платить за дорогую квартиру в центре лондона чем-то нужно, а другие издания после твоего пророческого финта тебя брать желанием не горят. ну и хрен с ними - их проблемы.


вы скажете мне: флора ты совсем куку зачем ты пишешь заявку на нужных для нпс а я вам отвечу что вы мне сделаете я в другом городе.
к тому ж - есть ведь у нас и робин, который работает на радиовещании так сказать на полную ставку хд
ваще хочу сми. и из всех представленных у нас волшебное радио имеет потенциал быть наиболее ебнутым и открытым. понятно, что какая-то доля осторожности быть должна, иначе пожиратели придут и всем пезды раздадут. или орден они на секундочку те еще террористы и беззаконники. в общем, положиться можно только на юджинию.
мы все будем коллегами, а еще я хочу вводить вот этого пацана во всякие расследования и газетножурнальнорадио дела, так што нужны связи (пиздеть не буду - панго бессовестно задумывается как его школьный друг, no regrets)
давайте мутить и без того беспокойную магическую великобританию! давайте раскрывать заговоры! давайте обсудим who wore it best и в процессе обнаружим метку на предплечье какой-нибудь пикантной особы! сила пятой власти!
приходите. внешности меняются по мановению волшебной палочки и предупреждению в гостевой, имена тоже, да и на смену концептов буду смотреть сквозь пальцы хд лояльность оставила пустой - взрослые люди, сами выбирайте, за кого голосовать! меня в любом случае порадуете одним своим присутствием.

пример вашего поста

Энни одержима газетами с детства. Их читает отец, развалившись в глубоком кресле; хмыкает периодически, зацепившись взглядом за особенно интересную заметку. У нее свой небольшой мир - в их квартире, в их доме, на их улице. В детстве кажется - больше ничего другого и нет. Но газеты доказывают обратное - за стенами их вселенной тоже существует что-то. Судя по отцу - что-то крайне интересное.

Это забывается, когда приходит письмо из Хогвартса: еще бы не забылось. Отвлекает своей яркостью, неожиданностью: Энни - волшебница, что точно в рамки и границы привычного мира не входит. Все вдруг кажется немного чужим, даже родители, которые любят ее безусловно и сильно. Все вдруг кажется немного чужим - таким же представляется и замок, но это - другое: неизведанное, загадочное. Столько нового, что предстоит узнать - неудивительно, что она на Рейвенкло попадает, вечно исследовать, вечно разгадывать. Она не переживает из-за своего "статуса". В школе ей кажется, что это и вовсе смысла не имеет - дураки, которые разделяют предрассудки, привитые их идиотами-родителями - не считаются. Это не важно: в мире слишком много интересного, того, что к ним не имеет никакого отношения. И заклинания, и зелья - при упоминании последнего в первое время особенно сложно удержаться от мыслей о стереотипной ведьме в специфичной шляпе. Энни воодушевлена, Энни заинтересована. У Энни комплекс отличницы: она должна быть лучше во всем и всегда. Наверное, поэтому таким неожиданным оказывается откровение последних курсов: из всех профессий, которые есть в магическом мире, ей интереснее всего те, что мир этот делит с маггловским.

Делит, но не совсем, как и в школе. Выпустившись из Хогвартса, Эдисон понимает вдруг: предрассудки существуют не только в стенах Хогвартса. Это забавно: большинство людей, с которыми она контактирует, заявляют четко: они против магглорожденных не имеют ничего, они разницы не видят. Но разница эта все равно существует: неощутимая, неосязаемая для тех, кто не сталкивается с ней каждый день. Для нее разница ясна, очевидна как день - в каждом небрежно опущенном комментарии редактора. И вдруг, в этом "взрослом" мире, эта самая разница становится совершенно невыносимой. Все просто: предрассудки, существовавшие в школе, легко было отмести как временное препятствие, мелочь, с которой потом не придется иметь дело. Но теперь, на реальных улицах магического Лондона, становилось ясно - эти взгляды берутся откуда-то, наследуются у старших поколений, которые их транслируют, распространяют старательно и прицельно.

И, Мерлин, это не может не раздражать.

Заметьте: Энни - спокойный человек. Первому магу, который пытается доказать ей факт превосходства чистокровных магов над магглорожденными, она отвечает. Рассудительно, основательно - расписывает отличия, доказывает отсутствие непреодолимого барьера. Справляется с первым десятком, и со вторым. Но со временем - все это начинает казаться настолько очевидным, настолько естественным, что все вопросы и комментарии лишь раздражают. Эдисон устает объяснять, потому что это элементарно, потому что это должен понимать каждый.

И она начинает злиться: не показывает это всякому прохожему, скрывает за слоями наигранной вежливости, но и в пространные тирады о равноправии больше не пускается, усвоив, наконец, это беспощадное "бесполезно". Остается только учиться у старших - учиться злиться на того, на кого нужно. "Власть имущие" в их кружке становится почти ругательством, почти молитвой. Только на них и остается надежда - на тех, кто может привнести реальные изменения, на тех, в кого действительно можно верить. Увы - играют издержки профессии, и к восьмидесятому году Энни не верит ни в кого.

Знает, что нужно: реальные изменения достигаются только через тех, кто к законам имеет прямой допуск, кто может их менять (или, хотя бы, предлагать этим самые изменения). Знает, но все же даже эту толику доверия предоставить существующим кандидатам не может: кто-то слишком, кто-то недостаточно. Энни следит с задних рядов, не лезет в разгоревшуюся шумиху, не доверяет никому, кто свои имена в бюллетень вписывает. Как можно: у каждого из них - свои провалы, каждый успел высказаться и высказать что-то, что с Энни не резонирует совершенно. И все же.

И все же у ее радио акция, а Эдисон не может не поучаствовать, потому что такие возможности встречаются редко. Потому что министерство их по большей части игнорирует, на выступления ссылаясь исключительно дискредитации ради. Единственное утешение - начальник во взглядах ничуть не уступает самой Энни, а потому ему можно (в разумных границах) доверять, что само по себе забавное слово. Доверять - в границах разумного, в смысле "он бы предупредил" - максимум на который в сложившихся обстоятельствах можно рассчитывать. Этого тоже недостаточно, но она пытается закрывать глаза - особенно когда начальник говорит о коллаборации с Пророком, что само по себе является Большим Делом.

Пророк - болото; это Энни понимает еще тогда, когда абсолютно бессмысленную практику у них проходит. Уже тогда, в первые недели, понимает: газета существует лишь для того, чтобы давать людям успокоение. Она не похожа на маггловкие эквиваленты, в ней нет внешнего мира. Есть только то, что свойственно всем, что происходит на каждой улице. Мягкость, привычка, иллюзия - вот и все, что остается в ассоциативном мышлении после трех недель сотрудничества. Это неважно, это - мелочи, особенно тогда, когда Энни знает (верит), что все может быть лучше: прогрессивнее, прямее. Радиовещанию интервью добыть сложнее, но разговоры получаются более искренними, более настоящими - она это ценит (больше, чем должна, со своей независимой башни). И все идет хорошо, абсолютно прекрасно, когда (неожиданно) в редакцию поступают новости.

Она "за", всеми руками и ногами: предложение абсолютно неожиданное (полезное; то, что их выведет наконец на общую карту). Наверное, не стоит быть такой удивленной: радиовещание всегда пытается привлечь на свою сторону кого-то, кто будет представлять другую точку зрения. Наверное, не стоит это все того шока: когда Энни узнает, что сама она будет вести Эту Самую передачу - Эдисон была одним из двух основных корреспондентов радиовещания, наиболее (иронично) традиционным. Так что, в общем-то, она не должна быть настолько удивлена, когда редактор призывает ее в кабинет и озвучивает свое предложение.

Предсказуемость этих событий совершенно не облегчает диалог, особенно когда начальник кажется абсолютно расслабленным. Может быть из-за этого все и случается. Может его вопрос о том, что мог бы стать из оппонентом, был совершенно ожидаемым. И возможно ее собственный ответ оказался настолько же предсказуемым.

Не то, чтобы она когда-то собиралась озвучивать собственное резкое "нет". Второй-по-значимости политический корреспондент радио, она, разумеется, была готова к этому, но все же. но все же: когда редактор объявил о предстоящей акции, Энни оказалась неготова - слишком, слишком, слишком. Слишком сильно настаивающая на том, что магглорожденных в их обществе должны были принимать давно и беспристрастно, например. Да и вообще - множество всяких чересчур, которые скорее всего затормозили бы ее карьеру где-то еще. Но, слава Мерлину, ее редактор был человеком далеким (крайне и беспрецедентно) от предрассудков, а потому и на сам обзор выдвинул именно ее. И к этому Энни была готова - более-менее, под коучингом со стороны старших коллег.  Шоком стало другое, а именно - необходимость выбора собственного соведущего.

Ладно, у нее было множество кандидатов. Ежедневный пророк в принципе на них скуп не был, особенно теперь, когда темы, которые поднимало радиовещание, с народом резонировали особенно. У нее был выбор - широкий, хотя, конечно, не каждый из них рвался освещать выбранную тематику в компании радио-коллег. И все же - выбор был: Пророк постарался, видимо, желая отвести от себя подозрения в какой бы то ни было предвзятости. У Энни был выбор. Выбор был простым.

Как только она увидела его имя - дело было сделано. Энни чуть краснеет, отводит взгляд, потому что дело совершенно не в этом. И все же: не мстительное, но неприятное чувство просыпается внутри. Джеффа Энни не видела несколько месяцев (во всяком случае - не напрямую). Джефф Энни не нравится - не это ли идеальное соответствие двух ведущих, говорит она себе, проверяя его микрофон. Раньше-был-чистокровен: идеальная позиция для критики того же Лестрейнджа. И она именно об этом думает, когда он оказывается в студии:

- ...Эдисон, и, совершенно неожиданно для нас самих, мистер Джефф Вингер, - и, да, его имя произносит больший фурор, нежели ее собственное, но Энни не собирается фокусироваться над этим, предпочитая обратить все внимание на гостя, игнорируя все остальные эмоции, существующие, возможно, в реальном мире, но точно не в этой студии, - Джефф, расскажи, каковы твои впечатления от прошедших дебатов, - она сама его выбрала, настоятельно и прицельно, сама направила ему темы сегодняшних дебатов, но почему-то видеть Вингера в студии - также непривычно, как было бы застать саму Эдисон за печатными станками.

[nick]Annie Edison [/nick][icon]https://i.imgur.com/waR5MwT.png[/icon][sign]  [/sign][lz]<who> <a href="ссылка на анкету">энни эдисон, 20</a> </who> <ank1> магглорожденная волшебница, штатный параноик волшебного радиовещания, радикальный романтик[/lz][status]there's a conspiracy here[/status]

+14

7

https://s8.gifyu.com/images/LIMA.gif

Edwardus Lima II
[1946, Слизерин/Рейвенкло1964, Глава группы ликвидации опасных вервольфов Секции учёта оборотней, Пожиратель смерти либо лояльный пожирателям; —// внешность: Joseph gordon levitt]

Есть хорошие люди, есть плохие, а есть те, кто слал условности нахрен!
В магическом мире есть много знаменитых семей, много неизвестных, есть те, чьи имена на слуху у узкого круга людей. Чуть меньше чистокровных, ещё меньше чтущих принципы чистой крови. Семья Лима относится к тем, о которых знают любители магозоологии и те, кто в школьные годы знал не только как называются их учебники, но и чьего они авторства. Наверное на этом и заканчиваются все заслуги их фамилии.
Лима со времён прародителей отличные маги зоологи, это ремесло буквально у них в крови. Они не из тех, кто держит заповедники или разводит породистых зверушек. Скорее из исследователей, чья жизнь посвящена разъездам по самым захудалым уголкам этого мира, по самым грязным кучам, на которых точно водится что-то неизученное. По самым влажным тропикам, по самым дремучим лесам. И так всю жизнь. В лачугах, палатках, лишениях. Но в этом, наверное есть своя романтика.
Эд, как и Финн, из тех детей в своих семьях, которых принято считать “чёрной овцой”, “белой вороной”, сосредоточением всего, что раздражает и огорчает родителей, которые бы хотели вырастить достойного продолжателя рода. Наверное именно поэтому в какой-то момент эти двое и познакомились на общей волне, ещё в школьные годы, и с тех пор не теряли связи, даже когда Лима путешествовал после выпуска.
Эд особо никогда не хотел провести жизнь лёжа в луже и наблюдая в бинокль. У него были свои мысли на жизнь, какие-то планы. Известные только ему. Но “фамилия обязывает”. И он жил как то должно, пока ему всё не осточертело и он не стал поступать так, как ему хочется, а не как будет лучше.
Эд какое-то время плотно занимался контрабандой редких товаров. В основном животного происхождения. Ведь для него не составляло особого труда отловить какую-то редкую пушистую тварь и загнать её в три дорого идиоту, который хочет из неё рагу или шапку.
В середине семидесятых Эд приезжает в Лондон и решает остановиться здесь. Ему нужна легальная работа. Пусть не высокооплачиваемая, но чтобы соответствовала его навыкам. Финн замолвил за Лима словечко в Бюро.
Сейчас Эдвардас глава группы ликвидации ов, или старший ликвидатор, если вам так нравится больше. Роули доверяет ему как самому себе. Никогда не обращается к другу, как к подчинённому, да и повода не было.
Во многом Эд Лима похож на эталон джентльмена своего времени. Однако в нём скрыты такие потаённые черты, живут такие демоны, о которых стыдно упоминать вслух. Иначе что могло бы заставить магозоолога с педантичной методичностью истреблять вервольфов.

Из известных родственников: Эдвардас Лима I  автор «Чудовищная книга о чудищах», 
Мина лима — ведьма, уличённая в тёмных делишках с гоблинами.


дополнительно:
Все пункты заявки менябельны и обсуждаемы.
Моему персонажу иногда требуется нянька, а иногда верный друг. Так что Игры будет много! Это я могу вам гарантировать.

пример вашего поста

Бюро всегда кишело людьми. Не так как на других этажах Министерства, но Роули хватало и того, что кто-то вечно шныряет мимо двери его кабинета, хлопает дверью, заглядывает задать глупый вопрос. Где-то в конце коридора группа ликвидации проверяла затворы камер для содержания вервольфов в фазе. Стандартная программа каждого полнолуния. Ещё пару лет назад он сам проделывал всё по регламенту, от проверки камер, до сборки снаряжения. Прекрасные времена. Ночи, леса и болота, погони. Удачи и промахи. Во всём этом была своя поэзия. Когда проходят годы. И старые твои друзья, как и ты сам, носят узор на теле, оставленный когтями зверей и ветвями деревьев. Но когда ты молод и неопытен, каждое твоё полнолуние превращается в повод для ночных кошмаров на весь следующий месяц.
За пару часов до рейда Роули, по традиции, оставшейся от предыдущих руководителей, проводил инструктаж. Весьма формальный для ребят из ликвидации, поскольку они и сами знали лучше, как им разделиться на группы, кто работает на загон, кто на отлов. Финн доверял ровно половине из них. Вторую половину переносил. Текучка кадров в их сфере дело привычное, как и в отлове опасных тварей. Поэтому всегда была пара, тройка человек, которых стоило бы оставить в Министерстве на бумажной работе, но они рвались в полевую службу. А раз они хотели испытать себя на прочность, но Роули им препятствовать в этом. худшее, что может с ними произойти, это укус с последующим обращением. Смерть предпочтительнее. По мнению самого Финна. Впрочем это совсем другая история.

Сегодня было настроение “тряхнуть стариной”, поэтому мужчина решил сам отправиться на ночную прогулку. Не с целью отлова, скорее понаблюдать за работой своих сотрудников. В компании старшего ликвидатора Эдвардаса Лима, по совместительству старинного приятеля Финна он направился на окраину небольшого городка в Хартфордшире. Следом на опушку парка аппарировала и группа ликвидации. Роули оглядел собравшихся, переглянулся с Эдвардасом, и сунув руки в карманы, прогулочным шагом направился вглубь лесопарка.
-Всем удачной охоты, господа, - бросил он через плечо с ухмылкой и прибавил шагу. Ликвидаторы ринулись врассыпную и растворились в темноте и тумане.
Пройдя метров двести они со старшим ликвидатором заняли позицию на пригорке и нарочито, с удовольствием, закурили. Оборотни раздражаются, когда ощущают присутствие людей. А значит не будут прятаться.
Проще прихлопнуть бегущего на тебя вервольфа, чем искать его лёжку всю ночь по колено в грязи. Такой позиции придерживался Финн, как собственно и “воспитанные” им головорезы.
Ночь была хороша, луна низкая, крупная, вокруг много тумана, но в свете луны видно движение сизых клубов.
Уже начало становиться зябко, от бездельного стояния, когда наконец кто-то нашёл оборотня. А это означало, что рейд заканчивается. В лучшем случае. И Финн было уже вздохнул и похлопал Лиму по плечу, как бы невзначай поздравляя с окончанием рейда. Когда кто-то в темноте и хрустальной тишине ночного леса крикнул “Инкарцеро”, а спустя несколько минут в воздух взвился столб сигнальных красных искр, указывающий местоположение колдующего и это означало, что нужно подкрепление. Роули принял решение наблюдать, однако когда мимо них с поджатым хвостом пронеслась махина, Финн резко переключился в осатанелый режим. Эти недоделки решили запороть такую отличную ночь!
-immobilis, - белая вспышка достигла движущуюся мишень и вервольф рухнул прямо на бегу.
Псина не собиралась нападать, она улепётывала от кого-то настолько быстро, что даже не заметила, что неподалёку от пути её следования на холмике отдыхают два мужчины. Значит кто-то спугнул оборотня, возможно причинил боль. Но не поймал и не убил. Это что за новости?
Наконец подоспели члены группы ликвидации. Роули сверкнул глазами.
-Псину убрать и поместить в камеру, - махнул он рукой и направился в сторону, где уже хлопотали другие работнички.
-Кто колдовал? - продолжал стальным голосом шеф.
-Я, мистер Роули, - отозвался молодой сотрудник Бюро, явно повстречавшийся с оборотнем лицом к лицу. О чём свидетельствовали его раны. Роули одарил его испепеляющим взглядом, но ничего осуждающего не сказал.
-В Мунго его! - парочка парней подхватили своего коллегу под руки и испарились в аппарации.
-А теперь найдите мне того, кто кричал заклинания на весь лес, - Торфинн не просил, он грубо намекал на то, что спугнувший оборотня сейчас должен выйти и принять свою участь. Голос был женский, а сегодня на задании женщин было не много. А вернее сказать одна.

+8

8

https://i.imgur.com/4aMr36o.gif https://i.imgur.com/EcTkvXk.gif

priscilla burke*
[1951, slytherin'69, death eaters; —// lucy boynton]

л у ч ш и е              п о д р у г и              н а в с е г д а
говорили мы друг другу, а я потом замуж вышла, работать устроилась, а ты связалась не с теми, не тому сказала "да". ты синяки на руках скрывала, кровью научилась сглатывать, у тебя в жизни все хорошо, ты же, деточка, под счастливой звездой родилась.

тебе так говорили, но к 28 годам понимаешь - лгали, нагло лгали. я тебя не видела больше шести лет, у меня проблемы другие, для кого-то кажущиеся лужей, для меня - морем, океаном представляющиеся. тебя муж избивает; а может все совсем не так и его похищают, а ты сбегаешь. в лесу проводишь несколько дней, потому что аппарация в этом регионе почему-то не срабатывает [ чертовы артефакты ]. вскоре у тебя сил не остается ни для трансгрессии, ни для попыток идти дальше. у тебя на предплечье метка жжет, и ты дождаться ответа от хозяина не можешь; вот тебе и цена слепой веры.

тебя, еле дышащую, находят спустя неделю и в мунго закрывают. однажды я просыпаюсь, потому что ты рядом стоишь. у меня другие проблемы, говорила же, сцилла, сейчас не время, как ты сюда попала? а ты понятия не имеешь, потому что последнее, что помнишь, - небо, сквозь густые ветки проглядывающее.
а потом мы обе слышим новости по радио: найденная в пригороде девушка опознана. присцилла берк со зверскими ранениями находится в коме в Ммунго, колдомедики борются за ее жизнь.

как так, сцилла, как так, что среди всех людей, тебя видеть могу лишь я?


* имя сменить можно, внешность тоже
* принадлежность к пожирателям смерти тоже можно сменить; неважно, к кому принадлежит условная сцилла, ибо пэт и там, и там побывала
* абьюзер муж или хороший парень на твое усмотрение, мне главное, что тебя нашли с непонятными ранениями в лесу, а потом ты стала привидением, которое видит только пэт https://i.imgur.com/ECCVt8A.jpg
* приходи, все обговорим, обсудим, можем подольше тебя привидением оставить, можем в прошлом спасти и сейчас пытаться как-то разобраться с тем, кто на тебя напал (тоже обсудим и придумаем)
* пишу с инверсией, от третьего_первого лица, частой игры не прошу

пример вашего поста

Патриция осекается, потому что Доркас говорит правильные вещи: что ее ждет через год там, откуда она бежала, потому что когда-то всех окрестила монстрами, зверями, чьих лап опасаться нужно? Наверное, ничего хорошего, сто процентов — ничего_хорошего. Селвин скорее наказать себя хочет, с каждым годом ставки повышая. Сначала это было самобичевание, общение с теми, кого презирала до этого, а теперь вынуждена с ними равняться, после — побег, отчаяние, попытка скрыться от всего мира. Когда с этими тенями Патриция смиряется, она решается на следующую ступень: разговор с Нейтом, Кадом, теперь возвращение домой. Кажется, что еще чуть-чуть и ее на земле этой больше не будет, судьба наконец устанет бороться с яростными попытками с ней столкнуться и просто даст то, чего Селвин жаждет. Наверное, так было бы правильно, так было бы с п р а в е д л и в о.
— Я их не защищаю, — отвечает пристыжено, потому что не ради пожирателей смерти рискует всем, а ради семьи.
— Я уговорю их уехать, бросив все позади, — скорее себя успокаивает, чем Медоуз пытается предложить очередную сделку. Могла бы быть более убедительной: Доркас, только я могу их убедить, понимаешь, надо бежать, — было бы этого достаточно она уже никогда не узнает. За год ее отсутствия Орден Феникса никуда не сдвинулся: разве что оказался запрещен законом, что только усложняло ее сотрудничество с ним. Если теперь они наравне с пожирателями смерти, то в чем смысл, стоит ли ради этого рисковать?
Медоуз повторяет то, что ей твердят окружающие: ради блага, ради добра, ради светлой стороны. Но кто определяет то самое благо, кто диктует способы борьбы? Селвин догадывается, что орденовцы следуют за несколькими лидерами, судя по всему, один из них Альбус, раз она сама с ним договаривалась о сделке, второй — Аластор, потому что Фрэнк именно через него ее в Орден зовет, а третий Эдгар, потому что он баллотируется в министры. Патриция правда не понимает, попытка победить в выборах — это способ отвлечь внимание или на свою сторону перетянуть первенство, ведь если во главе министерства магии окажется свой человек, то посадить неугодных в Азкабан на пожизненное заключение будет в разы легче.
Но только магглы не догадываются, что министры магии — лишь куклы, власти особой не имеют, ибо все решает визенгамот, председателем которого еще нужно стать. Значок министра не дает подобной гарантии, поэтому планы Ордена Феникса для нее до сих пор остаются загадкой.
Да и Доркас задается тем же самым вопросом, переспрашивая то, на что Патриция и сама найти ответ не может. Столько лет между двумя огнями, столько переживаний и попыток понять, как_правильно приносят лишь мигрени и нервные расстройства, а не мудрости или хотя бы жизненные уроки.
Но Пэт палочку крепче пальцами сжимает, потому что от своей мысли отступаться не хочет — это последний разговор с орденовцами, больше она с ними не только сотрудничать не хочет, но и пересекается. Клятва связывает ей руки, она не может поделиться ни с кем важной для деятельности феникса информацией, поэтому они могут просто ее отпустить, в конце концов Селвин имеет право принимать решения самостоятельно.
— Я считаю, что нельзя верить одному человеку, — отвечает, чуть погодя, искренне и так, словно не прощается, — нельзя верить в одного человека настолько слепо, чтобы следовать его указаниям беспрекословно, — Патриция кивает на палочку, которую Доркас на нее направляет, потому что если бы не Альбус, — она в этом уверена, — то они бы уже давно разошлись с миром. Но он приказал следить и не отпускать, что понять можно, но принять — нет.
— Надежду нужно искать в нас самих, в семьях, которые разрушаются из-за чужих амбиций, — упрямо отвечает Селвин, своего артефакта не опуская и понимая, что следующие слова Медоуз вполне закономерны. Она не может предать своих, подставить того же Дамблдора или Хартли — любого, кто причастен к информации, которой Пэт обладает. Но все эти разговоры толка никакого не принесут, девушки все равно будут стоять на своем, оттого Патриция на месте остается, раздумывая, достаточно ли времени прошло, чтобы вновь прыгнуть в вихре аппарации.
В ответ Доркас она только кивает:

— Я не хочу тебя ранить, — предупреждает, а на самом деле показывает, что не отступится и ее решение окончательное. Приподнимает голову, губы поджимая, и не отводит взгляда от той, от которой зависит чуть больше, чем ничего. Орденовцы заставляют всех членов организации чувствовать себя важными, словно они и правда могут что-то исправить, но очень легко отличить оптимистов от дураков, и Патриция во взгляде Доркас видит то, что в свое время мечтала разглядеть в Нейте. П о н и м а н и е. Она не просто стоит посреди поля, не просто под прицелом держит ту, кто когтями себе вырывает путь домой, она словно сама рассуждает о происходящем, и это Селвин заставляет смягчиться, поэтому палочку опускает.
Сражаться она не будет, выдержит атаку, ее заблокирует, но сама наступать не станет; подбирает рюкзак, который по воздуху к ней летит, не выпуская Медоуз из видимости.
— Я не могу быть с теми, в кого не верю, как бы мне ни хотелось справедливости, но для всех она разная. То, что Альбусу принесет удовлетворение, разрушит несколько семей, и я не могу с этой мыслью жить дальше, потому что в войне нет победителей, — Патриция щит вокруг себя колдует, — мы уже все проиграли, Доркас, — а потом трансгрессирует несколько раз, прыгая из парка в Косой переулок и оттуда в гостиницу Бирмингема, пока наконец не останавливается в нескольких километрах от родового поместья с попавшим в нее заклинанием Доркас, упрямо за ней прыгающей до Бирмингема.
Патриция наверняка много ошибок совершила и еще совершит, в ней живет бунтарство, которое выражения еще не нашло, потому что боль и отчаяние окружающих в себя она впитывает и не знает, как с ним справиться. Она была на стороне нейтралитета, обратилась за помощью к тем, кто, казалось бы, свет олицетворяет, и теперь должно попробовать понять, что из себя тьма представляет.
Тени ее поглощают по мере приближения к дому, но Селвин шага не сбавляет, крепче лямки рюкзака пальцами перехватывая. Она очень устала и ее тошнит от столько трансгрессий подряд, поэтому у высоких кованных ворот Пэт останавливается, чтобы перевести дыхание. В некоторых окнах горит свет, а лужайка заросла непроходимыми зарослями; атмосфера двора не внушает доверия: слишком мрачно, слишком не_так. На крыльце не встретит мать, тяжелые руки отца ее не обнимут, а взгляды братьев не позволят расслабиться в своей комнате.
Патриция дышать опасается, когда толкает ворота, боясь, что защита ее не пропустит, но не чувствует в ладонях ни боли, ни сопротивления. Делает несколько шагов к дому, пока не замечает, что входная дверь открывается, а освещая теплым светом крыльцо.

Отредактировано Patricia Selwyn (2020-10-08 20:10:42)

+12

9

https://i.imgur.com/AKzA042.gif https://i.imgur.com/7co2TGB.gif

oliver mckinnon
[1952, хаффлпафф'1970, пивоварня mc-ale, лояльность на выбор; —// manny montana]

[indent] у тебя за плечами несколько лет приютов и приемных семей, когда маккинноны тебя замечают и забирают к себе насовсем. ты, как ежик с иголками, не можешь_не хочешь довериться, отвергаешь общение многочисленных новоиспеченных братьев и сестер. марлин, по началу, на тебя смотрит с опаской.
- это что за рисунки?
- это татуировки

[indent] у тебя детство было сложное, но ты постепенно начинаешь чувствовать себя маккинноном. бунтарство твое множится на взбалмошность шотландских наследников короля артура. ты воруешь яблоки у соседей, а марлин стоит на четвереньках, помогая тебе дотянуться до тех, что повыше висят. она ловит мантикору в лесу, а ты за ней следом бежишь, потому что прикрывать нужно.
[indent] когда марлин решает поступить в аврорат, ты возвращаешься в шотландию, к 1980 году полностью перенимая на себя управление семейным бизнесом. у тебя, может, кровь и другая, чужая, но ты - член семьи, что всегда спешишь доказать. особенно, когда погибает старший брат, когда сестра оказывается в мунго.
[indent] ты бизнес ведешь не совсем честно (об этом всем известно), но прибыль есть, а ты всем сердцем горишь за то, чтобы преуспеть. когда пожиратели смерти взрывают фабрику производства в Уэльсе, ты решаешь это дело не оставлять безнаказанным.


— внешность и имя можно сменить (передали, что нельзя менять, не могу противиться мнению большинства, тебя ждут ахахаха);
— биографию тоже, лояльность обсудим. мне видится парень, который был в семью принят, а спустя годы притирки другим себя уже не помнит. наверное, хочется противоречивости (связей с пожирателями смерти может или внезапно объявившиеся твои родственники). что-то в Мэнни есть такое, что наталкивает на мыль о нечестности бизнеса. буду только рада вместе обдумать, обсудить. буду твоим маятником, а ты моим компасом - все дела, брат, короче, ты приходи, где ходишь?
— набьешь мне первую тату??? по-братски
— развивай подпольный бизнес, мути с девочками или мальчиками, приму тебя любым. по постам можем обменяться, размер зависит от настроения, но для меня он неважен. не подгоняю, сама несу ответы тогда, когда есть возможность. обещаю одевать, но не раздевать (оч хочется, но ты брат.... вот так вот измен избежала считаю победа)

пример вашего поста

Первая Авада Кедавра должна была запомниться странными ощущением, скорее всего — отвращением к самой себе, парочкой проклятий и, пожалуй, разочарованием, но Марлин не помнит ни первого, ни второго, ни третьего. Она убивает впервые в 1978 году, делает это инстинктивно, разозлившись в ответ на хорошо спланированную операцию пожирателей смерти.
Зеленый цвет МакКиннон ненавидит, но продолжает видеть каждый раз, когда оказывается в рейде. Противник не чурается жестокости, а она, Марлин, старается ранить, но не убить. Она считает, что не имеет права отнимать жизнь, потому что если вдруг из ее палочки выплеснется зеленый луч, то чем она лучше тех, против кого необходимо бороться? Марлин доказывает свою мысль несколько лет, активно вступает в дискуссии и ругается с Аластором в пух и прах вплоть до отвратительных слов, потому что «идите все к черту».
Она понимает, что неправа в марте 1978 года, когда на ее же глазах Эмма падает лицом вниз и не пытается перевернуться. Марлин застывает на поле боя: глаза щиплет от стекающего с виска пота, а из влажной ладони то и дело выскальзывает артефакт, но МакКиннон держит его крепко, перекидывая в левую руку. Она замирает на месте, задерживает дыхание, щурится и стирает рукавом пот с глаз, чтобы понять, что Роббинс все так же лежит и не двигается. Осознание неприятно касается разума, когда в нее попадает несколько атакующих пыточных заклинаний. Она падает на землю, но в отличие от подруги успевает перевернуться на бок прежде чем вдохнуть в истерике грязи.
В тот день Марлин встает спустя пару минут, нацеленная отомстить, но Эммы уже не видит: ее уносят в штаб, как потом она узнает. За это время МакКиннон убивает двоих пожирателей, первого накинув одного из них на штырь, торчащий из детских качелей, а во второго запускает зелёный луч. После этого она аппарирует в штаб, чтобы сосредоточиться на том, что на кушетке лежит ее подруга, лишенная возможности узнать, за что они все боролись, потому что кто-то просто решил, что имеет право отбирать жизни.
Марлин теряет способность вызывать патронуса к лету 1978. Она просто не может сосредоточиться на том, что раньше согревало душу, потому что ничего не имеет смысла, а всякие попытки перебороть пустоту и страх, заполонившие ее сознание, остаются пустыми. МакКиннон использует аваду практически каждый раз, когда выходит в рейд, и кивает Муди, который прикрывает ее своим контрзаклинанием.
Лишение жизни теперь кажется целью, которая с каждой потерей становится все четче и ярче.
Марлин, порой, боится, что растворяется в мести, забывает о том, ради чего они изначально вступили в Орден Феникса, но достаточно быстро собирается с мыслями перед настоящей опасностью.
К 1980 году она успевает разочароваться во всем: в себе, в людях, в будущем. Наверное, ей стоит перестать все проживать в одиночестве, но нагружать друзей своими проблемами кажется несправедливо. Кто-то идет дальше: женится, беременеет, пытается жить в варварские времена и сбегать от убийств и потерь в иллюзорный мир спокойствия, спрятанный за семью замками. МакКиннон же возвращается к себе в квартиру, закрывает дверь на пару заклинаний и открывает бутылку вина, которую не успевает допить, потому что сон побеждает ее быстрее.
Сегодня у нее очередное задание, и она идет вместе с ребятами к выходу из штаба. Марлин действует по привычке: аппарирует, проверяет местность, убирает порт-ключ во внутренний карман куртки и колдует вокруг себя дезиллюминационные чары. Следующие пару часов проходят в засаде, где она успевает обдумать всяческие варианты нападения как с их стороны, так и со стороны противника. Этого хватает, чтобы отвлечься от переживания после убийства двух министров парой неделями ранее.
МакКиннон считает, что подобная открытая агрессия — признак уверенности в себе, а вот это уже ее абсолютно не устраивает. К семи утра становится очевидно, что наводка на штаб пожирателей оказывается пустой, и один из орденовцев отправляется проверить дом, когда Марлин решает взять на себя улицу.
Она идет медленно, смотрит по сторонам, поддерживает рукой ладонь с артефактом, чтобы, если что, успеть среагировать на атаку. Марлин удается обойти всю дорогу от начала и до конца, когда при повороте обратно вдруг замечает приближающуюся к ней фигуру. МакКиннон не медлит и выстреливает Аваду сразу же, тут же прячась за углом пока не слышит характерный стук. 
Дыхание учащается, потому что Марлин знает, что пожиратели не такие глупые и могут устроить засаду с помощью иллюзий. Она выжидает несколько мгновений и выглядывает в сторону улицы, чтобы убедиться, что цель сражена и остается на месте. Первое время она всегда вспоминала Эмму, лежащую в грязи лицом вниз, но со временем и это воспоминание стерлось, очевидно дав возможность Марлин перестать сожалеть каждый раз, когда зеленый луч ударяет из кончика ее палочки.
Она медленным шагом возвращается к жертве, но не спешит опускаться на колени рядом — мало ли, возможно, это лишь обман, чтобы застать ее врасплох. Но МакКиннон заставляет удивиться не тишина, окружающая ее и тело, а то, что из-под капюшона теплой мантии видны пряди волос. Не то чтобы пожиратели не имели волос, нет, напротив, просто они всегда были скрыты маской.
Марлин хмурится, немного опускает артефакт, обходя убитого. Оказавшись рядом с лицом, она поджимает губы, замирает на месте и, кажется, задерживает дыхание, потому что ебтвоюмать.
Фрэнк находит ее спустя пару минут, когда Марлин уже на коленях сидит рядом с убитой, оказавшейся лишь обычной прохожей. Но на ее пальцах не видно крови, потому что непростительное заклинание не оставляет видимых следов.
https://i.imgur.com/rPgEEtt.gif https://i.imgur.com/Cw3N7tG.gif https://i.imgur.com/LuHc7bf.gif
Они договариваются оформить ее, как пострадавшую, но МакКиннон требует отправиться в морг вместе с телом.
— Я должна, — ее бьет истерика, но ситуация не дает возможности дать волю эмоциям, поэтому Марлин лишь ходит из стороны в сторону в ожидании, когда прибывшие авроры запротоколируют случившееся.
— Марлин, иди лучше домой, — она говорит, что собиралась на работу (правда парой часами позже), но решила прогуляться, когда заметила лежавшую на тротуаре женщину. Ей нельзя признаваться, что из ее палочки выпущен зеленый луч, как и нельзя поделиться истинной причиной своего переживания. Фрэнк это четко дает понять: Марлин должна ждать указаний. 
Но, кажется, впервые в жизни «должна» не соотносится с «может», поэтому МакКиннон требует разрешения сопровождать тело на опознании.
Они стоят в морге в Мунго уже двадцать минут. Ей не говорят — кто погибшая, но судя по шепоту Марлин осознает, что это не совсем незнакомый человека. Спустя пару минут она узнает в вошедшей в комнату девушке — Арлет, ту самую, которую покусал оборотень.
МакКиннон хмурится, делает шаг назад, потому что ее трясет от страха и от сожаления.
Она убила мать этой девушки, она убила женщину, решив, что черной теплой мантии, накинутой на голову достаточно, чтобы увидеть в прохожем пожирателя смерти.
Марлин делает несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться: «дождись указаний» уже кажется не такой хорошей идеей. МакКиннон должна признаться, попросить прощения, помочь Примпернель… но разве слова как-то облегчат потерю?
— Арлет, я… извини меня, — срывается с губ, когда девушка возвращается к Аврорам и Марлин, стоявшей неподалеку от входа.
— Я… — она подбирает слова, когда один из парней вставляет:
— Она нашла вашу мать, — МакКиннон шумно выдыхает, потому что комок из лжи начинает спутываться, и это ее совсем не радует.
— Это твоя мать?

Отредактировано Marlene McKinnon (2020-10-14 15:38:30)

+18

10

https://i.imgur.com/24LPkGr.gif https://i.imgur.com/ajhhDyM.gif https://i.imgur.com/SKXELiB.gif

liam pettigrew & diana solomon

[1941, R’1959, ministry, mm; —// michael sheen]

тебя в приличной семье воспитывали, в хорошей: магглы-родители вместе - всю жизнь, и умерли в один день. черт знает, что не так пошло: может быть ты в магический мир окунулся и увидел, что для того, чтобы выжить тут и какое-то (свое) место найти - нужно уметь вертеться. думал - разведешь богатую наследницу и жить красиво станешь, не ожидал, что от нее родители после беременности откажутся, вот и пришлось бежать. а может ты был обычным парнем, может ты влюбился по уши, но по-молодости - не выдержал всего, что сопровождало идею семьи и ребенка в реальности - бессонных ночей, постоянного стресса, туманного будущего. может так и было, Питер не в курсе - знает только, что не так давно ты в его жизни снова объявиться решил, и при всей своей проницательности - не может понять зачем тебе это нужно.
у тебя семья новая - может в ней дело? дочь младшая отдалилась в последнее время, друзей в лютном завела: она - полукровная, у нее статус другой, и смотрят на нее не так, как на тебя когда-то. может в этом дело? может ты хорошим отцом стал, переживаешь, решил к сыну обратиться за помощью, а заодно и с ним наладить контакт?
или тебе все же нужно что-то еще?

[1941, S’1959, none, de; —// kelli williams]

ты в другой жизни совсем иной женщиной стала бы - уверенной в себе, украшение любого чистокровного вечера. увы - ошибки молодости просто так не перечеркнешь, особенно когда они по поместью бегают, раздражение отца вызывая. тебя Соломон-старший в свой дом принял, после того, как ты с чертовым магглом разошлась, даже ребенка оставить разрешил, пускай он и стал причиной того, что бизнес семьи, завязанный на связях с чистокровными, увядать начал.
тебя десятилетия жизни в качестве всеобщего разочарования превратили в бледную тень. и родители умерли уже, но это ничего не исправит - ты сама себя в поместье закрываешь, у тебя только Питер остается, который мечется между желанием тебе угодить и друзьями, которые давно уже настоящей семьей ему стали. ты это видишь тоже, ты не можешь так - он тебе всю жизнь испортил, он тебе должен, у него права нет отдаляться, особенно сейчас, когда ты одна осталась. твои визиты в мунго - это ведь вранье, да? ты ведь не болеешь на самом деле, Диана? но сын тебя любит, ты у него - слепое пятно; и Питер больше времени в поместье проводит, приезжает на выходные чаще.
какие у тебя на него планы?


писать заявки так, что непонятно нихренашеньки - могу! умею! практикую! меняемо все начиная с внешностей и имен, заканчивая возрастом и занятостью, над концепциями тоже можно подумать (особенно над папаней - Питер его толком не знает, поэтому он не упоминался нигде). за подробностями - прошу в лс, оттуда утащу в телегу хд приходите, жду, давайте думать, как вы сына довели до жизни такой.

пример вашего поста

- Да брось, Рем, - отмахивается, но - с улыбкой, потому что это приятно, приятно производить такое впечатление, пускай даже на старого друга, пускай он не совсем серьезен, пускай в голосе проскальзывает ирония, - мы оба знаем, что даже если я превращусь в сурового Скримджера, а ты пойдешь работать в библиотеку, Джеймс и Сириус не оставят нам шанса на скучную и серьезную жизнь, - это - правда, это уже и сейчас было подтверждено. Поэтому они в орден идут, поэтому лично его жизнь не ограничивается министерскими кабинетами (Питер бы не против, Питеру нравятся министерские кабинеты).

Кофе приносят быстро - официантка мельтешит, на Ремуса косо смотрит, глаза, кажется, ему строит (Питер смеется в ладонь, плохо маскируя хихикание приступом кашля). Самого Петтигрю она смеряет после этого взглядом крайне негодующим, но и уходить не спешит, способ задержаться ищет, зависает над ними, тыкая Питеру в меню - а может то, а может это.

- Ладно, ладно, давайте светлое... я не знаю, что у вас полегче? - у Питера с алкоголем отношения не то чтобы совсем дружелюбные, а может - наоборот - слишком близкие; он обычно себя не ограничивает, тогда, когда это дома; когда вокруг только самые близкие и можно расслабиться. Сейчас напротив тоже лучший друг, но он сегодня не расслабляться настроился, ему нужно в трезвом уме быть - и так волнуется сильнее, чем должен бы, наверное. Ему хочется, чтобы Рем согласился - не только потому, что это очко в сторону Петтигрю. Не только потому, что если Люпин в проект Юджинии войдет, именно Питер будет тем, кто настоящего оборотня для них отыскал. Это ведь им обоим выгодно: возможность на блюдечке с голубой каемочкой. Девушка их, наконец, вдвоем оставляет. Парень кофе выпивает практически залпом - горло обжигает, но голову прочищает немного. От следующего вопроса отмахивается с притворным оскорблением, глаза большие строит:

- А что, меня одного уже недостаточно? - театральность скорее Сириусу свойственна некоторая, Джиму - тоже; Питер у них учится, потому что видит как легко иногда с ее помощью напряженную обстановку разрядить. Перенимает манеры, жесты, комбинирует, чуть меняет - так, чтобы кража совсем очевидной не казалась. Головой качает - "ладно, ладно, скажу честно" - у Поттеров романтический вечер, Джеймс все ручки дверные носками завесил, так что я даже пытаться не стал. Сириус... что-то в ордене, - морщится немного: "что-то в ордене" в последнее время у Блэка было вообще часто - еще с января, а уж после возвращения Флеминг - и подавно. Не зацикливаться на этом, на этом - нельзя, он даже не упоминает, иначе весь вечер проведет Луну проклиная, а Ремусу его успокаивать придется, а не выбор делать важный, - так что не сегодня, - официантка пиво приносит, очень вовремя: Питер глоток делает, старательно притворяясь, что не считает подобную встречу странным, что не нужно пояснять причину, по которой он позвал его: ну собрались два друга. Наблюдает за тем, как и в стакане Рема пива меньше становится: пункт "напоить Лунатика" он в свой сегодняшний план не включал, это было бы идеей ужасной, но и на совсем трезвую голову этот разговор весь не хотелось.

- Слушай, ну что ты, - смеется, легко, на секунду даже забывая об остальном, от собственных мыслей отвлекаясь - потому что отнекивания Ремуса - это всегда чертовски забавно (и грустно - немного). Они с Дорой женатую пару напоминали, пожалуй, даже раньше, чем Поттеры, все, чего не хватало - капельки официоза, устроить который было не так уж сложно, - во-первых, убежище из дома Блэка - так себе, я процентов на девяносто уверен, что он твоей даме еще пару лет назад ключи выдал, - в его защиту - даже если Питер прав - Дора их кормила, так что, - а во-вторых, кого ты обманываешь, ведь, - увы - не выходит пуститься в очередную тираду о том, что "ты тоже человек, Лунатик, Доркас о твоей проблеме знает прекрасно - не хотела бы с тобой всю жизнь провести - ушла бы давно, вместо того, чтобы лучшие годы тратить", потому что Ремус его перебивает очень прицельно. Питер выдыхает: чего ожидал, на подобные комментарии Люпин хорошо не реагировал никогда. Он его понимает отчасти: линкантропия - дело нелегкое, вот только Рем его под контролем держит, научиться успел, поднаторел за долгие годы отлично. Питер выдыхает и сдается - в другую тираду пускается.

- Ничего особенного, - заболтать немножко, ну совсем чуть-чуть, он Рему и второй бокал заказывает как бы невзначай ("повторите нам, пожалуйста", но свой второй не трогает), - хотя, конечно, Министерство - это нечто, - история забавная, история долгая: Питер не умеет рассказывать так, как ребята, в деталях путается, назад возвращается, но Лунатик - терпеливее остальных, кивает в нужных местах, смеется - тоже. Со всеми мародерами было по-разному, со всеми легко было в разных вещах. Люпин слушатель настолько хороший, что готов даже Петтигрю терпеть. Спокойный, осторожный, терпеливый - идеальный кандидат для того, что Юджиния задумывала.

Только, зараза, слишком проницательный иногда.

Питер по столу стучит нервно, кончиком пальцев незамысловатый ритм выводя: степень готовности оценивает (свою, его). Все еще кажется - слишком рано, все еще хочется оттянуть хоть чуть-чуть, но сейчас он сам разговор на это выводит, сейчас отказываться от ответа, юлить - значит настроение другу портить, а этого делать нельзя (они и так, кажется, полгода все на взводе).

- Обещай не отказываться сразу, - предупреждает, но ответа не дожидается, это - не запрос, а преамбула. Обещания - обещаниями, Ремус - спокойный и терпеливый, но все еще гриффиндорец и мародер. Взрываться умеет не хуже остальной пары друзей, - мадам Дженкинс... у нее есть инициатива, - ее в офисе все Юджинией зовут, во всяком случае за глаза - точно: так проще и быстрее, но сейчас ему кажется необходимым соблюдать официоз, чтобы Рем понял - все серьезно, возможность настоящая, реальная, лежит прямо перед ним - дотянуться только и схватить, - по поддержке угнетаемых... слоев населения. И очень хочет привлечь в команду представителей этих самых слоев, - он смотрит на друга косо, из под ресниц, небольшую паузу делает, выжидая: сложи два и два, хоть какую-то реакцию мне покажи: ему нужно знать, что дальше делать, что дальше говорить лучше.

Отредактировано Peter Pettigrew (2020-10-21 16:34:36)

+16

11

https://i.ibb.co/9TJfw6F/image.gif

Talia Rowle
[1946-50, Рейвенкло’64 - 68, Светская львица, возможно член попечительского совета какого-то фонда , Нейтралитет, семья, возможно лояльна Пожирателям смерти; —// внешность: jennifer morrison]

Что знает Торфинн о своей жене? Ничего. Спустя столько лет брака всё ещё ничего. И это, наверное, не удивительно, когда брак по расчёту и к общему неудовольствию, когда ему предшествуют скандалы и баталии, но старший мистер Роули, глава семьи всегда остаётся в выигрыше и всё будет только так, как сказал он.
-Как она относилась к своему мужу известно только ей и богу. Они никогда не обсуждали это. Да и времени не было.  А уж как у них с Финном появился сын - вообще загадка. С виду они вполне добропорядочная семейная пара, и кто бы прикопался, к счастью им нужно играть в семью не так часто. Что может увидеть человек со стороны.  Благопристойная миссис Роули, образец чистокровной леди, сосредоточение всего того блага, которое в народе зовётся аристократизмом. Она выглядит и пахнет дорого. Всегда держится достойно и в рамках этикета. Её жизнь проходит в достатке в родовом поместье Роули, где она, не зная забот, воспитывает сына. Пока её благородный муж несёт министерскую службу вдали от дома.
Но что на самом деле? Свёкор - тиран, взявший отеческое воспитание внука на себя, поскольку такое не может доверить своему среднему, и по отцовскому суждению - самому взбалмошному, сыну. И наверное это даже к лучшему. Посмотрев на Финна с трудом можно представить его семьянином, справедливым и мудрым отцом. Даже близкие их семье люди частенько забывают, что у этого человека есть жена. А у такой добропорядочной, во всех смыслах, почти идеальной представительницы чистой крови есть такой довесок как Торфинн. Завсегдатый казино, игорных домов, мужских клубов, улицы красных фонарей, баров и прочих мутных местечек магической Англии.
-В 1980м Талия приедет в Лондон. Что  привело её туда? Вопрос...Им с Торфинном придётся столкнуться лицом к лицу. И что это будет - сложно предсказать.


дополнительно:
-Талия чистокровная волшебница, но фамилию, которую она носила в девичестве заказчик оставляет на усмотрение игрока. Будет это “Священные 28”, другие громкие фамилии, или чистокровная семья из материковой Европы, всё на усмотрение игрока.
-Все пункты менябельны и обсуждаемы.
-Этому Пожирателю нужна его жена. Драмы, стекла и хохора будет в избытке.

пример вашего поста

Он не любил высший свет, примерно так-же как и свет не любил его. Как и принято среди Лондонской интеллигенции, эти взаимоотношения не афишировали и оставались лишь на уровне колких взглядов со всех сторон. В нём не было особо ничего примечательного по сравнению с другими загнившими от безделья джентльменами. Разве, что он чуть меньше скрывал свою любовь к распутным женщинам, азартным играм и алкоголю. Попадая, своим поведением, на языки любителей сплетен и пересудов чуть чаще других. Однако по сути своей таких же, как и он, людей.
Финн не любил светских раутов, званых ужинов и балов. И тому было много мелких причин, по сути своей вполне терпимых. Но Роули был не тем человеком, который будет заниматься чем-то, что не приносит ему либо удовольствия, либо пользы. Исключением можно было считать те случаи, когда близкие ему люди обращались с просьбой. И в этот раз Финн не мог отказать своему давнему приятелю, если не сказать - ближайшему другу, в посещении его имения. Рудольфус был не тем человеком, который мог бы сорвать Роули по пустяку, а в свете последних событий ему точно нужно было присутствие доверенных лиц. Вокруг было не спокойно…
Не спокойно. Атмосфера в магической Британии с каждым днём всё накалялась и накалялась. Напряжение витающее в воздухе становилось всё гуще, подобно медленно застывающему в погребе маслу, которое с каждым днём всё сложнее было прорезать ножом, оно становилось всё более вязким, плотным, а сопротивление становилось всё более очевидным. Аллегория вполне красноречиво описывала происходящее. И сегодняшний день не обещал быть спокойнее.

Это была середина месяца, а потому на работе всё было спокойно. До следующего рейда было ещё около двух недель, а за прошлый все отчёты были сданы. В последние пару лет, он предпочитал проводить планёрки утром, а посему ничто не препятствовало появиться на сегодняшнем благотворительном вечере вовремя.
Благотворительность. Это скорее о старшем Роули, но выбирать не приходилось. Он обещал явиться. Однако по старой традиции всех обременённых министерской службой, в самый последний момент задержался решить некоторые вопросы и совершенно позабыл про время.
Опаздывать плохой тон, но когда Роули среднего волновало, какой из его поступков в этот раз сочтут плохим тоном.
Он появился на подъездной особняка уже в восьмом часу. И явился в большой зал к презабавнейшей немой сцене. Собравшиеся остановили свои светские беседы и прислушивались к радиопрограмме. Финн взял с ближайшего подноса широкий хайбол с огневиски и как медленно цедя сквозь зубы напиток стал рассматривать собравшихся, одновременно с тем пытаясь уловить суть сообщения, которое всех так заинтересовало.
Новости дрянь...но Портер даже не пешка на доске, много ли он мог рассказать? Хватило ли ему ума откусить себе язык до того, как его начали бы допрашивать? Но большей “дрянью” были выражения лиц собравшихся, в которых весьма отчётливо можно было прочитать эмоции, а если мог Роули, то мог и любой другой, умеющий в нужное время подмечать мелочи и обращать внимание на нужных людей и их поведение.
Взгляд выцепил из толпы несколько интересных фигур...более интересных, чем общая масса собравшихся пощеголять своими нарядами и деньгами.
Рудо с Беллой. Финн покачал головой, не лицу будущему министру так отчётливо выражать свою напряжённость. Но может это заметно только Роули, от того, что он знает Лестрейнджа долгие годы. Где его невозмутимость и хладнокровно-приветливое лицо?
Фоули. В другом конце зала со спутницей, делает вид, что не делает вид. Торфинну знакомо такое состояние. Но сейчас нет повода для излишнего волнения.
Восхитительная мадам Бонаккорд. Роули прищурил глаза, уже намечая направиться в её сторону, чтобы засвидетельствовать своё почтение. Однако та вспорхнула со своего места со спутником и подошла к лестрейнджам, где уже разворачивалась некая сцена с участием молодого парня. На лицо незнакомого, но по тому, как он обнял Беллатрису, явно принадлежавшего семейству Блэков.
Самое время было присоединиться к их компании.
Однако в последний момент Финн заметил у стены одну знакомую фигуру. Молодая девушка, хотя сложно сказать на сколько. Личность интересная оттого, что эту мисс Роули раньше видел в обществе самого Тёмного Лорда.
-И она тоже здесь… - с этого момента вечер становился не просто скучно-светским. Если у Лорда был на этот вечер свой план, в который он не посвятил своих верных приспешников. Или эта мисс просто одна из гостей? Маловероятно. Стоило разузнать всё подробнее, но не привлекая излишнего внимания.

Торфинн быстрым шагом пересёк зал, и притормозил в непосредственной близости от мисс и парнишки...он точно помнил его имя…Собственно как и её...как оно там было.
-Матильда,да точно, именно это имя тогда звучало, - моё почтение, Вы наверное меня заждались, я так не учтив, прошу меня простить, - защебетал пожиратель с самой приятной интонацией и улыбкой на которую только был способен.
-Если эта дама здесь, чтобы проследить и доложить Владыке… - то Финн просто обязан ей в этом поспособствовать, заодно скрасив свой вечер.
Опустив излишнее приличие и до того, как Матильда успела бы возразить хоть что-то, он подхватил её, свободную от бокала ручку, в которой лежало приглашение, положил себе на предплечье. На приглашении большими резными буквами было отчётливо написано Делия Тернер, но Финн не мог ошибиться....Матильда. Значит его предположение о тайном смысле было куда как верным.
Он ещё раз улыбнулся милой леди. Мельком приветственно кивнул стоявшему рядом и двинулся вперед.
-Пойдёмте, мисс Тёрнер, я представлю Вас хозяевам вечера.

Отредактировано Thorfinn Rowle (2020-11-05 16:16:14)

+5

12

https://i.imgur.com/eP5wDwj.gif https://i.imgur.com/KYUCb1t.gif

wyatt cassidy
[±1950, все на выбор, бармен в дырявом котле; —// pete davidson]

[indent] мы из маггловской семьи, у тебя вместо волшебной палочки с детства церковная свечка зажата в кулаке. отец нас воспитывает в вере и любви к ближнему, но мы библию "случайно" пачкаем и с воскресной службы сбегаем. ты в хогвартс первый уезжаешь (убегаешь), у тебя там жизнь не сладкая, а ты ничего другого не ожидаешь / мы знаем, что все, что на пути возникает, нужно принимать со смирением. ты с отцом в ссоре с момента, когда он не позволяет о магии дома говорить; после выпуска из школы прекращаешь приезжать на семейные праздники, чем сердце матери разбиваешь.
[indent] а еще ты не знаешь, что у нас в семье горе, и я в его эпицентре. специально тебе ничего не рассказываю, потому что считаю, что это тебя лишь от семьи отвадит. мы с тобой в хороших отношениях, поэтому тайны от тебя хранить не умею / но пытаюсь. ты, может, в орден феникса вступаешь, а может - к пожирателям смерти уходишь, но я тебя ни в чем не упрекаю / ты просто такой. можешь прийти ко мне, парня из моей кровати выгнать, сказав, чтобы проваливал, завалиться рядом и потребовать ужина в девять утра. у тебя на все есть свое мнение, и ты на ошибках своих не учишься. а тебе и не нужно, все как-нибудь само собой разрешится.
и болезнь отца, и моя ошибка (нарушение закона). а ты, когда узнаешь, обязательно со всем поможешь.


- я у тебя "твоя пацанка", ты у меня "мой пиздюк"
- заявка очень абстрактная, потому что ни в чем не ограничиваю (даже год рождения можем вместе выбрать). мне главное, чтобы эсме хранила секрет от тебя про то, что отец болен, и она ему помогла. а потом ты об этом узнаешь, велл, дальше давай решим вместе? и все подробности, конечно, тоже расскажу с:
- а еще твоя сестра в ерунду ввязалась, короче, уайтт, с этим что-то надо делать
- посты пишу регулярно, но не всегда часто. игрок я постоянный, поэтому об этом можем не переживать, о скорости всегда договариваюсь со всеми
- стиль вЫеБиСтЫй, но могу и в нормальный (кажется, еще могу). пишу от третьего лица, могу для тебя писать от первого, потому что ты самый лучший. приходи
- тебя уже ждут как минимум два персонажа (три), не потеряешься, развивайся во все стороны, хоть лорда свергни  https://i.imgur.com/eZxDIFZ.png

пример вашего поста

[indent]  [indent] Эсме, когда глаза закрывает, сосредоточиться ни на чем не может, потому что Мэл щекой к ее плечу прижимается, и она лишь за его дыханием следит. Вдох / / Кэссиди большим пальцем по его лбу проводит ; выдох / / она пальцем обратно ведет, его сон оберегая и со своим договориться не успевая. У него, порой, брови хмуриться начинают, а она улыбается, потому что за окном уже давно за три ночи переваливает, и овечки заканчиваются — Эсме досчитывает до сто тридцать девятой, сбиваясь на следующей.
Она в его квартиру приходит из раза в раз, потому что в свою комнату возвращаться не хочет, потому что они уже, кажется, вместе живут. Разве что вслух не произносят, словно негласное обещание нарушить боятся / / Кэссиди так точно; у нее ведь другие планы были, она ведь совсем не за этим к нему в баре подсаживалась.

[indent]  [indent] Сквозь шторы, плотные, но не до конца завешенные, первые лучи солнца пробираются, когда Эсме на бок переворачивается, чтобы уткнуться ему в спину и замершую ногу подсунуть под Малкольма. Он обязательно вздрогнет, что-то в подушку проворчит и снова уснет, а она следом за ним — не в спокойные фантазии, а в очередные кошмары, из раза в раз повторяющиеся. Сегодня МакГонагалл обо всем узнает и палочку отбирает, чтобы в Визенгамот привести и посреди огромного зала в одиночестве оставить.
Он полное право на это имеет — она заслужила, она сама напросилась и на наказание, и на подобное отношение. Только Кэссиди понятия не имеет, как все исправить, потому что объясняться         у ж е         поздно, а пытаться убедить — бессмысленно. МакГонагалл к карьере относится, может, на первый взгляд не слишком заинтересовано, но у него каждое решение принимается после тщательного обдумывания. Эсме бы этому у него поучиться, но все, что она из их         о т н о ш е н и й         извлекает — это привычку в нем рядом.
В его пальцах на ее спине по утрам, в его недовольством стоне, когда она одеяло на себя перетягивает, в его постоянно переслащенном кофе / / Кэссиди бы этого испугаться, ей бы дверь за собой закрыть и никогда больше к ней не возвращаться, только впервые в жизни она себя чувствует на своем месте, и это ощущение терять не соглашается. Не после того, как МакГонагалл ей выпить предлагает, как выслушивает и о себе рассказывает; он ее постоянно сначала в плечо толкает, чтобы проверить — ударит в ответ или подвинется, чтобы сел рядом. Все чаще она сдвигается, от себя его не прогоняя, и тем самым все больше путается. Кэссиди верить людям не хочет, она от этих эмоций бежит, потому что считает, что обещать, значит, сразу подвергнуть сомнениям все, что было до этого сделано.
Если Мэл попросит правду сказать, она не сможет ему до конца открыться.
Если Мэл пообещает рядом всегда быть, она не сможет ему тем же ответить.

[float=right]https://i.imgur.com/mfep4Pn.gif[/float] [indent]  [indent] Эсме секреты хранит, которые ему никогда не узнать, и именно эти тайны ее заставляют не отпускать его с постели, за руки цепляясь и мешая вставать.
— еще чуть-чуть, — хриплым голосом просит, ногами обхватывая и за плечо кусая, когда Мэл что-то сказать против пытается. За окном, кажется, уже снег идет, потому что минусовая температура пробирается и в комнату. Кэссиди недовольно ежится, в одеяле заворачиваясь, и так и встает, на кухню волочась по стене. Она просыпаться не любит, у нее не один час уходит на то, чтобы с мыслями собраться. И так всегда, и так каждый раз, когда она кофе варит, сливает первую попытку в раковину и за вторую принимается, ладонью некультурный зевок прикрывая.

[indent]  [indent] У них сегодня у обоих выходной: МакГонагалл говорит, что его родители ждут их к семи вечера, и Кэссиди на часы поглядывает с волнением. Они встречаются уже больше полутора лет, но еще ни разу не переступают эту неловкую черту. Она с чужими родителями никогда не знакомилась, оттого понятия не имеет, как себя вести. С волшебниками еле слова успевает в предложения сложить до того, как ее обрекают на звание недалекой, а что будет с отцом и матерью Малкольма? Эсме знает, что отец его — священник, поэтому шутит, что будет с ним библию обсуждать и стихи наизусть читать. В этом она по крайней мере разбирается и сможет разговор поддержать; а вот если Изабель про магию начнет вспоминать — возникнет проблема.
— может сделаем вид, что уехали спасать румынских детей? — Рождество — праздник семейный, но Кэссиди его избегает уже не первый год. С детства приученная к большим застольям она в них особое волшебство находит; точнее она о нем помнит, потому что во взрослой жизни повторить воспоминания не получается. Уайатт отказывается домой возвращаться, а отец, один взгляд на которого панику вызывает, с ним разговаривать отказывается. Эсме успевает привыкнуть, что ее Рождество теперь — это поздниу ужин и ранний автобус к себе домой. Но Мэл врывается с предложением, для него, кажется, это важным, и она до сих пор понять не может, зачем так все усложнять. Не то чтобы знакомство привнесет сложности, но определенно новые ожидания вызовет.

[indent]  [indent] Она подарок его отцу заворачивает в упаковочную бумагу, скотч на пальцы наклеивая, чтобы успеть все углы удержать. Кэссиди освещенные масла покупает несколько недель назад, когда мама упоминает, что к ним итальянский епископ приезжает со службой. Они в коробке красивой стоят в квартире и пыль на себе собирают, и Эсме даже неловко становится, что так относится к вещам, в которые и ее, и родители Мэла верят. Для матери его она выбирает последнее издание справочника по фантастическим тварям: достать автограф Скамандера не получается, и Кэссиди дополняет книгу билетом на ближайшее выступление зоолога.
У нее все уже сложенным в коридоре лежит, когда стук в дверь раздается. Она каждый раз боится, что сюда кто-то из знакомых придет и начнет о деле — том самом — с МакГонагаллом разговаривать. Кэссиди первее в коридор выбегает, ему дорогу преграждая / / в шутку все оборачивая, но просто пытаясь, если что, предотвратить грядущее.
[float=left]https://i.imgur.com/MlY3pdg.gif[/float]Они когда только встречаться начинают, Эсме никогда первой не засыпает и спиной к нему не поворачивается. Она свою комнату держит под запретом, никогда Мэла к себе не приглашая. У них, словно отношения на стороне, потому что подпустить его близко, значит, еще больше себя риску подвергнуть. Кэссиди когда решается с МакГонагаллом сблизиться, чтобы со следа сбить, у нее план полностью выстроен. Правда потом они напиваются первый раз, второй, третий — она уже в его футболке, а его ремень лежит, забытый у нее на кресле.
— я быстрее, — в глазок смотрит и хмурится тут же, потому что глазами своим не верит, — мама? — дверь открывает, не давая родителям зайти вперед. Правда их это не останавливает, и они слишком громко для незваных гостей кричат: «сюрприз!». Эсме растеряно в объятия отца заключает, все еще на пороге стоя.

[indent]  [indent] Малкольм не должен с ними встречаться — слишком велик шанс, что так его дело сдвинется с мертвой точки. Именно поэтому она врет, что ее родители на Рождество уезжают в Уэльс, что у них другие планы, и они никак их поменять не могут. Она чересчур сильно отца сжимает, на площадку его заставляя отойти.
— что вы здесь делаете? — у нее нервно голос надламывается, потому что Эсме улыбнуться пытается, но вместо этого неловко стоит босыми ногами на половике.
ты же говорила, что встречаешься с родителями парня, мы решили присоединиться, — отвечает мама, ее с места отодвигая и протискиваясь в квартиру. Кэссиди успевает только отца за локоть остановить: «погоди, вам нельзя». Правда на немой вопрос во взгляде она ответить блять тоже не может.

[indent]  [indent] Почему?
Потому что ты — доказательство.
[indent]  [indent] Потому что твоя дочь Статут секретности нарушила ради тебя.
[indent]  [indent] Потому что ее никто не просил, а она всех опасности подвергла.

[indent]  [indent] Эсме лицо в ладонях прячет, пытаясь до трех досчитать. У нее неприятный холод позвоночника касается, когда она слышит, что мать уже Мэла обнимает: «она не говорила? эсме!». Она оборачивается, взгляд МакГонагалла избегая.
почему ты ему не рассказала, как нас зовут? вы же сколько уже вместе?
— мам.
меня зовут урсула, — она руку Мэлу протягивает.
— мам, — повторяет Кэссиди, когда она уже МакГонагалла своих объятиях сжимает. Все-таки посмотреть на его удивленное лицо приходится. Правда лучше бы Эсме этого взгляда не видела и не знала. Она неосознанно отца за собой прячет, но удержать не может — он уже шаг в сторону Малкольма делает, чтобы руку для рукопожатия протянуть.

[indent]  [indent] — я не знала, что они приедут, — извиняется, плечами пожимая. Возможно, если о магии говорить не будут, то МакГонагалл ничего не заметит. Кэссиди палочку откладывает на кухонный стол, чтобы лишних вопросов не провоцировать. Отец, когда ее замечает, в лице сразу изменяется: «слышал, вы из семьи священника». Откуда ему это известно Эсме не знает, оттого удивленно сначала на него, а потом и на мать смотрит. Лишь потом замечает, что у них несколько пакетов еды и еще один с подарками.
Она понятия не имела, что родители могут быть         т а к и м и,         когда узнают, что у нее все-таки отношения — отношения ведь? — есть.
надеемся, мы не сильно вам планы нарушили, — у матери хватает такта об этом упомянуть, — но мы подумали, что будет здорово познакомиться и с малкольмом, и с его родителями, раз уж для них ты покупала масла, — Эсме медленно выдыхает, сдаваясь. Полтора года, полтора чертовых года, прожить со страхом, что Мэл ее раскроет, чтобы на Рождество со своим отцом познакомить. Она пытается себя в руки взять, его в сторону отводит, в глаза заглядывая: — может, все-таки скажем, что у нас смена?

[nick]Esme Cassidy[/nick][icon]https://i.imgur.com/QdQVS6I.png[/icon][sign] [/sign][lz]<who> <a href="ссылка на анкету">эсме кэссиди, 25</a> </who> <ank1> грязнокровка и хит-визард, нарушавшая закон ради семьи[/lz]

Отредактировано Varvara Skryabina (2021-05-29 20:32:32)

+7

13

https://i.imgur.com/cPqu5xJ.gif https://i.imgur.com/u1zMu7O.gif

percival pomfrey
[±1945, st. mungo, order of the phoenix; —// sam claflin]

ты когда решаешь, что хочешь стать целителем, то поппи с тобой делится своими склянками для зелий. вы не колдуете, нет, вы просто привторяетесь, что разбираетесь в зельеварении; вы воруете у матери ее настойки, разбираете их на ингредиенты, пробуете (дураки) и потом бежите с жалобами к родителям, чтобы тут же аппарировать в больницу для промывки желудка. ты всегда интересовался тем, что неровно лежит, и, наверное, поэтому оказался после окончания хогвартса на стажировке в мунго, а потом и подручным целителем в ордене феникса. у тебя руки в крови, ты устал, у тебя нет возможности прилечь и просто глаза закрыть без очередного "мистер помфри, у нас расщепление".
// i can’t make a sound, there’s no one around
the weight of the world holds me down
[indent]  [indent]

тебе не повезло оказаться в тот день в мунго, когда я привожу своего отца. но мне повезло, что на месте дежурного был именно ты, ведь у тебя темные круги под глазами, а у меня рот, полный лжи и заготовленных обещаний. ты мне помогаешь, ты помогаешь моему отцу: я тебе вру обо всем, а ты веришь, потому что подумать, наверное, не можешь, что друг твою карьеру может в один миг уничтожить. лишь спустя полгода до тебя доходят слухи: нарушение статута. симптомы уж очень похожи на те, которые у моего отца наблюдались. я понятия не имею, вспомнишь ли ты, с уверенностью живу дальше, а ты, блин, вспоминаешь.


— ситуация такая: эсме нарушила статут секретности с твоей помощью. ты этого не знал, поэтому, возможно, отстранение от работы тебя не коснется (можем и отстранить, ни на чем не настаиваю!), но жизнь твоя явно надламывается после случившегося. наверное, с доверием тоже проблемы вырисовываются, потому что кэссиди знает тебя, а ты знаешь ее по работу в ордене феникса. подробности все расскажу при личном общении, но затравочка, надеюсь, удалася.
- у тебя есть сестра (старшая или младшая - на твое усмотрение), та самая поппи помфри!
- по постам могу сказать, что игрок из меня стабильный, но не всегда скоростной, 4к и выше. не заставляю тебя играть только со мной, не ограничиваю ни в чем, кроме того, что персиваль - колдомедик. тот факт, что он из оф тоже можем убрать, все крч обсудим https://i.imgur.com/0CWVuti.png

пример вашего поста

[indent]  [indent] Эсме, когда глаза закрывает, сосредоточиться ни на чем не может, потому что Мэл щекой к ее плечу прижимается, и она лишь за его дыханием следит. Вдох / / Кэссиди большим пальцем по его лбу проводит ; выдох / / она пальцем обратно ведет, его сон оберегая и со своим договориться не успевая. У него, порой, брови хмуриться начинают, а она улыбается, потому что за окном уже давно за три ночи переваливает, и овечки заканчиваются — Эсме досчитывает до сто тридцать девятой, сбиваясь на следующей.
Она в его квартиру приходит из раза в раз, потому что в свою комнату возвращаться не хочет, потому что они уже, кажется, вместе живут. Разве что вслух не произносят, словно негласное обещание нарушить боятся / / Кэссиди так точно; у нее ведь другие планы были, она ведь совсем не за этим к нему в баре подсаживалась.

[indent]  [indent] Сквозь шторы, плотные, но не до конца завешенные, первые лучи солнца пробираются, когда Эсме на бок переворачивается, чтобы уткнуться ему в спину и замершую ногу подсунуть под Малкольма. Он обязательно вздрогнет, что-то в подушку проворчит и снова уснет, а она следом за ним — не в спокойные фантазии, а в очередные кошмары, из раза в раз повторяющиеся. Сегодня МакГонагалл обо всем узнает и палочку отбирает, чтобы в Визенгамот привести и посреди огромного зала в одиночестве оставить.
Он полное право на это имеет — она заслужила, она сама напросилась и на наказание, и на подобное отношение. Только Кэссиди понятия не имеет, как все исправить, потому что объясняться         у ж е         поздно, а пытаться убедить — бессмысленно. МакГонагалл к карьере относится, может, на первый взгляд не слишком заинтересовано, но у него каждое решение принимается после тщательного обдумывания. Эсме бы этому у него поучиться, но все, что она из их         о т н о ш е н и й         извлекает — это привычку в нем рядом.
В его пальцах на ее спине по утрам, в его недовольством стоне, когда она одеяло на себя перетягивает, в его постоянно переслащенном кофе / / Кэссиди бы этого испугаться, ей бы дверь за собой закрыть и никогда больше к ней не возвращаться, только впервые в жизни она себя чувствует на своем месте, и это ощущение терять не соглашается. Не после того, как МакГонагалл ей выпить предлагает, как выслушивает и о себе рассказывает; он ее постоянно сначала в плечо толкает, чтобы проверить — ударит в ответ или подвинется, чтобы сел рядом. Все чаще она сдвигается, от себя его не прогоняя, и тем самым все больше путается. Кэссиди верить людям не хочет, она от этих эмоций бежит, потому что считает, что обещать, значит, сразу подвергнуть сомнениям все, что было до этого сделано.
Если Мэл попросит правду сказать, она не сможет ему до конца открыться.
Если Мэл пообещает рядом всегда быть, она не сможет ему тем же ответить.

[float=right]https://i.imgur.com/mfep4Pn.gif[/float] [indent]  [indent] Эсме секреты хранит, которые ему никогда не узнать, и именно эти тайны ее заставляют не отпускать его с постели, за руки цепляясь и мешая вставать.
— еще чуть-чуть, — хриплым голосом просит, ногами обхватывая и за плечо кусая, когда Мэл что-то сказать против пытается. За окном, кажется, уже снег идет, потому что минусовая температура пробирается и в комнату. Кэссиди недовольно ежится, в одеяле заворачиваясь, и так и встает, на кухню волочась по стене. Она просыпаться не любит, у нее не один час уходит на то, чтобы с мыслями собраться. И так всегда, и так каждый раз, когда она кофе варит, сливает первую попытку в раковину и за вторую принимается, ладонью некультурный зевок прикрывая.

[indent]  [indent] У них сегодня у обоих выходной: МакГонагалл говорит, что его родители ждут их к семи вечера, и Кэссиди на часы поглядывает с волнением. Они встречаются уже больше полутора лет, но еще ни разу не переступают эту неловкую черту. Она с чужими родителями никогда не знакомилась, оттого понятия не имеет, как себя вести. С волшебниками еле слова успевает в предложения сложить до того, как ее обрекают на звание недалекой, а что будет с отцом и матерью Малкольма? Эсме знает, что отец его — священник, поэтому шутит, что будет с ним библию обсуждать и стихи наизусть читать. В этом она по крайней мере разбирается и сможет разговор поддержать; а вот если Изабель про магию начнет вспоминать — возникнет проблема.
— может сделаем вид, что уехали спасать румынских детей? — Рождество — праздник семейный, но Кэссиди его избегает уже не первый год. С детства приученная к большим застольям она в них особое волшебство находит; точнее она о нем помнит, потому что во взрослой жизни повторить воспоминания не получается. Уайатт отказывается домой возвращаться, а отец, один взгляд на которого панику вызывает, с ним разговаривать отказывается. Эсме успевает привыкнуть, что ее Рождество теперь — это поздниу ужин и ранний автобус к себе домой. Но Мэл врывается с предложением, для него, кажется, это важным, и она до сих пор понять не может, зачем так все усложнять. Не то чтобы знакомство привнесет сложности, но определенно новые ожидания вызовет.

[indent]  [indent] Она подарок его отцу заворачивает в упаковочную бумагу, скотч на пальцы наклеивая, чтобы успеть все углы удержать. Кэссиди освещенные масла покупает несколько недель назад, когда мама упоминает, что к ним итальянский епископ приезжает со службой. Они в коробке красивой стоят в квартире и пыль на себе собирают, и Эсме даже неловко становится, что так относится к вещам, в которые и ее, и родители Мэла верят. Для матери его она выбирает последнее издание справочника по фантастическим тварям: достать автограф Скамандера не получается, и Кэссиди дополняет книгу билетом на ближайшее выступление зоолога.
У нее все уже сложенным в коридоре лежит, когда стук в дверь раздается. Она каждый раз боится, что сюда кто-то из знакомых придет и начнет о деле — том самом — с МакГонагаллом разговаривать. Кэссиди первее в коридор выбегает, ему дорогу преграждая / / в шутку все оборачивая, но просто пытаясь, если что, предотвратить грядущее.
[float=left]https://i.imgur.com/MlY3pdg.gif[/float]Они когда только встречаться начинают, Эсме никогда первой не засыпает и спиной к нему не поворачивается. Она свою комнату держит под запретом, никогда Мэла к себе не приглашая. У них, словно отношения на стороне, потому что подпустить его близко, значит, еще больше себя риску подвергнуть. Кэссиди когда решается с МакГонагаллом сблизиться, чтобы со следа сбить, у нее план полностью выстроен. Правда потом они напиваются первый раз, второй, третий — она уже в его футболке, а его ремень лежит, забытый у нее на кресле.
— я быстрее, — в глазок смотрит и хмурится тут же, потому что глазами своим не верит, — мама? — дверь открывает, не давая родителям зайти вперед. Правда их это не останавливает, и они слишком громко для незваных гостей кричат: «сюрприз!». Эсме растеряно в объятия отца заключает, все еще на пороге стоя.

[indent]  [indent] Малкольм не должен с ними встречаться — слишком велик шанс, что так его дело сдвинется с мертвой точки. Именно поэтому она врет, что ее родители на Рождество уезжают в Уэльс, что у них другие планы, и они никак их поменять не могут. Она чересчур сильно отца сжимает, на площадку его заставляя отойти.
— что вы здесь делаете? — у нее нервно голос надламывается, потому что Эсме улыбнуться пытается, но вместо этого неловко стоит босыми ногами на половике.
ты же говорила, что встречаешься с родителями парня, мы решили присоединиться, — отвечает мама, ее с места отодвигая и протискиваясь в квартиру. Кэссиди успевает только отца за локоть остановить: «погоди, вам нельзя». Правда на немой вопрос во взгляде она ответить блять тоже не может.

[indent]  [indent] Почему?
Потому что ты — доказательство.
[indent]  [indent] Потому что твоя дочь Статут секретности нарушила ради тебя.
[indent]  [indent] Потому что ее никто не просил, а она всех опасности подвергла.

[indent]  [indent] Эсме лицо в ладонях прячет, пытаясь до трех досчитать. У нее неприятный холод позвоночника касается, когда она слышит, что мать уже Мэла обнимает: «она не говорила? эсме!». Она оборачивается, взгляд МакГонагалла избегая.
почему ты ему не рассказала, как нас зовут? вы же сколько уже вместе?
— мам.
меня зовут урсула, — она руку Мэлу протягивает.
— мам, — повторяет Кэссиди, когда она уже МакГонагалла своих объятиях сжимает. Все-таки посмотреть на его удивленное лицо приходится. Правда лучше бы Эсме этого взгляда не видела и не знала. Она неосознанно отца за собой прячет, но удержать не может — он уже шаг в сторону Малкольма делает, чтобы руку для рукопожатия протянуть.

[indent]  [indent] — я не знала, что они приедут, — извиняется, плечами пожимая. Возможно, если о магии говорить не будут, то МакГонагалл ничего не заметит. Кэссиди палочку откладывает на кухонный стол, чтобы лишних вопросов не провоцировать. Отец, когда ее замечает, в лице сразу изменяется: «слышал, вы из семьи священника». Откуда ему это известно Эсме не знает, оттого удивленно сначала на него, а потом и на мать смотрит. Лишь потом замечает, что у них несколько пакетов еды и еще один с подарками.
Она понятия не имела, что родители могут быть         т а к и м и,         когда узнают, что у нее все-таки отношения — отношения ведь? — есть.
надеемся, мы не сильно вам планы нарушили, — у матери хватает такта об этом упомянуть, — но мы подумали, что будет здорово познакомиться и с малкольмом, и с его родителями, раз уж для них ты покупала масла, — Эсме медленно выдыхает, сдаваясь. Полтора года, полтора чертовых года, прожить со страхом, что Мэл ее раскроет, чтобы на Рождество со своим отцом познакомить. Она пытается себя в руки взять, его в сторону отводит, в глаза заглядывая: — может, все-таки скажем, что у нас смена?

[nick]Esme Cassidy[/nick][icon]https://i.imgur.com/QdQVS6I.png[/icon][sign] [/sign][lz]<who> <a href="ссылка на анкету">эсме кэссиди, 25</a> </who> <ank1> грязнокровка и хит-визард, нарушавшая закон ради семьи[/lz]

Отредактировано Varvara Skryabina (2021-05-29 20:33:09)

+7

14

https://i.imgur.com/IstY8bC.gif https://i.imgur.com/Gjb1Uob.gif

mundungus fletcher
[1940, слизерин'58, лютный, op; —// simon pegg]

кто-то тебя называет хорьком пронырливым, ты о себе думаешь как о предпринимателе. у самых успешных, считаешь упорно, никогда с первой попытки не выходит: поэтому тебя в школе ловят за продажей ответов на экзамен по травологии (впрочем, не то чтоб они были верными); поэтому со стажировки в министерстве, куда ты пошел «связи налаживать» вышибают после того, как ты неловко пытаешься взятку с кого-то стребовать; поэтому, наверное, и лютный тебя встречает с распростертыми объятиями (насколько, насколько это возможно в подобном переулке). там на радар министерский попадаешься лишь раз, по мелочи какой-то. поначалу как рыба в воде: достаточно умный, чтобы не сближаться сильно с людьми, которые могут к себе внимание стражей порядка привлечь; слишком амбициозный, чтобы не лезть во все это совсем. поначалу как рыба в воде, а потом, когда сухим удается выходить из всего, наглеть начинаешь. дела все серьезнее, пока однажды ты в тупик не заходишь полный, из которого мерлин один знает как выбираться.
и только одному мерлину известно, зачем из всего этого тебя вытаскивает альбус.
может это из-за его вечных речей: помнишь, он ведь всегда призывает лучшее в людях видеть. только ты не из тех, кто на подобное купиться может. в ордене своя цель у каждого: из тебя боец неважный, целитель - вовсе никакой, зато тебе рады в таких местах захудалых, куда любому аврору (да и вообще, любому человеку порядочному) дорога закрыта. обо всем узнаешь первым - вопрос только в том, все ли нам рассказываешь.


https://i.imgur.com/R3QCrp3.jpg нормальная заявка с внешностью которую могут взять
https://i.imgur.com/JdEUKR7.jpg странная заявка с внешностью которая нравится трем людям
ЭНИВЭЙ - приходи в орден у нас весело: ебала бьем пожирателям и друг-другу, в кому ложимся, пиздострадаем на каждом углу, не скучаем ни минуты в общем. но сердечко что-то запросило пройдоху и проходимца в наши ряды, а в случае мундунгуса (ну или наземникуса хд) ето даже канон  https://i.imgur.com/OpdSOmR.gif

пример вашего поста

Каждое утро - мимо одного и того же коридора: они обсуждают отчетность отдела тайн в один из обеденных перерывов, кто-то упоминает хроновороты, и Хью не может перестать о них думать. Каждое утро - лишний поворот направо и спуститься по небольшой лестнице: в отдел попасть тяжело без нужного пропуска, но он думает - можно, если достаточно сильно захотеть.
[indent]один поворот - Марлин не стоит с палочкой наперевес над телом убитой женщины;
[indent]второй - Макс жить остается - и вот уже нет больничной палаты, от мысли о которой - только вешаться.
[indent]третий - он не получает записку из аврората, не узнает подобным (идиотским) способом, о том, что под арестом оказалась собственная дочь, не появляется там через считанные минуты - только для того, чтобы узнать, что Имоджен на десятом этаже уже не было.
[indent]четвертый, пятый - дальше, дальше, дальше, туда, где не было ошибок, которые не забрать назад; которые, кажется, уже ничем не исправишь - не существовало писем, остающихся без ответа, вечных косых взглядов под рукава чужих мантий. Туда, где он дочь не только на случайном газетном фото с недавнего приема у Лестрейнджей видел.
Не знает только, когда прекратить, на каком моменте можно было бы остановится - когда была пройдена черта, за которой еще можно было все это предотвратить.

Ему бы виноватым себя чувствовать - думать о другом, о большем: о чем наверняка думали Аластор или пресловутый Альбус, да и другие члены ордена. Но с каждым днем - все тяжелее, потому что он начинает замечать, как ничего не меняется, как свет, к которому они тянулись эти годы - тусклее становится. С каждым днем перестают работать все "могло быть хуже" и "могло быть больнее", которыми они сами себя кормили в семидесятые - потому что уже все летит к черту, потому что уже кажется - больнее некуда. Давит со всех сторон: беспомощность и невозможность что-либо поменять, но к концу мая в голову вдруг приходит мысль, от которой избавиться не выходит и которая оказывается на удивление умиротворяющей: мы все равно это не переживем.

Совершенно неожиданно, это кажется таким очевидным, таким естественным, что укрепляется быстро, живой изгородью в голове прорастает - почти-блаженная, давно-необходимая тень, в которой можно передохнуть: до зловещего "хуже" теперь рукой подать, но скоро все закончится - мы это не переживем. Он понятия не имеет, кто к этим "мы" относится, но быстро закрепляется в уверенности, что в список войдет. Это логично: следует канве маггловских историй из книжек, которые он в детстве таскал у деда. От этого уже даже чувства вины нет - ему не о ком шептать (некого оставлять).

Так надежнее, так легче - мысли о чертовом коридоре не исчезают, зато теперь можно спокойно встретить годовщину дня, когда с волшебной палочки зеленый луч впервые срывается (он отмечает повторением заклинания - могло быть хуже). Это все равно не помогает, когда он с Фоули в коридоре пересекается, потому что стандартный вопрос удержать не выходит никогда: она все еще у тебя живет? Идиотизм, без сомнения: совы обратно не возвращаются, письма остаются в поместье, он их посылает с частотой - раз в неделю, пытается, чтобы спокойно и рассудительно, чтобы без лишних эмоций, но куда от них деться - они на бумагу все равно выливаются, проскальзывают между случайных "зачем" и "почему". Головой только об стену долбиться, составлять отвлеченные планы взятия дома Фоули штурмом - только Имоджен ведь и тогда разговаривать с ним не захочет - а так нужно достучаться. 

Это мотивирует, подгоняет - не так много времени осталось, обратный отсчет идет: Хью часов не видит, конечной даты не знает, но слышит практически постоянное тикание утекающих секунд. И легче на орденовских вылазках, палочка в руку ложится бездумно, инстинкты верх берут. Хроноворот бы им все равно не помешал: один поворот и Палмер не оказывается возле стены, в которую летит брошенная кем-то мимолетом бомбарда; которая разлетается на осколки, взрываясь с оглушающим грохотом.

Впрочем, могло быть хуже.

Он просыпается в первую очередь от света - непривычно: в собственной квартире (в кабинете, в штабе) все было приглушенным, что играло на руку на фоне мигреней (склянки с зельями вечно забывались тут и там, да и он уже не был уверен, что оно помогало особенно). Он просыпается в первую очередь от света, во вторую - от прикосновения - и взгляд сначала по ладони секунду скользит.

Когда она совсем маленькая, руками машет в воздухе, что-то бормочет на своем неразборчивом пока языке: они оба смотрят на нее с ужасом, потому что теперь кормить, поить, заботиться, Мерлин, они понятия не имеют, они все испортят. Спустя три дня после рождения Имоджен улыбается впервые в жизни - улыбается ему - Палмер пропускает потом многое, но это - помнит.

Теперь до улыбки далеко - глаза на мокром месте, а взгляд через секунду леденеет настолько, что ему кажется ее ресницы вот-вот инеем покроются. Хью рукой дергает, будто бы спугивает, будто бы будит. Он ее поймать пытается, но не успевает, ладонь воздух хватает - ругается вслух, когда дверь за ней захлопывается, с кровати слетает, подхрамывая разве что чуть-чуть (костерост чудеса творит).

- Имоджен! - в толпе ее макушку различить несложно, даже тогда, когда она удаляется с возрастающей скоростью. Пятый этаж, Палмер думает, узнавая знакомые стены (должен быть первый, но он сильно не думает; должен быть первый, но черт знает, что прилетело сверху, уже после того, как он отключается). Хью Мунго знает - как свои пять пальцев, чуть хуже чем аврорат, чуть лучше, чем академию - достаточно молодежи, пытающейся сбежать отсюда пораньше, переловить успел, достаточно раз ускальзывал сам. Запасной выход на лестницу открыт оказывается, пускай в спину и кричат что-то крайне недовольно, в любом случае это значения не имеет, потому что Имоджен здесь, Мерлин знает почему, но это мелочи, когда есть шанс, что она хоть слово услышит - шанс, который нельзя упустить.

- Имоджен, - успевает едва-едва, потому что из двери на нижнем этаже вылетает - прямо перед ней: за руки не хватает, прикоснуться вообще боится, даже сейчас способный каким-то чудом понять, что так только хуже сделает, но дорогу преграждает - рисковать не собирается, - послушай, дай мне пять минут, - он не понимает, почему она выглядит такой злой, - пять минут. Я волновался. Волнуюсь, - он даже после развода "я" не говорит, потому что всегда "мы" - переживаем, беспокоимся, считаем. Так легче - делить эти вещи, потому что он никогда не сблизился с дочерью достаточно, чтобы о подобных эмоциях единолично заявлять: слишком неловко, слишком странно, почти инородно. Теперь это кажется нечестным - он пять минут просит, за них и без ненужных увиливаний многое успеть нужно (он не видит часов, но секунды тикают), - я не пытаюсь тебя обвинять, - добавляет торопливо - он уже обвинял, это ничем хорошим не закончилось, - я просто хочу понять что случилось; что с тобой происходит.

Хочу знать в порядке ли ты - но это кажется естественным и без того - подоплека в каждом слове, озвучивать которую сейчас в голову не приходит, несмотря на то, что именно этот вопрос и волнует его больше всего последние месяцы.

+8

15

Х О Ч У Т Е Б Я Н А Й Т И        //        М О Я        Г Е Р Б Е Р А
T H I S   N I G H T    I S     C O L D     I N     T H E     K I N G D O M

I can feel you fade away

https://i.imgur.com/2tRhMU7.gif https://i.imgur.com/gxell56.gif

pomona sprout
[до 1938, факультет на выбор, хогвартс, лояльность на выбор; —// jessica brown-findlay]

[float=right]https://i.imgur.com/ALfEzCr.gif[/float]тебе, Помона, не так повезло, как старшей сестре, тебе попался монстр; зверь сначала прятался, играл роль примерного мужа, а потом показался наружу и сбежать от него было практически невозможно. я с тобой знакомлюсь случайно в 1957, помогаю сбежать, прячу в шелтере и мужу твоему грожу судом. мы боремся несколько лет, пока он не умирает // а может и остается жив, тут давай решим вместе.
.. .. .. .. .. ..
[float=left]https://i.imgur.com/qDdKU2n.gif[/float]ты не такая, как все, в тебе есть свет, несмотря на синие отпечатки пальцев на шее. я тебя ценю, рядом с собой держу, мы общество бедствующих волшебниц вместе отстраиваем, а в свободное время ты в поместье бывшего мужа выращиваешь рассаду и новые растения скрещиваешь. Альбус зовет тебя в Хогвартс работать в середине шестидесятых, а мне тебя больно отпускать. к тому же к восьмидесятым тебе придется выбрать - орден феникса или моя дружба.


тут лишь зарисовки: помона спраут, пострадавшая от домашнего насилия, выжившая благодаря обществу бедствующих волшебниц и теперь успешная волшебница, преподавательница в Хогвартсе и ведущий специалист по травологии. хочется девушку-стержень; несмотря на то, что родилась в чистокровной семье, руки не боится пачкать в земле, может и коня на скаку остановить, и от страха закрыться в себе окончательно.
от себя могу обещать дружбу и графику, возьмите эту чудесную девушку! со всеми идеями лично поделюсь ♥

пример вашего поста

// I'M A SURVIVOR
i'm not gon' give up i'm not gon' stop
I'M GON' WORK H A R D E R

Глупый тот, кто считай, что видит собеседника насквозь; до конца никогда нельзя угадать, что движет человеком, куда приведут его тайны, как сильно сломают желания. Юджиния, может, дала бы фору легилиментам, но искусных в магической Британии не так много, а у людей со временем мысли упрощаются. Она судит по себе, потому что десять лет назад мечтала об империи и замках, титулах и равноправии, а теперь с желаниями осторожничает, боится попросить о большем. Если бы кто-то попытался в ее сознание вторгнуться, то нашел бы переживания о делах общества, о том, как справиться с очередными проблемами, в которых оказалось несколько филиалов, но совсем не то, что хотелось бы увидеть в мыслях бывшего министра магии.

Дженкинс берет бокал шампанского с подноса, который плывет по воздуху, потому что нанимать прислугу - это трата денег, которую общество себе позволить не может. Она делает глоток, отмечает итальянский привкус, делает второй и наконец пытается расслабиться. Последнюю неделю Юджиния чувствует себя, как на иголках, потому что организация бала занимает слишком много, как ей кажется, пустого времени. Она могла бы доехать до Йорка, чтобы встретиться с Клариссой, у которой под крылом находится около двадцати девушек. Достать для них еду становится все сложнее: разгорающаяся война мешает снабжению, а при отправке запасов с совами или же с эльфами приходится каждый раз санкционировать использование каминов или же порталов из-за крупных размеров сырья. Дженкинс перехватывает еще и канапе, отходит с середины зала, осматривается вокруг, чтобы уж точно удостовериться, что все находится на своих местах.

Девочки снуют по углам, поправляют заколдованные инструменты, наставляют друг друга, проверяют списки и готовятся снять запрет на аппарацию. Юджиния надеется, что большинство гостей придут традиционным способом - через камин, но подозревает, что не все будут так рассудительны, поэтому отправляет нескольких ответственных к главным дверям. Отель The Crown принадлежит Палмерам, и Дженкинс это ничуть не смущает: она не чувствует себя здесь хозяйкой, как и не испытывает никакого стыда, когда приходит к матери Хьюберта и договаривается о проведении вечера для Общества.
Делает еще глоток, последний, и оставляет стакан на столе, а сама подходит к камину.

Гости собираются к указанному времени, и Юджиния не успевает начать волноваться, потому что вечер начинается так, как и планировался - размеренно и согласно расписанию. Музыка заполняет собой зал, а Дженкинс растворяется в атмосфере, такой знакомой и на время несправедливо забытой. Светские разговоры ни о чем, многозначительные взгляды и короткие кивки в ответ на комплимент или обещание переговорить на следующий день - всего этого в жизни Юджинии больше нет, потому что когда власть переходит в другие руки, то и внимание общественности кочует следом за ней. Она улыбается мистеру Флинту, предлагает ему пройти к закускам, а сама готовится к началу представления: бал - это танцы, выступления приглашенных гостей и немного магии, которой пропитан весь зал.

Она сидит в первом ряду, держит ладони на коленях, смотрит за тем, как шотландская певица поет свою партию. Мыслями Юджиния находится в кабинете, помечает, кого увидела на сегодняшнем вечере и пытается сопоставить, сколько денег им удастся собрать на улучшение шелтеров.
Она понимает, что за ней наблюдают, когда вновь сталкивается взглядом с Беллатрикс Лестрейндж, сидящей напротив нее. Юджиния с ней знакома шапочно: что-то слышала, что-то видела, о чем-то догадывается, но не заметить кольцо на ее безымянном пальце, как и горделивую осанку, очень сложно. Она улыбается ее сосредоточенному взгляду и возвращает внимание на сцену, на которой теперь стоит группа из Ирландии.

Дженкинс сталкивается с Лестрейндж у стола с закусками, откуда берет уже, кажется, шестой бокал шампанского, которое странным образом до сих пор не сказывается на ее состоянии.
— Как вечер? — она знает, что у Беллы есть планы на это общество, потому что слышит и видит, а не пользуется способностями легилименции или шпионажа. Хотя последнее больше бы подходило сложившейся ситуации, так как у Лестрейндж, кажется, вполне валидные желания. Каждая девушка хочет состояться в жизни, просто не у всех хватает смелости это осознать и попытаться осуществить. Если у Юджинии изначальное преимущество возникло из-за полукровности, то у Беллатрикс с этим очевидно были проблемы, ибо чистокровных волшебниц воспитывают совсем иначе, и среди них найти ту, кто сама дошла до осознанности - чудо не больше и не меньше. Конечно, учитывая настроения Темного Лорда (какое же отвратительное все-таки прозвище) любой чистокровный волшебник хмыкнул бы на подобные мысли Дженкинс, но ей уже давно безразлично мнение остальных: никто никогда не будет рад, потому что в каждой бочке меда найдется ложка дегтя.
— Мне сказали, что идея с музыкальным сопровождением - твоя, — иерархия в обществе бедствующих волшебниц не такая уж выраженная, но все-таки имеется. Есть тот, кто организует мероприятия, есть тот, кто подает идеи. Юджиния занимает место срединное, потому что в работу общества вложила не один десяток лет, поэтому ее слово, можно сказать, является последним, если вдруг необходимо разрешить конфликт или принять тяжелое решение. Сама организация достаточно самостоятельна: поделена на несколько городов, каждый филиал ответственен за свою территорию, ни перед кем не отчитывается (официально), но все-таки держит Дженкинс в курсе расходов, количестве заявок на помощь и прочих важных деталей.
Юджиния не знает, зачем Беллатрикс понадобилось названное главенство, ведь с ним приходит лишь нервотрепка, но в лоб спрашивать о планах волшебницы она не решается. Лишь бросает быстрый взгляд в сторону Элизы, которую, как оказалось, Белла подослала к Юджинии в конце весны.

— Ты так и будешь прожигать меня взглядами или все-таки наконец скажешь, что тебя так беспокоит? Если ты о прическе, то ее делала миссис Буве, если о платье - последняя коллекция Феретти, если тебя беспокоят туфли или сумка, то это все от Норы Блэквуд, — Дженкинс допивает бокал, ставит его на летящий мимо поднос.
— Колье - подарок мистера Флинта, нет оно не зачаровано и не представляет из себя никакого ценности в качестве артефакта. Не очень понимаю, почему ты целый вечер не спускаешь с меня взгляда, но если что-то срочное, то предлагаю обсудить сейчас, — мелодия начинает ускоряться, и многие гости пускаются в пляс в середине зала, оставляя Юджинию и Беллатрикс в одиночестве у стола с закусками.
— Если это снова об Офелии, то, пожалуйста, даже не стоит начинать. Я не вмешиваюсь ни в чью личную жизнь и тебе советую делать то же самое, — она не договаривает, что лучше обратить внимание на свою собственную, потому что это звучит грубо, а у нее достаточно хорошее настроение для обмена любезностями вместо приветствия.

+6

16

https://i.imgur.com/HjtOECu.gif https://i.imgur.com/wZyjtP6.gif

caradoc dearborn
[1938, гриффиндор'56-57, св. Мунго, орден феникса; —// внешность: jared padalecki]

наверно, карадок с самого детства хотел помогать людям и живым существам, попадающим в поле его зрения: пока не отправился в хогвартс, таскал в дом зверюшек из леса, ловил садовых гномов и пытался им обработать носы, за что получал по собственному, внимательно следил за домашним эльфом, таскающим лекарственные зелья в комнату к родителям. у карадока светлая, добрая душа, он почти что тот самый герой в белом пальто - потому что сложно сказать, что дирборн... плохой.
он просто нашёл свою нишу и занял её, понимая, что куда больше принесёт пользы человечеству, если не полезет в модное течение авроров, а будет корпеть над зельеварением и травологией. ему не был интересен квиддич, не особо привлекал дуэльный клуб, зато лазать вокруг чёрного озера в поисках редкого вида водорослей - всегда за.
карадок выпустился из хогвартса с целенаправленным желанием работать в мунго - он пошёл стажёром к старым друзьям своей семьи, спокойно прошёл стажировку и полноценно обосновался в мунго. но ему этого было мало - он хотел помогать и тем, кто до мунго по разным причинам добраться просто не мог.
дирборна приглашают работать в общество бедствующих волшебниц, когда на одном из приёмов он знакомится с работающими там волонтёрами. нехватка целителей побудила дирборна на следующий же день объявиться в одном из шелтеров и предложить свою помощь - отказываться от неё никто не стал.
такая самоотверженность и желание жить в справедливом и честном мире заинтересовали в итоге и орден феникса - аластор учился с карадоком на одном курсе, а потому сам взялся за вербовку целителя. они сразу нашли общий язык, а карадока вовсе не пугал факт работы на тайную организацию - он как никто понимал, что значит не суметь получить вовремя помощь.
карадок не боец и не дипломат, он - врач, который залечивает раны орденовцев, не прекращающимся потоком возвращающихся в штаб.


вот такая вот заявочка вышла - поток мыслей скорее, чем полноценный образ, но я почему-то увидел карадока именно таким.
нам нужен дирборн живым (!), мы нелинейные и убивать его не собираемся - только если вдруг вам захочется уйти геройской смертью, но я буду жаловаться!
всё описанное в заявке подлежит корректировке, единственное, чего не хотелось бы убирать, это целительство и внешность.
сразу предупрежу, что иногда я могу выдавать 5 постов в день и отвечать вам тут же, а иногда могу зависнуть на месяц - не ориентируйся в игре только на меня, на форуме множество классных игроков, с которыми можно построить ветки  https://i.imgur.com/h7HOsgN.gif
очень ждём и уже заранее любим!

пример вашего поста

Когда Питер робко постукивает по двери, прерывая тишину и одиночество, воцарившееся в штабе десятью минутами ранее, Муди тяжело вздыхает и откладывает тарелку с ужином, в этот раз принесённым Лили, и негромко разрешает войти, тяжёлым взглядом уставившись в дверной проём. Он обосновался в штабе без зазрения совести, проводя здесь те ночи, когда не нужно работать, а сон требуется уже свыше положенного - перед другими орденовцами старается этого не показывать, оставаясь просто сумасшедшим и озабоченным работой в любое время Муди, но на деле всё ещё отказывается решать квартирный вопрос, потому что смысла в этом не видит.
- Что-то важное, Петтигрю? - на всякий случай уточняет, вторя дифирамбам желудка, но по лицу Питера понимает, что тот явно не о любовной драме поговорить зашёл. Кому вообще в здравом уме за таким к Муди обратиться захочется? - Ладно, садись, что у тебя?
Он инициативу Питера вступить в политическую гонку не очень-то и одобрял, но как шпиона в штабе Дженкинс видел - не самый приметный, но услужливый парниша ей как раз кстати будет. Аластор не уверен в его полезности в качестве будущего политика, но если благодаря нему они смогут узнать, что Юдж снова придёт в голову кого-то террористами назвать или ещё круче финт ушами сделать, они хотя бы успеют подготовиться к новому удару.
Муди Юджинии не доверял давно, да и вообще никому он не доверял, если уж совсем честным быть, но с январской стычки в Мунго неприязнь к женщине сошла на нет; она и появилась-то вовсе не потому, что Аластор действительно её испытывал, просто людям свойственно ошибаться. Он старался смотреть на неё по-новому, глазами без зашоренного лютыми установками сознания, но она всё ещё оставалась той, кто назвал Орден террористической группировкой, а значит, соратником быть не могла. Она всё ещё оставалась прямым конкурентом их кандидату - и стойко выдерживала все ходы, не собираясь опускать руки и сдаваться; Муди уважал в ней стойкость и желание всё исправить, не хотел быть с ней по разные стороны баррикад, только исправить уже ничего не мог, - но ещё не мог в стороне оставаться, когда её жизни что-то грозило.
Потому сбивчивый рассказ Питера сразу всерьёз воспринимает, сто и один вопрос уточняющий задаёт, не давая упустить ничего - каждая деталь может оказаться важной. Обвинение в управлении министром Империусом - серьёзное, тяжёлое, это преступление вдвойне, и у Муди кулаки рефлекторно от злости сжимаются. Он ненавидит, когда играют настолько без чести, когда на все правила кладут огромный драконий хвост и позволяют себе грязные методы, врываясь в чужое сознание. Он ненавидит трусов, использующих подлые трюки для своей победы, а потому обязан им не дать этого сделать. Это его работа - оберегать мирных граждан, попадающих под обстрел ничего не боящихся пожирателей, и даже если Юджиния не оказалась в одной с ним лодке, он не может просто записать в уме, что она находится под Империусом и использовать это в целях Ордена.

Аластор просит Питера об этом никому больше не распространяться - Непреложный обет не берёт, на словах обещанию поверив, и хвалит за находчивость и внимательность; подобная информация во время войны действительно оказывается очень важной. Но что с ней делать, когда такая ценность попадает в руки?
Муди отодвигает ужин - аппетит пропадает мгновенно, его давит куча мыслей, роем звенящих в голове. Он пытается переварить то, что услышал, но вопросов слишком много - кто это сделал, сколько она уже под империусом, какие цели преследует нападающий, что за задание она может прятать в голове? Измеряя в шагах расстояние комнаты, Муди раздумывает надо всем, что ему рассказал Питер, и цепляется за основное, что Петтигрю заставило задуматься - Юджиния не подозревает Рудольфуса в пособничестве Пожирателям и Тёмному Лорду. Совершенно не подозревает, по его словам, она в его невинности уверена и говорить об этом не намерена; и в вине Кассиуса Трэверса не сомневается, безоговорочной победой это считая, что у Муди тоже слишком много вопросов вызывает. Особенно сбежавшая Патриция и внезапная смерть Трэверса - всё слишком удачно складывается, в такие совпадения во время войны Аластор не верит, только сильнее всех подозревать начинает.
В размышлениях о полученной информации он проводит целый день, в штабе аврората занимаясь своими делами, но отвлечённо читает дела, которые могут чем-то помочь; он крутит в руках перо, задумчиво смотря в окно с выдуманным дождём за ним сегодня, и выстраивает в голове чёткий план действий, который не окажется фатальным и не приведёт к ещё большим потерям. Он знает, что по-хорошему с такими знаниями должен отправиться к Дамблдору, а после - к Руфусу, поговорить с личным охранником Юдж и попросить за ней понаблюдать, но он знает - попади эта информация случайно не в те руки, хуже станет в разы. Тогда одного лишь подозрения Питера, что с Юджинией "что-то не так" хватит на то, чтобы развернуть масштабную политику; это может отлично дискредитировать Рудольфуса, но если наводка окажется пустой, дискредитирует в первую очередь Юджинию. Если суметь разобраться в мотивах и подобраться к первоисточнику, можно узнать, кто и зачем заставил министра поверить в то, что Рудольфус не является пожирателем, но в нынешнее время признать подобное - подписать Дженкинс смертельный приговор.
Муди с грохотом закрывает папку с отчётами и заставляет стажёров переписывать каждый - никуда не годится, никаких деталей и упущенные важные моменты, это сыграет злую шутку с теми, кто на их разведданные будет опираться. Он разбивает в пух и прах сегодняшних детей, укладывая внутри бушующее беспокойство, и заглядывает к Руфусу, прежде чем всё же одним из последних выйти из штаба, направляясь к выходу из министерства.

Аластор аппарирует с негромким хлопком недалеко от дома Дженкинс - застывает в темноте и оглядывается, держа палочку наготове, в этом районе опасность может поджидать с любой стороны, а он нечаянно и хвост за собой принести может, слишком многим за свою недолгую жизнь насолить успел. Убедившись, что поблизости никого нет, а за собой он принёс лишь шуганную хлопком аппарации кошку, Муди прячет палочку в полах расстёгнутого пальто и проходит вперёд, внимательно оглядывается, про себя репетирует речь, а после застывает в тени у нужного подъезда, ожидая прихода важной гостьи.
[float=left]https://i.imgur.com/nzbKvrD.gif[/float]Их с Честером шаги он слышит ещё издалека и от стены отрывается, с поднятыми вверх руками выходя на свет, тут же реагируя на Честера, пока тот не вышиб ему дух каким-нибудь боевым.
- Это я, Муди, - он приветственно кивает головой и осторожно тянется за палочкой, прекрасно понимая, что на слово МакФасти ему не поверит. - Экспекто патронум, - сурикат соскальзывает с кончика палочки и обегает круг вокруг Честера, а после запрыгивает на плечо к Юдж, прежде чем исчезнуть. Подтверждая свою личность, Аластор всё так же руки держит, палочку показывая, пока аврор напротив не удостоверится в том, что опасности нет, и не опустит свою. Она под хорошей охраной - убеждается Аластор, пряча палочку в пальто, и прокашливается под вопросительным взглядом МакФасти, в ответ приподнимая брови - а что, сюда приходить вообще всем запрещено? - Я пришёл поговорить с тобой, Юдж. Дело щепетильное, хотелось бы без свидетелей и у тебя дома, - он проводит рукой в сторону входной двери и всем видом показывает, что отказа не потерпит.
Пропускает Юджинию вперёд себя и проходит следом - одним взглядом даёт МакФасти понять, что сам с её защитой справится, потому и в квартиру Юдж первым входит, оставляя министра на пороге; он сначала осматривает всё с помощью магии, а после - лично, и только убедившись в безопасности, позволяет Дженкинс переступить порог.
- Минуту, - он накладывает заглушающие чары на дверь и окна, прежде чем снимает пальто и проходит за Дженкинс. - Забыл поздравить тебя с успешным перезакрытием дела Хартли. Даже аврорат не пришлось подключать, а? - Аластор падает на стул напротив Юджинии и не собирается тянуть дракона за яйца, она его и так, как облупленного, знает и уж точно светских разговоров не ждёт. - Жаль, что мы потеряли Трэверса так рано, я даже не успел его допросить, - опирается локтем о столешницу и заинтересованным взглядом смотрит на неё, собираясь подмечать любые несовпадения в поведении.

+6

17

a day to remember — resentment
https://i.imgur.com/ZxYCbit.gif https://i.imgur.com/9fYA5IT.gif https://i.imgur.com/TD3ynro.gif

mac-fucking-fusty clan
[30+; pb, драконологи (?), лояльны сестрице ♥; —// внешность: самые красивые]
dayton [m.fassbender], rigby [a.hammer], winston [b.holbrook], teddy [r.madden], andrew [t.egerton]

гиф би лайк:

дайтон: к нам едут драконоборцы, тяните жребий
пайпс: /агрессия/
ригби: у меня тут столько дел, мне пора, уже опаздываю
уинстон: /похмелье/ я ем, отвяжитесь
тэд: /вытягивает короткую/
эндрю: гыгык

дайтон: старший из этого выводка; ответственный, рассудительный, мудрый. ну или просто ему очень хорошо удаётся сохранять серьёзный вид, когда всё вокруг разваливается. когда младшие не слушаются, когда проверка из министерства под ногами путается, когда письма с заказами ломятся на стол огромными пачками; дайтон делает глубокий вдох, трёт переносицу и к каждой задаче приступает последовательно. наверное, потому что в нём глубокая уверенность сидит, что кроме него никто не справится — самая что ни на есть настоящая правда. отец отошёл от большинства дел уже довольно давно, мать периодически ошивается в административном корпусе, но большинство управленческих задач лежит на дайтоне. хотел ли он этого? усталый вид и синяки под глазами отвечают твёрдое «нет». есть доп. заявка.

ригби: всегда знал, что чтобы успеха достичь, нужно подчинить всё чёткому расписанию. ещё маленьким мальчиком он носился с дедовыми часами на цепочке и безошибочно определял по секундной стрелке сколько времени. староста класса, факультета, школы, ригби всё делал по правилам, ригби хорошим мальчиком был и своего всегда добивался. комната вся завалена книгами, в аттестате сплошь «выше ожидаемого». а теперь накрахмаленные воротнички белых рубашек режут шею, ровно выглаженная мантия идеально сидит на плечах — у ригби всё отлично. он стажировку быстрее всех проходит, он талантлив в работе и учёбе, его даже другие слушают, он, наверное, поэтому стажёров теперь ведёт. братья и сестрица над ним шутят, подначивают — каково это, идеальным во всём быть, — а ригби в ответ отшучивается, никому не говоря, что с детства мысль сидит: если идеальным не быть, зачем тогда вовсе быть?

уинстон: у него всегда всё не слава мерлину; вечно на собрания опаздывает, вечно вид взъерошенный, словно он только из леса вышел, вечно похмелье голову атакует, а перегар хмелит даже тех, кто уже полгода в завязке. кажется, что уинстону на всё на свете плевать. на заповедник плевать, на семью плевать, на работу — тоже; кажется персонажем понятным — в каждой семье есть такой нюхль паршивый, по одному взгляду на которого видно, что всё это ему не сдалось и вертел он эту жизнь на своей палочке. только уинстон не говорит никому, что же он запить пытается, скрытный, молчаливый, застрявший в образе своём отречённом, не знает уже, как выбраться из него — да и хочет ли? ему удобно, что никто его не трогает, что заданиями лишними не напрягает, что с расспросами не лезет, что только рукой в его сторону машет и говорит пренебрежительно: «да это уинстон, не ждите от него ничего». похоже, и уинстон от себя уже не ждёт ничего.

тедди: самая сладкая булка в истории рода макфасти; приветливый, радушный, самый приятный во всём заповеднике. каждый новичок, на гебридские попадая, старается держаться общества тедди; особенно дамы, всенепременно находящие его медные кудри бесконечно очаровательными. тедди и правда хороший малый, без червоточины. он и работу свою хорошо выполняет, и с драконами ладит, особенно с детёнышами, никогда под сомнение авторитет старшего брата не ставит и будто бы не злится даже никогда ( покуда все вокруг похожи на бурлящие вулканы ). тедди всем вечно помочь старается, рядом всегда он, когда нужен; только вот самому тедди почему-то никто помочь не спешит. а он вообще, может быть, другой жизни хотел. он вообще, может быть, по ночам, когда с собой один на один остаётся, всё вокруг проклинает и вырваться хочет из этих холодных гебридских пут.

эндрю: у него всегда наготове с десяток отборных ( и не очень ) приколдесов высшего уровня; эндрю целью берёт всех вокруг себя рассмешить, будто потому что никто из братьев нишу шута ещё занять не успел. один из младших ( погодка или двойняшка пайпс ), один из тех, кто вечно проебать всё грозится. не самый ответственный член этого небольшого общества, не самый смышлёный даже, но точно в ряду самых очаровательных. эндрю, как и пайпс, возиться с бумагами совершенно не нравится, он из тех, кому руками работа по нраву, он из тех, кто первым полезет в пьяную драку в баре, даже если кругом неправ будет, он из тех, кто поставит на победу холихедских гарпий все свои сбережения. эндрю тоже кажется персонажем понятным — клоун, что с него взять — только мало кто знает, что он у букмекеров в лютном забыл. эндрю, а сам-то ты знаешь?


в большей степени я разыскиваю братишек, но, если вы хотите носить гордую фамилию макфасти, всегда можно: 1. за одно из этих чудовищ выйти замуж, 2. стать кузеном/кузиной по линии батеньки. семья макфасти большая ( я в заявке взяла только дитяток своих родителей ), у отца есть сёстры / братья, так что примазаться можно с какой угодно стороны. вы только, пожалуйста, примажьтесь ♥
я вас обязательно одену, по голове поглажу и всё-всё тут покажу и расскажу, а это мем с котиком, чтобы надавить на жалость:

мем с котиком
по размеру/скорости подстроюсь под общее. тут много воды, берегитес, читайте поперёк

now we both got our battle scars
n o w   w e   b o t h   g o t   o u r   n e w   p o i n t   o f   v i e w s
( sorry, i'm not sorry )
[indent]  [indent] Чёрная водолазка дотягивается до горла, огибает его — плотная ткань не пускает наружу страхи, расходится по плечам, окутывает их, зализывает раны, по локтям скользит и до самых запястьей доходит; она прячет под собой слабости, которых Пайпер себе позволить не может. Она всё время тянется рукава закатать, но лишь сильнее их вниз одёргивает — п р я ч е т с я — ничего не должно ей напоминать // ничто не должно убеждать её в том, что страхи в душе её ещё живы. Вместо этого она надевает высокие перчатки из драконьей кожи, как будто собирается прикоснуться к огню // она не собирается, но об этом никто не должен знать. Пайпер ведь храбрая ( т а к ?), Пайпер ведь сильная, смелая, бесстрашная, Пайпер ведь всё нипочём ( т а к ? ) — с готовностью кивает и рвётся вперёд, даже когда спрятаться хочется. На месте ожогов где-то кожа светлее, а где-то едва ли не пунцовая; сколько мазей не используй, столько не прикладывай трав, сколько ни пей зелий от колдомедиков — кожа восстанавливаться отказывается; Пайпер ожоги не от других скрывает — ей не стыдно, драконологи все ранами разукрашены ( братья шутливо взлохмачивают волосы младшей сестрицы, лежащей уже которую неделю на больничной койке, смеются, что теперь она настоящая МакФасти ), Пайпер скрывает их от себя. Они — напоминание лишнее о том, что она не неуязвима; её кожа тонкая, на ней не наложена древняя магия, защищающая от всего на свете, у неё нет клыков, нет крыльев и даже хвоста, лона не всесильна — всю жизнь уверенная в обратном.

[indent]  [indent] Пайпер набрасывает на плечи кожаную куртку, неловко в узкие рукава просовывает руки и вооружается палочкой — её единственной защитой; как глупо — раньше она об этом не думала; раньше она не боялась. Это — вся её жизнь, драконы, этот заповедник, эта семья, она себя без этого не представляет — она  ч а с т ь чего-то большего, чего-то целого, она не может быть самой слабой частью, она не может быть уязвимой. Она с малых лет себе в голову втравливает мысль — бороться, она себя с детства учит тому, что нельзя сдаваться, что нужно л у ч ш е й быть едва ли не во всём. Она не слабость, она не кисейная барышня, она с детства с огнём сражалась и на драконах верхом, как в сказке — она  н и ч е г о  не боялась, а теперь, кажется, саму себя.
[indent]  [indent] Самоуверенность излишняя всюду МакФасти сопровождала; она за ней следовала по коридорам Хогвартса, когда маленькая девочка с двумя жидкими светлыми косичками ураганом по ним неслась, чтобы на урок успеть и по дороге неповоротливому старшему братцу подзатыльник отвесить / она за ней следовала на каждом занятии, когда без поднятой руки говорить начинала, потому что ей разрешение не нужно ( минус пять очков Гриффиндору, мисс МакФасти ), на что она фыркнет: ответ ведь был правильный / она за ней следовала всю стажировку в заповеднике, когда наставник учил, как самку от самца отличать, а Пайпс в ответ дерзила — я знаю, знаю, з н а ю. Самоуверенность барьером непреодолимым, ехидной ухмылочкой и пронзительным взглядом, самоуверенность — бронёй, которую она сейчас надевает и снимать ни за что не собирается // она иначе развалится.

[indent]  [indent] Выходя из небольшого дома, она все сомнения и страхи там оставляет; ей нельзя бояться, когда рядом драконы, ей нельзя бояться, когда рядом семья — они её сразу раскусят ( и те, и другие ), они её сразу поймут: одни — отстранят, на реабилитацию снова положат, а она без работы больше н е  м о ж е т, другие — просто не будут слушаться. Пайпер широким шагом направляется к административному зданию заповедника и у неё есть по крайней мере минут двадцать, пока она воюет с ветром и лёгкие воздухом наполняет, чтобы вновь сталь обрести и не дать слабости проявиться. В помещение она влетает — как всегда; она вечно носится, ходит быстро, едва ли не бегает, за ней снуёт ветер, путается в волосах, поднимает косу и высвобождает короткие пряди у лица, — за собой принося пресловутую самоуверенность, благодаря которой ей удаётся осанку прямой сохранить, а во взгляд привычное бесстрашие поселить. По коридорам к кабинету следует, без стука влетает к одному из братьев, разваливается на кресле напротив и морщится: «фу, Эндрю, опять здесь всё провоняло кофе!» — запаха она этого не выносит, кофе ни в каком виде не приемлет, в любой непонятной ситуации предпочитая чай: чёрный, очень крепкий, с тремя ложками сахара, кружка такого ( самая огромная ) всегда у неё в руке ( иногда — часто — внутри ещё и бурбон ).
Когда там должен приехать этот придурок из министерства? — громко глотает горячий чай / сколько её не ругай — не перестанет ( ну ничерта от леди ). Драконоборцев она иначе, как придурками не зовёт — переняла от отца и с гордостью продолжает, не унимаясь лет так с пяти.
Завтра, Пайпс, завтра. Сегодня новенькая из румынского. — напоминает Эндрю, что в бумаги зарылся и носа из них не показывает.
Ясно. Много заказов? — бросает любопытный взгляд на бумаги, чуть приподнимаясь с места. Брат беззвучно, одними губами произносит бранное слово и головой качает устало. Пайпер из его рук нагло вырывает один из свитков, податливая бумага едва ли не рвётся, изучает, пробегаясь глазами и возвращает обратно: «скукотища». Она остаётся в кресле сидеть, развалившись, покачивая ногой и хлюпая чаем. Она брату продолжит действовать нервы, а потом в этом кресле и останется работать, кабинета собственного отрицая существование — она же не одна из этих помоечных министерских крыс, она не станет весь день за запертой дверью сидеть и пылью дышать от старых свитков и книг. Пайпер заканчивает аккурат к приезду новенькой, разгребает несколько писем, надиктовывает прыткому перу сколько нужно чешуи для очередных — очень важных! — нужд прохиндеев из министерства; она эту часть своей работы не слишком-то жалует ( как жаль, что она — большая ), куда сильнее ей нравится драконов усмирять, новых принимать и с детёнышами возиться; ей о времени подошедшем напоминает Эндрю, который из-за стола наконец-то встаёт, последние несколько часов в одном положении проведя, и ведёт за собой за собой. Пайпер ему ехидно в спину шепчет: «вау, ты оказывается умеешь ходить, я думала так и застынешь крючком».

[indent]  [indent] Они к кабинету Тэда следует, который и должен был девушку новенькую встретить; Пайпер украдкой заглядывает в папку, что уверенно держит в руках Эндрю — Сара Рэндалл, хмыкает: ну, посмотрим, кто ты такая, Сара Рэндалл. Чужаков в заповеднике МакФасти не жаловали, прямо скажем, а Пайпер была в числе первых, кто не давал спуску любому, кто в число поголовья её семьи не входил; доверяться не привыкшая, с острова редко вылезающая, для неё все — чужаки, кто с ней десятки лет бок о бок не провели. Она обязательно новенькую проверкам подвергнет, обязательно проверит, из какого та теста, сможет ли девчонка с гебридским чёрным поладить; она почему-то думала, что это понять ей труда не составит. Сара Рэндалл / Сара Рэндалл / Сара Рэндалл, она имя это в руках крутит, примеряет, пока, наконец, с этой знаменитой Сарой Рэндалл глазами не сталкивается — смешок срывается с губ, старший брат её одёргивает, думая, что та снова издёвку задумала. Только Пайпер эту Сару Рэндалл лучше других знала — от Сары и от Рэндалл, собственно, там ничерта и не было, — она училась с ней на одном потоке, она прекрасно осведомлена о том, как та жизнь свою выстроила; д ж о р д ж и а  с л а г х о р н — виднеется в улыбке / в глазах / в сложенных на груди руках Пайпер // неужели ты думала, что я тебя не узнаю, д ж о р д ж и а?
[indent]  [indent] Пайпер молчит, ей это нечеловеческих усилий стоит, она привыкла всю правду вываливать с порога, ни на что не оглядываясь, но здесь, здесь ей были интересы тайны Джорджии: что её привело в Шотландию? что вырвало из уютного семейного гнёздышка? МакФасти смотрит с издёвкой, с вызовом, нагло и прямо — с а м о у в е р е н н о с т ь, — но молчит, решая, что для выяснения всего возможность ещё предоставится, а пока она может вдоволь цирком насладиться и наблюдать, как девушка назад пятится и слово вставить пытается, пока деятельный Тэд её со всех сторон информацией обкладывает. МакФасти делает глоток из своей огромной кружки и улыбается — пусть остаётся; здесь, на своей территории, она её точно обставит.

[indent]  [indent] Остаток дня всё также в кабинете Эндрю проводит, но только больше не работой занята, а мыслями, которые поведение Джорджии разгадать пытались. Пайпер из мыслей её прогнать не может, загадку раскусить хочет, раскрыть и обличить перед всеми — она чует подвох, чует тайну, словно зверь, где-то нутром ощущая опасность, которая от Слагхорн исходит. Из мыслей её достаёт неразборчивые слова брата.
А? — смотрит с непониманием.
Выпить, говорю, пойдёшь? Чего задумалась-то? — по-простецки Эндрю над ней виснет, почёсывая затылок.
А, да, конечно пойду, — вскакивает с места, вытягивается, как струна, — ничего я не задумалась, отстань. — фыркает и вперёд брата несётся. Неподалёку местечко небольшое, почти семейное. В нём отдыхают местные драконологи, их семьи и забежавшие на остров гости, коих немного, по пальцам за год пересчитать; каждый раз они для хозяйки паба — событие, она вьётся вокруг них, расспрашивает и угощает не меренным количеством пива. Местные говорят, что через этот обряд должен каждый пройти, кто к ним прибывает. Значит, он неминуем и для Джорджии; Пайпер этой мысли улыбается, нос в стакан пива опускает, скрывая от остальных свои мысли.
[indent]  [indent] Новенькой везёт, её первой МакФасти замечает, ловит в дверях, следует глазами за ней к стойке, читает слова по губам, будто рядом стоит, и буравит, надеясь, наверное, дыру в той прожечь. В Пайпер недовольство рождается: почему она ещё не убежала, поджав хвост, почему не убралась вон с чужих земель, почему ведёт себя так свободно, [float=right]https://i.imgur.com/uF23C41.gif[/float]почему не боится, почему продолжает на Сару отзываться. Пайпер во взгляд злость подмешивает. Слагхорн первой заговаривает, также нагло, также самоуверенно, также развязно, словно им по пятнадцать и они вновь что-то в коридоре Хогвартса не поделили. Пайпер делает глоток из бутылки и глаза закатывает / Изольда. Та смотрит с вызовом, смелость себе свою вернув и легко ею теперь жонглируя; н а д о л г о — цепляет это слово и растягивает его // фальшивое насквозь. Как и вся Слагхорн. — Тэд, — внимание брата привлекает, глоток прикончив, — сюда идёт Элспет, — толкает его в бок локтём и кивает на владелицу бара, что их издалека заприметила, — она сейчас нашей новенькой присядет на уши часа на три, отвлеки её, давай. — в спину его беспощадно толкает и смешок давит в кулаке. Удостоверившись, что два одиночества Элспет и Тэд состыковались на достаточном от девушек расстоянии, МакФасти на знакомую поворачивается вновь.
Ну,  С а р а  Р э н д а л л, — смеётся, деля буквы на равные части, —[float=left]https://i.imgur.com/i0HylOz.gif[/float] с фантазией у тебя всегда были проблемы, хоть бы Изольдой и назвалась, честное слово. — глоток пива, — От кого бежишь, С а р а, насолила румынам? Обчистила Гринготтс? — щурится, приближаясь, — Аааа — протягивает восторженно на вдохе, — неужели убила кого-нибудь? Муженька своего прибила, да? — улыбается, головой качает в выдуманном сочувствии, — Зря ты так с ним, святой человек должно быть, раз тебя, горгулью, столько терпел.
Здесь-то ты чего забыла, Сарочка? — с презрением отточенным за годы взаимной ненависти, — Не лучшее место для того, чтобы спрятаться. Здесь тебя быстро раскусят. — глоток пива, взгляд наглый, с а м о д о в о л ь н ы й.

Отредактировано Piper MacFusty (2021-06-15 23:40:50)

+12

18

https://i.imgur.com/YVcRp7R.gif  https://i.imgur.com/HudP3QX.gif

mr & mrs Patil
[1942, R’60, Mungo + unemployed, Ministry; —// rahul kohli & tina desai]

они знакомы с детства - в школе подружились, а может семьи общались и до этого. так легко сойтись, так легко найти много общего: они строят планы о том, что будут делать после школы. они собираетесь изменить мир, они наверное смогли бы, хотя бы немного: в обоих есть что-то особенное; талант, который бессонные ночи в библиотеке умножают только.
они смогли бы, но семья патилов пытается ассимилироваться: уже несколько поколений в англии, но своего места занять все еще не удается, несмотря на чистокровный статус. они смогли бы, но их родители решают иначе: пара месяцев с выпуска проходит, когда ей приходится свадебное платье примерить. его старший брат - ирония глупая, но зато в семью входить не так страшно, когда есть что-то знакомое, что-то, что уверенность определенную дает.
между ней и мужем понимание устанавливается. любви нет, но, наверное, не должно быть: традиции английские подозрительно схожи с договорным браком, привычным вашим линиям. она рожает детей, она обожает детей. она свыкается с мыслью, что теперь у нее - муж, что это - навсегда. в английской аристократии привычно, что жена занятия собственного не имеет, жена домом занимается: она подчиняется послушно. у нее желания есть тоже, но любовь к семье своей, стремление угодить их прихоти - сильно достаточно, чтобы ее ограничить.
он не задумывается об этом слишком сильно, он втайне рад - ему нравится, что родители именно_ее выбрали. ему нравится, что она теперь его семья.

они оба разрушены, уничтожены оказываются, когда вести о потере приходят. она теряет мужа, он теряет брата. их семья теряет все: в связи с подозрениями во взаимодействии с пожирателями - активы все арестованы. он заботиться о ней как может, он теперь наследник, на нем бремя лежит, да и дружба их линией протягивается со школы - и на всю жизнь. он поверить не может, что его семья может быть в нечто подобное вовлечена, но ее винить не в чем. она не виновата, он себе из раза в раз повторяет, прежде чем начинает подмечать мелочи, прежде чем выводы собственные делает. она не виновата - он сам себя убеждает, прежде чем ее за руку поймать: « ты   з н а л а ?   » 


будем честными - в тиночку не_крашнуться невозможно. што касается мистера патила - я сериал может быть и не смотрела, но мой аргумент заключается в следующем: вот в этом
но вообще внешности меняйте конечно, все меняйте, персонажи ваши я молчу!!!
общая идея: она выходит замуж за старшего брата школьного друга, тот оказывается замешан в делах не то, чтобы очень приличных. когда муж умирает, на всю семью подозрения падают - он берет ее под свое крыло, ее и ее детей - он им отца заменить не стремиться, так выходит, случайно совершенно. потому что она его подруга, потому что его брат был его мужем. он не сразу уверяется в том, что брат в чем-то нехорошем участвовал; он точно_не_сразу подозревать начинает, что она в курсе была, но это границу между ними проводит - уже вам судить - удасться ли ее преодолеть.
лично я просто бессовестно хочу себе однокурсников и приятелей

пример вашего поста

Она Беллу вне привычного контекста видела редко крайне - это, кажется, третий раз, когда они остаются наедине. Лестрейндж умеет быть собранной - всем своим видом демонстрировать то, что и должно жене министра будущего. Изящество, стабильность: во время вечеров званых Флора, порой, ловит себя на мысли о том, что из приятельницы, кажется, с рождения будущую первую леди готовили - так хорошо все этой ей дается. Не знает, удалось бы ей самой себя подобным образом держать, если бы Тео в свете софитов вечных оказался, если бы за каждым шагом пророк следил, каждое слово неудачное - мусолил неделями.
У Беллатрикс все это выходит превосходно - она рядом с Рудольфусом смотрится партнером полноценным: на фоне остальных кандидатов семья их выглядит, разумеется, выигрышно.
Она Беллу вне привычного контекста видела крайне редко - привыкла к ней другой совсем, поэтому неожиданным оказывается то, как движения ее резковатыми излишне становится, как на лице эмоции читаются, плохо скрытые.

- Нет, помню, помню, конечно, никакой амнезии, - девушку успокаивает с улыбкой на губах, тон полу-шутливый, легкий, потому что Белла слишком напряженной кажется и Лоре хочется это самое напряжение облегчить, - но - это свойство человеческого организма. Он забывает боль - своеобразная анестезия, в особенности полезная женщинам: если бы мы помнили в точности процесс родов - дальше одного ребенка никто бы, наверное, не пошел, - так себе, конечно, утешение, поэтому Флора продолжает поспешно, мысль заканчивая, - но у каждого все проходит индивидуально - кто-то по утрам мучается, рожает тяжело, у кого-то беременность и роды совсем легко проходят. Если тебя токсикоз не мучает - знак уже хороший. Да и зелья обезболивающие - никто не отменял, нужно только договориться о них предварительно с твоим целителем.

Сама Лора этот момент с сыном упустила - потом настойчиво и упрямо доказывала всем, что не забыла, а хотела просто напросто "испытать все прелести материнства" - на этот раз подобной ошибки она допускать была не намерена, позаботилась обо всех договоренностях, несмотря на то, что до родов оставался еще добрый месяц.
Аргумент, кажется, не особенно успокаивает девушку, у той тревога в глазах остается, вопросы нервным тоном.

- Я в порядке, - Флора заверяет, хотя понимает, что выглядит - честно - так себе, во всяком случае по своим собственным стандартам. Потерявшая вес во время болезни (она ведь и так была хрупкой достаточно), с животом, который на фоне худобы болезненной еще более раздутым кажется. "В порядке" - термин относительный: наверное, не должно быть так тяжело себя на ногах держать, наверное, не должна так сильно кружиться голова. Целители говорят - она жизнь сохранила скорее всего именно благодаря ребенку, только сейчас у Флоренс ощущения, что ее девочка наверстать упущенное пытается, все силы высасывая. Она дни считает нетерпеливо, когда это закончится, когда жизнь можно будет в нормальное русло вернуть - стыдиться этих мыслей, потому что помнит, что с Маттео было по-другому.
С Маттео рожать было страшно, от себя отпускать: ей казалось суеверно, что она какую-то нить обрежет, связь невидимую, которая между ними существовало; ей казалось, что они с сыном так близки никогда больше не будут. Может - опыт сказывался, но только с Пэнси все ощущается иначе совершенно.
"В порядке" - термин относительный, Флора себя в порядке не чувствует, но сомневается, что причины этому могут для Беллатрикс актуальными оказаться.

- Но у меня есть опыт, - она продолжает, взгляд, устремленный на девушку - пытливый, тон - осторожный. Спугнуть не хочет: если ты доверишься мне, если расскажешь, что не так - я помогу, транслировать пытается, - я понимаю - первая беременность тяжелая всегда, слишком все в новинку оказывается. И у каждой волшебницы - тревоги свои, - она чашку с блюдца поднимает, делает глоток. У всех тревоги свои - сама Флора боялась больше всего, что не сможет любить как надо, не сможет дать все, что ребенку нужно будет, все, чего самой в детстве не хватало так сильно. Что-то ей подсказывает, что Беллу боль и прочие неприятные физические ощущения тоже волнуют далеко не в первую очередь, - расскажешь, что тревожит тебя?
Пауза небольшая: Лоре хочется сказать что-то еще, что-то, что обстановку разрядить может, сделать ее более дружелюбной, той, в которой Белла ей довериться сможет. Улыбается хитро, лицо за чашкой пряча:

- Пожалуйста, скажи мне, что ты не переживаешь из-за того, что располнеешь и Рудольфусу это не понравится, - почти шепчет заговорщически - Паркинсон солгала бы, если бы сказала, что сама не думала об этом тогда, когда Маттео вынашивала, если бы заявила, что не бросала тревожных взглядов в сторону девочек, которые глаза мужу строили, пока Тео не видел. Ей достаточно быстро после родов удалось вес в норму привести, фигуру вернуть, которая до появления сына была, но все же, - потому что если ты считаешь, что ему подобное может прийти в голову - предупреждаю сразу, за такого кандидата я голосовать не собираюсь, - чуть голову наклоняет, чуть хмыкает, ждет реакции, ждет ответа правдивого о том, что у Беллы на душе на самом деле.

+6

19


slughorns' family

https://i.imgur.com/bg7q8la.gif
https://i.imgur.com/Fq7nuc8.gif https://i.imgur.com/pQFbx5h.gif https://i.imgur.com/xgWYWAo.gif https://i.imgur.com/hYvw7Ie.gif https://i.imgur.com/XTDE29y.gif https://i.imgur.com/m0ujajH.gif https://i.imgur.com/XENTfAo.gif

dakota1933 ; hyperion1930 ; geraldine1930 ; jack1948 ; daniel1948 ; daisy1960 ; gennyfer1951

DEATH EATERS / ORDER OF THE PHOENIX / MINISTRY OF MAGIC ; МЕСТО РАБОТЫ НА ВЫБОР

D A K O T A / / J O N E S1933
FC: HALEY BENNETT

H Y P E R I O N / / S L U G H O R N1930
FC: NIKOLAJ COSTER-WALDAU

G E R A L D I N E / / S L U G H O R N1930
FC: AMY ADAMS

младшая сестра джеральдины ; всю жизнь хотела красивой сказки, а заполучила мужа сестры и двоих детей, которые по документами к ней никакого отношения не имеют

младший брат горация ; никогда не верил в любовь, но зато знал, что от него требуется для поддержания статуса рода ; заимел четырех детей от двух сестер

старшая сестра дакоты ; терпит наглость мужа и младшей сестры, воспитывая двух бастардов, как своих родных детей ; не ждет у моря погоды, сама вершит свою судьбу

J A C K / / S L U G H O R N1948
FC: ED SKREIN

D A N I E L / / S L U G H O R N1948
FC: ZAC EFRON

наследник семьи ; родной сын хипериона и джеральдины ; планирует унаследовать бизнес отца, имеет в собственном шкафу немало скелетов ; в плохих отношениях с дэниелом и большей частью семьи

бастард хипериона и дакоты, но с детства воспитывался джеральдиной ; хороший парень, отказывается знать и знакомиться с дакотой, поддерживает во всем приемную мать и семью

G E N N I F E R / / S L U G H O R N1951
FC: HILLARY DUFF

D A I S Y / / S L U G H O R N1960
FC: JOSEPHINE LANGFORD

родная дочь хипериона и джеральдины ; в плохих отношениях со всей семьей, кроме дэниела ; очень сильно не любит дейзи, сбежала из дома после окончания хогвартса с кем-то, кого скрывает от родственников

бастард хипериона и дакоты, но с детства воспитывается джеральдиной ; в хороших отношениях только с дэниелом, терпит издевательства старших сестер ; хочет познакомиться с матерью, вряд ли хороший человек

Когда они произносили клятвы, она знала, что ничем хорошим их союз не закончится. У нее чересчур дерзкий характер, а он не любит, когда его перебивают. Только их привычки никого не интересуют, да и сами Хиперион и Джеральдин черту дозволенного не переступают, потому что растили их по-другому. Уважение друг другу в них так и не появляется: чем дольше они под одной крышей живут, тем больше разница между ними становится заметной. Но кого волнуют такие мелочи, когда на дворе сороковые, а Гриндевальд пытается захватить волшебный мир.
Джеральдин рожает первенца, а спустя время узнает, что Хиперион связался с ее младшей сестрой. Джеку нет еще и года, когда на свет появляется Дэниел и получает фамилию Слагхорн. Дакоту отправляют в Испанию, а Джеральдин осознает правила игры, которые устанавливает не она, а своевольный Хиперион.

/ / /


В семье непростые отношения: отец изменяет матери с ее младшей сестрой. Из-за этого Джеральдина, порой, в себе сомневается, правда никогда не вымещает боли и обиды на детях. У нее есть своя личная жизнь, она счастлива. Хиперион же, наверное, не осознает, как сильно ему с ней повезло.
Когда из дома уходит Джек, недовольный устоями, и рядом остается только Дэниел, всю жизнь пытающийся загладить вину отца, девочки пытаются определиться, что сами из себя представляют. Дженнифер сбегает от семьи вместе с человеком, в котором влюбилась и которого, скорее всего, остальные не одобрят. Она поддерживает отношения только с Дэном, а он пытается все это как-то устаканить.
> В 1978 голу Джоржиа пропадает и признается спустя время погибшей. На деле все с ней хорошо, у нее просто свое стекло, с которым нам всем придется разбираться ♥


наглядная родословная

> hyperion slughorn (1930) & geraldine slughorn-jones (1930)
   > jack slughorn (1948) // СТАРШИЙ БРАТ
   > daniel slughorn (1948) // СТАРШИЙ СВОДНЫЙ БРАТ
   > gennyfer slughorn (1951) // СТАРШАЯ СЕСТРА
   > daisy slughorn (1960) // МЛАДШАЯ СВОДНАЯ СЕСТРА

> horace slughorn (1890) // ДЯДЯ
> dakota jones (1923) // ТЕТЯ

> понимаю, что, возможно, все перечисленное выше может казаться запутанным, но я старалась как можно понятнее все изложить. по всем вопросам помогу, по всем семейным перипетиям - готова обсуждать. все (абсолютно все) можно сменить, буду рада, если у вас появятся какие-то другие идеи для семейных конфликтов;
> хочется большую семью, в которой невозможно все решить разговорами; давайте хоть друг друга ненавидеть, но будем ходить с одной фамилией, кряк
> джо сбежит из дома и все подробности конкретно ее биографии расскажу лично. остальные ребята на усмотрение игроков, что у вас там и как, кого любите, а кого ненавидите - feel free to choose the side;
> абсолютно любого из огромного семейства готова забрать в игру и ввести в курс сюжета!
> не пишу часто, но пишу всегда; размер постов от 4к, третье лицо. на частоту игры не смотрю, ни к чему не обязываю, просто забирайте ребят!

пример вашего поста

. [indent] . [indent] . [indent] . [indent] . [indent] . [indent] .
i become one with my demon
M Y     D A R K     S I D E     K E E P S     M E     A L I V E
https://i.imgur.com/cHlPXPc.gif
. [indent] . [indent] . [indent] . [indent] . [indent] . [indent] .

[indent]  [indent] д ж о р д ж и а / она пальцами по своему предплечью проводит, подушечками очерчивая края черной метки, что едва заметно колыхается. д ж о р д ж и а / она заворожено следит за тем, как искры из палочки вылетают, до цели добираясь в считанные мгновения. д ж о р д ж и а / тени шепчут ее имя, когда его ботинок в живот упирается, а с губ кровь сплюнуть не получается. Она бежит не сразу. Далеко не сразу вещи собирает и несколько лет живет с убеждением, что когда-нибудь он перестанет. Аттикус каждый раз, правда, удивляет и с новым ударом все больнее проходится по старым ранам. Джорджиа когда-то считалась красавицей: у нее волосы всегда были в аккуратную прическу собраны, под ногтями не скапливалась грязь, а туфли обязательно с каблуком да повыше. Она всегда была чересчур леди, когда проходила по коридорам Хогвартса, книги держала одной рукой, а второй обязательно кого-то обнимала и рядом с собой удерживала, потому что нашептывать так проще было и легче. Ее когда замуж отдают за Гойла, Слагхорн радуется. Она с ним общий язык быстро находит еще в школе, когда седлает в очередной раз метлу и на несколько часов от привычного облика леди избавляется. У нее ветер в волосах путается, Джо их каждый раз в тугой хвост завязывает, чтобы не мешались. Но однажды Пайпер за него ухватывается и не только ей бедро ломает резким толчком, но и здоровый клок выдирает. С тех самых пор Джорджиа волосы бережет и при ссорах с Аттикусом сразу же за ворот прячет — чтобы ухватить не успел.

[indent]  [indent] д ж о р д ж и а / она по лесу бежит и слышит, как он позади ее имя кричит. Аттикус с ума сходит, у него демоны в глазах пляшут, а причины поступкам последние пару месяцев и вовсе сложно найти. Джо во всем винит наказания Темного Лорда: несколько круцио подряд, да еще и принуждение к самобичеванию — он пытается на ней отыграться и боль свою заглушить. д ж о р д ж и а / у нее в ушах сердце ухает, и она за куст ныряет, впопыхах пытаясь нащупать порт-ключ, который обманом оформляет на чужое имя. Портсигар щелкает, и Слагхорн после себя оставляет только вихрь листьев, которые поднимаются от аппарации. д ж о р д ж и а / кричит Аттикус в лесу неподалеку от поместья, а она уже по улицам Бухареста идет, заколдованную сумку к себе прижимая и пытаясь найти тот самый магический переулок.
Она обменивает галлеоны, покупает карту и все необходимые принадлежности, спрашивает дорогу до заповедника и спустя пару дней у ворот его останавливается - д ж о р д ж и а выжила.

[indent]  [indent] Она проводит в Румынии несколько лет. У нее волосы теперь всегда распущены, на затылке только хвост небольшой виднеется, когда кто-то хочет найти ее сквозь кустистые заросли. Гойл меняет имя — теперь ее зовут Сара Рэндалл, и откликается она исключительно только на него. Привычка вырабатывается быстро, и она этому рада — чем дальше от себя прежней бежит, тем больше себя настоящей чувствует. Джо этого объяснить не может и перчатки снимает только к вечеру, когда справляется с осмотром пары самок и остается на несколько часов и с утепленными яйцами. Она на свои ногти обязательно смотрит — под корень практически обрезанные, — а потом шепот слышит отдаленный, который слишком на ее бывшего мужа походит.

[indent]  [indent] Джорджиа никогда не отличалась терпением: она добивалась того, чего хотела с самого Хогвартса. Слизерин ее встретил распростертыми объятиями, а Слагхорн успела занять лучшую постель прямо у окна, за которым ничего, кроме темноты Черного Озера, видно не было. Гриффиндор она ненавидела так же сильно, как и желала смерти Пайпер МакФасти, которая умудрялась ей дорогу переходить в каждом сдвоенном предмете. Слагхорн, порой, в школьные будни вернуться пытается, переосмыслить что-то, задуматься, но всегда на одно и то же воспоминание натыкается: у нее переломана практически вся левая сторона тела, есть не получается, а на соседней койке лежит Пайпс, которую туда положил директор, считающий, что только так они смогут найти общий язык. Джо этот момент почему-то кажется донельзя глупым, она из раза в раз рассказывает его новым знакомым, но никто на шутку не реагирует — возможно, просто язык не до конца выучила и передать всю иронию не смогла.
Она заявку подает в заповедник МакФасти, когда пьяная и в очередной раз пытающаяся вытеснить страхи, вспоминает, что когда-то Пайпер сказала, что ей дорога туда заказана — братья ноги переломают, а родители обязательно добавят. В чем-то, наверное, она была права: Джо была отвратительным человеком и таковым и осталась. У нее в одной ладони бутылка зажата, из которой она глоток за глотком делает, а в другой перо между пальцами перекатывает, когда весь свой опыт расписывает и умудряется даже не приврать.

[indent]  [indent] Возвращение в Англию — плохое решение.
Джорджиа в этом уверяется, когда вновь влажный воздух вдыхает, благодаря попутчика и оказываясь посреди Гебридских островов. Но Темный Лорд ее вызывает на задания, и дальняя трансгрессия лишает сил. Да и из заповедника МакФасти приходит приглашение и хорошее предложение — отказываться от него грешно, ведь она последние пару лет живет исключительно на заработанные самостоятельно деньги. Гойл отслеживает все ее счета, и она не готова настолько рисковать безопасностью, которую успела выстроить.

[indent]  [indent] Стоит ей пройтись по вязкой земле, которая из-за постоянной мороси и близости к океану, мало чем напоминает поле, как Джорджиа себя вновь ощущает под невидимым гнетом. Она бежит от этих мыслей, от шорохов, от боли, которую не заслужила и которой противостоять больше не может, чтобы спустя три года оказаться с рюкзаком за спиной перед огромным заповедником. Слагхорн голову задирает и ладонью глаза от света прикрывает, чтобы в небе разглядеть хотя бы одного дракона, которыми так заповедник гордится, но ничего ее взгляду не попадается. д ж о р д ж и а / лишь в ушах вновь слышится, когда с влажным чавканьем по траве перешагивает, жалея, что не послушалась рекомендаций и не надела резиновые сапоги вместо кроссовок.
Джо добирается до горы, останавливаясь у ее подножия, чтобы дыхание перевести. Трансгрессией воспользоваться не получится — заповедник окружен антиаппарационным полем, специально построенным для того, чтобы избежать браконьерства и не приглашенных гостей. Только эта мысль ее успокаивает, когда страх вновь к желудку подступает стоит ей осознать, куда Слагхорн возвращается и на кой черт. Она тем самым конвертом, в котором и договор, и приглашения хранятся, себе в лицо машет, чтобы отдышаться и дальше наконец двинуться, когда впереди замечает недовольного гебридского дракона. Он плюется огнем в небо, а не на землю, и Джорджиа шагу прибавляет. Она повадки драконов изучить успевает до мельчайших подробностей, но каждый вид особенен по-своему: хочется предположить, что этот готовится к врачеванию, а не агрессирует на тех, кто пытается ему с земли помочь. Слагхорн у ворот оказывается спустя пару минут, которые дракон парит над заповедником и скрывается по другую сторону горы.

[indent]  [indent] — С а р а, — по буквам проговаривает, когда один из работников заповедника просит повторить ее имя и в журнале своем сверяется, приглашена ли она на территорию. Джо подобная отчужденность невероятно устраивает: Аттикус ее никогда найти не сможет, даже если узнает, что она именно здесь прячется. Ворота перед ней наконец открываются, и она на территорию заходит, лямки рюкзака крепче сжимая. Кажется, заповедник намного больше того, в котором Слагхорн до этого работала. Она успевает насчитать несколько кормушек и шесть пастбищ, которые проходит по дороге до главного здания, где ее ждут. Она по ступенькам взбирается — чересчур массивным на ее вкус, — и у двери останавливается, разглядывая колдографии почетных драконологов. Попасть в Заповедник Шотландии достаточно сложно: во-первых, он скорее семейный, чем открытый для всех желающих, во-вторых, работа с гебридскими драконами требует опыта и вовлеченности в процесс — они считаются самыми опасными после азиатских. Джорджиа уверена, что Пайпер здесь не встретит, оттого даже немного расстроиться успевает / вот видишь, Пайпс, еще и твоим родителям понравлюсь. Она на колдографиях замечает несколько удивительно похожих парней, предполагая, что это и есть те самые братья, которые должны были ей рот с мылом промыть.
Нет, думаю, что там хворосторог, — слышится мужской голос по другую сторону холла. Несколько человек стоят у панорамного окна, с которого открывается вид на еще несколько островов с горами на них. Как правило, драконы именно там устраивают свои пристанища.
Валлийский зеленый, — настаивает девушка, — не станет Мрак с хворосторогом уживаться, — Джо подходит к ним, выглядывая в окно и пытаясь понять, из-за чего происходит разговор. Черный дракон кружит вокруг горы и, судя по всему, сбрасывает еду кому-то снизу.
— Шведский, — вставляет она в разговор, обращая внимание присутствующих на себя, — во-первых, больший шанс, что именно он сюда залетит, потому что климат подходит для его родных мест. Во-вторых, только шведские скрываются в горных местностях, как правило, отдаленных от зелени, — Слагхорн ладонью в воздухе проводит в знак приветствия, — я — Сара, Сара Рэндалл, — ее никто из присутствующих не знает, и она себя уверенно чувствует в компании незнакомых людей. Метка надежно спрятана под несколькими защитными заклинаниями, а на губах красуется улыбка, которую нельзя принять за недружелюбность или хвастливость. Джо протягивает конверт с приглашением парню, который тут же ее за собой в кабинет какой-то ведет.

[indent]  [indent] д ж о р д ж и а / она на полпути останавливается, замечая наконец среди присутствующих п а й п е р. У нее прическа изменилась и сама она выше успела стать. д ж о р д ж и а / нервно руки прячет за спиной, взгляд тут же опуская и устремляясь за парнем как можно быстрее: — извините, произошла какая-то ошиб…
Сара, мы тебя так ждали. У нас тут затесалось два длиннорогих, но никто с ними не работал, а румыны пока не могут согласовать дату принятия двух особей, — прерывает ее, а потом взгляд отрывает от документа, — извини, я Тэд, — руку тянет для рукопожатия, и Джо неловко улыбается, тут же в кабинет его забегая и ладонь пожимая. д ж о р д ж и а / сердце слишком часто бьется, она пытается придумать, как из ловушки сбежать. Чем, блять, думала? Ее же фамилия в названии заповедника. Да и куда ее еще возьмут работать? Блять. д ж о р д ж и а / ей уже тяжело с собой совладать, она на месте топчется, ногти кусая: — Тэд, слушай…
Они обитают на Айлее, мы обычно туда через камины попадаем, — парню совсем не интересно, почему новенькая сказать ему что-то пытается. Но Джо уже получает ключ от дома, в котором расположится, и все необходимые документы. Она из его кабинета сбегает тут же, осторожно пробираясь по коридорам и выбегая из главного здания.

д ж о р д ж и а / д ж о р д ж и а / д ж о р д ж и а

[indent]  [indent] Как бы она ни пыталась от себя сбежать, как бы она ни старалась прошлое позади оставить, Джо все равно сидит в ванной и пальцами по метке, колыхающейся, проводит. Она себя успокоить пытается, что все в порядке будет, что Пайпер ее не узнала и проблем не создаст: крыша над головой есть, хороший оклад, несколько видов драконов. Слагхорн потерять этого не может, ей за работу нужно держаться — она сюда возвращается по причине, а не из-за каприза.
Джорджиа к вечеру выбирается в небольшой паб, который на территории заповедника для местных жителей открыт. Их тут немного и все друг друга знают, но внутри душно и шумно — то, что надо.
[float=left]https://i.imgur.com/YiQ2pyo.gif[/float]— Пиво, пожалуйста, — бармену кивает, по сторонам стараясь не разглядывать, но МакФасти тут же замечает. Она один стакан допивает и второй заказывает, когда наконец в ее сторону поворачивается: — почему ты на меня так смотришь? Призрака увидела? — у нее от хмеля глаза блестеть начинают, и Слагхорн ничего умнее придумать не может, как решает в дурочку сыграть. — Или познакомиться хочешь? — ногу на ногу закидывает.
— Я — Сара, а тебя как зовут? Изольда? — кажется, тон ее голоса не совсем дружелюбный, и          д ж о р д ж и а отворачивается, чтобы еще глоток сделать и в руки себя взять.
Сара, как тебе наши края? — Тэд подсаживается с другой стороны, и она ему кивает с улыбкой на губах: — пока не успела разобраться, но планирую остаться здесь надолго, — предложение договаривает и на последнем слове взгляд на Пайпер переводит / ясно тебе?

Отредактировано Georgia Slughorn (2021-02-23 21:21:11)

+9

20

http://forumupload.ru/uploads/001a/c4/ff/345/423157.gif http://forumupload.ru/uploads/001a/c4/ff/345/392987.gif

Edward Tonks
[1952, гриффиндор'71, аврорат, ОФ; —// внешность: richard madden only]

на обсуждении

One misstep, you're mine
And you better stay clever if you wanna survive
Once you cross the line
You'll be wishing you would listen

http://forumupload.ru/uploads/001a/c4/ff/345/893721.gif


Ты всегда будто изнутри светился; это особенно хорошо видно по взгляду - чистому и ясному. По широкой улыбке - она с твоего лица сходит редко даже сейчас: среди военных невзгод, в окружении твоих хмурых аврорских товарищей и друзей. Может быть именно это приковало мой взгляд к тебе когда-то давно - этот свет жизни, совершенно бесстрашный и теплый. Или может быть громкой голос привлек внимание. Эта энергия, эта способность четко знать, что ты хочешь и как надо поступать. Способность не вязнуть и не буксовать даже когда невыносимо сложно. Я не помню. На самом деле не помню ничего. Лишь обрывки. Осколки, которые режутся и вызывают внутри только одно - ненависть. Ненависть к себе, за совершенные ошибки: их было так много, десятки // сотни // тысячи. Ненависть за то, что протянула когда-то руку тебе; за то, что улыбнулась первая и позволила когда-то горизонтам наших взоров сравняться в параллельном движении. Мне противно за себя. За выбор, который я совершила. Противно за то, что опозорила род. И за чувства свои, которые грубо вырезали из груди // из памяти руки Беллатрикс - тоже. Но хуже всего то, что я помню - знаю - о существовании этой потребности, которую испытывала к тебе, грязнокровке. Потребности в твоем участии, в твоем взгляде и улыбке. В твоей поддержке. Я знаю о факте того, что между нами пролегла связь столь прочная, что ее уничтожение будет сулить для меня лишь одно - смерть. Потому что время вспять не повернуть. Потому что потеряй я последнее, за что могу схватиться на этой дороге, усеянной горящими пропастями некогда бывшими воспоминаниями - назад мне уже не вернуться. Все это я помню. Обо всем этом знаю. Но к тебе не чувствую н и ч е г о из этого. Мне невыносимо осознавать, что где-то там внутри еще запрятаны крохотные осколки любви к тебе. Невыносимо знать, что я позволила себе принять твое имя, отрекаясь от гордого Блэк. Противно знать, что отдалась подобному тебе. Мне сложно держать себя в руках, когда я вижу тебя впереди - меня пронзает презрением. Мне в принципе сложно держаться. Эти диаметрально противоположные мысли о том, какой я была и кем должна быть - рвут на части, на лоскуты, разбивают бесконечно по кругу. Той самой заветной середины, того баланса - нет, он пропал, спокойствие растворилось в череде взлетов и падений. Оно исчезло словно дым в воздухе. Я смотрю в глаза матери, которая снова стоит на пороге моей старой комнаты в родовом особняке, загораживая мне выход, и понимаю, что должна подчиниться. Должна кивнуть. Должна согласиться // признать // стать той, кем должна была стать по рождению. Должна принять эту тьму // одиночество // тишину, которые уже окутывали меня однажды. Но потом я просыпаюсь и понимаю, что - это все фантом, все сон. Матери уже нет на пороге, а я не в родном особняке. Все сон, кроме боли и тяжести впившейся в душу. Сириус говорит, что та я, которую растоптали в круциатусе и чье сознание разобрали на составные части грубым обливейтом - не хотела бы рухнуть в ту зловонную пропасть, до краев залитую только лишь одним - кровью. Сириус говорит, что меня в маггловском доме в глубине страны ждет дочь - Нимфадора, маленькая принцесса. Говорит, что мне нужно бороться и искать выход, искать в этом океане осколков и сожженных лоскутов правильную комбинацию к своей памяти // к себе настоящей. Он говорит, что видит ту Андромеду в моем взгляде. Он протягивает к ней руку, готовый помочь. А я лишь едко плююсь в ответ холодным словом, чтобы через одно // два // три мгновения снова ощутить внутри бурю и сопротивление тому, что гневом и ненавистью беснуется внутри меня при упоминание грязнокровок, при упоминании твоего, Тед, имени и того, что я когда-то оставила все ради позора. Ради тебя. Так помоги мне? Помоги собрать все назад.


- в заявке обтекаемо рассказано о той вселенской драме, которую мы тут решили устроить, но без тебя в этом паззле, дорогой муж, картинка не станет столь яркой, четкой и болезненно красивой, так что ты крайне необходим здесь и сейчас - я все расскажу, покажу, но! если сомневаешься, что роль твоя, что хочешь ее забрать и остаться надолго - прошу подумать хорошо, да реал зажимает часто, но все же прошу рассчитать силы правильно, игрока на роль хочется постоянного ��
- ну и кроме того, тебя тут ждет целая свора авроров-ровесников - твоих верных друзей, которые в свое время очень тяжело перенесли тот факт, что спутницей на пути жизни ты выбрал не кого-то там, а урожденную Блэк - вот же безумие, самое главное в твоей жизни
- вступать в орден или нет - обсуждаемо, но мой персонаж пошел в этом вопросе по канону, что в целом может тоже изменится
- мы игроки постоянные, достаточно активные  - но не забываем, что реал есть у всех, так что не дергаем, не нервируем, но можем закидать идеями просто в любой момент  https://i.imgur.com/LOtIqfa.png
- пример поста под спойлером, а так пишу от 6-7к до бесконечности, люблю красиво и вообще давай вместе взорвет тут все миллионами ядерно-эмоциональных бомб, забудем про все ограничения (но не про здравы смысл) и напишем свою неповторимую историю
- и Белла заждалась пиздюлей от тебя, приходи и исправь это https://i.imgur.com/6Gb7Pm7.png 

пример вашего поста

[indent] Этот старый особняк полнится визгливыми скрипами, полнится завываниями из глубины, полнится шепотом. Этот старый особняк походит на черную дыру, нашедшую приют на просторах бескрайнего космоса, он затягивает в себя весь свет, жадно поглощает его в себя. Ему нужна энергия, постоянный ее поток, для того, чтобы жить. Этому особняку нужны души, нужны сердца, нужна кровь, чтобы те, кто прячется в этой тьме могли продолжать пировать и танцевать на костях, звеня бессмысленной роскошью и эфемерным превосходством. Здесь демоны жили, облаченные в призраков, которых никто не видел. Здесь демоны смотрели сквозь стены, они скреблись под деревянными панелями и шипели из-под тяжелых от пыли гобеленов. Здесь глаза были у всего; уши - тоже. Но громких звуков - никогда. Всегда тихо, всегда еле слышно, будто бы перед концом. Единственный шум, который здесь имел место быть - шел от Андромеды. От ее голоса, от ее воя и плача, который сменялся могильным молчанием. Ее тело, кажется не переставало ломить, будто бы круциатус Беллатрисы все еще пронзал ее своими алыми, острыми искрами. На деле всему виной нечто иное, но не менее - может быть даже более - невыносимое. Всему виной то, что раскаленными наконечниками стрел вонзилось в плоть и застряло там, застряло так глубоко, что у Андромеды просто не хватало сил вытянуть их наружу. Она задыхалась и горела изнутри. Горела ненавистью и презрением. Горела болью. Горела, постоянно срываясь в черные бездны, на месте которых - она знала - не хватало чего-то важного. Чего-то, что могло прогнать этих церберов из мыслей, вытащить эти стрелы из плоти и высосать эту тьму, захватывающую ее душу все сильнее.
[indent] У нее в голове весь этот месяц мысли одни и те же. Предательница рода. Отступница. Позор семьи. Жалкая мразь, выбравшая грязнокровку. Ты не отмоешься от этой грязи, Андромеда. Она уже пропитала тебя, но еще не поздно начать очищение. Закрой // закрой // закрой глаза. Закрой мысли. Закрой душу. Умри. Умри и вернись на тропу, по которой должна идти. Сбрось с себя то, что тянет тебя назад. Открой // открой // открой грудную клетку, позволь вырывать сердце с корнем. Оно тебе не нужно. Ты не хочешь чувствовать. Но еще больше - не хочешь знать о том, что чувствовала. Не хочешь знать о той любви к человеку, который должен мертвым лежать перед тобой. Чье тело должно быть погребено под фундаментом величия рода Блэк. Ты не хочешь знать, что где-то внутри тебя эти отвратительные, эти гнилые осколки не ощущаемых тобой чувств, все еще впиваются в почерневшую душу // разум // сердце. Ненавижу.
[indent] Андромеда с воплем выбрасывает прочь самое обыкновенное обручальное кольцо - она не помнит, как его надевали ей на палец. Она не помнит о том, как Тед волновался тогда. Возможно впервые в жизни. Она не помнит, но знает, что надел его именно Тонкс. И Андромеду от этих мыслей выворачивает. Она волосы на голове рвет, шепчет себе под нос что-то, потому что уже не может. Устала. Невыносимо устала сидеть в этих стенах. Без света. Без свежего воздуха. Без хоть кого-то рядом. Опора - вот, что ей нужно сейчас. Якорь. Камень на прочной цепи. Что угодно, что удержит ее на поверхности мыслей и не даст случайно упасть за пределы, за горизонт. Друэлла смотрит на нее с презрением и холодностью. Она смотрит на нее с мрачным удовлетворением. Она наблюдает - всегда наблюдает - за тем, как Андромеду воротит от собственной никчемности. Как она злится и разбивает кулаком зеркало в ванной. Друэлла смотрит, растянув губы в довольной улыбке и, кажется, первый раз за месяц оставляет дверь в старую спальню средней дочери открытой. Друэлла уходит, пропуская в помещение старую домовичку. Та осколки из-под кожи вынимает аккуратно, бинтует - тоже. Но ни магии, ни зелий не применяет. Хозяйка запретила, мисс. Запретила, чтобы боль наконец-то сломила, пронзила насквозь и уничтожила то сопротивление, которое бурлит в ответ на ту ненависть, на тот жалкий скулеж, на ту слабость, которой Андромеда прикрылась. Это сопротивление рычит в ней загнанным зверем и все еще держит ее на плаву. Это сопротивление - ее якорь, ее камень на прочной цепи, который не позволит упасть за горизонт раньше времени. Если она не может схватиться за чужую ладонь, то попытается сама держаться хоть как-то, хоть немного.
[indent] Ее из сна резко вырывает шум. Стук // крики // хлопки. Андромеда собственный пульс ощущает навязчивой и раздражающей пульсацией где-то в горле. Она сидела, напряженная, на полу. Как уснула - не помнит. И сейчас видела перед собой только одно - потолок и хрустальную люстру. Ощущала только одно - утомленность и острую, волнами накатывающуюся и уходящую на жалкое мгновение боль в левой кисти. Она сидела и слушала эти отвратительно громкие звуки, желая провалиться под землю. Голова взрывалась искрами головокружения от этих хлопков. Пусть все исчезнет. Заглохнет. Пропадет. Ей так хотелось закрыть глаза и вновь забыться во сне. Но с каждым новым хлопком. С каждым новым стуком. С каждым новым криком в грудной клетке поднималось раздражение // злость. Впрочем, с места подниматься она не спешит. Лишь поднимает голову, упираясь темным взглядом в дверной проем. Оттуда идет тусклое свечение ламп. Оттуда приближается звук. Голос. Голоса. Дракл вас подери, заткнитесь. Она свою волшебную палочку не видела так давно. Силенцио наложить не сможет. Остается только морщиться, жмуриться и зажимать ужи руками. Остается только терпеть этот пульс в горле и глухой - тяжелый - стук сердца под клеткой ребер.
[indent] Она с места вскакивает только в момент, когда экстемума напряжения достигает своего пика. Когда раздражение пересиливаете усталость // боль // презрение к себе. Андромеда вскакивает на ноги и вырывается за пределы комнаты, которую не покидала больше месяца. Вырывается фурией из объятий беспорядка, хаоса, ближе к центру этого отвратительного особняка. Она вырывается, пальцами впиваясь в черные перила лестницы. Она - на самом последнем этаже, смотрит вниз с холодной яростью. Там - на лестнице - Сигнус палочку направляет на собственного племянника, стоявшего выше своего дяди на несколько ступеней.
[indent] - Может быть убьете уже друг друга? - Ногти, кажется, оставляют полумесяцы в покрытой лаком древесине. Андромеду дрожь пробивает и губа верхняя изгибается в презрительном оскале. Как ее все достало. - Сцепились как псы. Так давайте же. Давайте. Сделайте это, чтобы я наконец-то могла, дементор вас подери, побыть в тишине!
[indent] Андромеда дышит надрывно. Тяжело. Рвано. Смотрит - с ненавистью. Пронзает Сириуса взглядом недобрым // нерадостным. Его быть здесь не должно. В этих стенах ему не место. Она смотрит на него, чтобы увидеть себя и снова вспомнить порочный круг, по которому пускает себя. Все мысли эти. Эту борьбу, в которой не знает, что выбрать: сдаться или бороться. Она смотрит на Сириуса, в глубине души ощущая встрепенувшееся облегчение. У нее в голове хаотичный поток. Сириус поможет. Сириус из тьмы этой вытянет. Сириус все это разобьет // прогонит // сожжет. Сириус протянет руку и все придет в норму. Она помогала ему и он ее тоже не оставит. Не оставит же?
[indent] - Сириус, - у Андромеды на лице будто трескается эта маска. Злость сменяется чем-то иным, спрятанным в тенях, играющих на коже и желающие отпечаток утомленности, потерянности еще более заметным. Это, наверное, страх. А может быть что-то еще. Андромеда не знает. Просто на ватных ногах приближается к брату, чтобы обеими руками - дрожащими пальцами - с силой вцепиться в чужой локоть. Андромеда старается ему в лицо прямо смотреть. Зубы сжимает сильно - до скрежета, до онемения, до дрожи. Она старается гордость свою вперед выставить, осанку держит, но все же холодная дрожь тело сотрясает так мелко - едва заметно. Ей жаль // она в ярости. Ей хочется уйти // она хочет прогнать брата прочь. Ей хочется к свету, на воздух, на свободу // она хочет остаться во тьме // глотать пыль // смотреть в потолок.
[indent] - Сириус. Пожалуйста. - Почти неслышно. Он поймет. Поймет, что нужно сделать.

Отредактировано Andromeda Tonks (2021-03-10 14:11:16)

+4

21

https://i.imgur.com/Ga3T92n.gif https://i.imgur.com/ACFU4JK.gif https://i.imgur.com/cdfd6fA.gif

mr and mrs zhou
[1947/1950, фак-т, работа и лояльность на выбор; —// henry golding and choi sooyoung]

[indent]  [indent] [indent]  [indent] cтріляй!
[indent]  [indent] cкажи чому боїшься ти / / зробити цей останній крок?

она - единственная дочь древнего корейского рода волшебников / он - бастард и отпрыск, ребёнок, который не должен был появиться на свет, если бы не благородство жены отца и смерть родной матери / они - не сказка о любви и не история о примирении / они - это боль, становящаяся потребностью;


[indent]  [indent] ее выдают замуж по договору: хотят наладить связи, а на деле пытаются загладить конфликт и дать возможность дочери скрыться на другой стороне материка. он не против, ему отец говорит, что нужно, оттого противиться нет смысла. ему никогда не достанется богатство рода чжоу, а ей никогда не захочется больше того, что он может ей предложить.
они вместе оказываются в лондоне. она отдельно от него ночует, а его губы касаются чужих плеч. они живут вместе, но остаются порознь, и этого достаточно до поры до времени.
[indent]  [indent] достаточно до момента пока он не показывает ей, каково это, когда о тебе заботятся. она влюбляется в человека, у которого нет принципов и нет будущего. попавшая в ловушку кореянка вынуждена смиряться с жизнью, которую диктует не муж и не родители, а общество, до сегодняшнего дня им обоим чуждое.


- в общем, да, размыто, да, а для чего ты нас ищешь, да, а зачем. ответ простой на самом деле: а) тут две прекрасные внешности, сами лица, в) хочу красавицу и чудовище увидеть в вас, но не ту сказку, о которой мы все знаем, а ту, которую вы напишите сами
- патриция может быть подругой или одной, или второго - вас обоих заберу, отыграю и одену
- давайте вернем моду на азиатов в гп мире, потому что а) надо, б) почему нет, в) нет, ну вы посмотрите, какие они красивые, а сколько эстетики?
- верю, что найдутся ребята, которые захотят воплотить идеи в мире магии и волшебства, поэтому забирайте семью сразу и меняется биографию, возраст и все-все-все! ♥

пример вашего поста



THE WORLD IS UP IN ARMS
/ / all the pieces falling apart
gotta get out while you can

[indent]  [indent] патриция на него смотрит, взгляда не отводя; она его черты лица запоминает, чтобы потом каждый раз, когда в темноте в одиночестве домой возвращаться, представлять, что следующий шаг ее последним будет. она — фаталист, она — пессимист, ей, кажется, что она долго не проживет и скоро окажется среди тех, кто червей кормит и навсегда в прошлом остается. если бы сэлвин могла, она бы в моменте потерялась / время бы зациклила и с последствиями не сталкивалась, а лишь одни те же ошибки совершала, чтобы себя наконец до конца изучить. он бы ей что-то говорил, кажущееся сперва сонной бессмыслицей, рассказывал бы о тенях в темноте, спрашивал бы, как бы поступила, если бы оказалась в руке с кинжалом напротив человека, чье будущее закончиться здесь и сейчас должно. эйвор столько всего говорил, и патриция его слушала, кивая, когда он паузы делал, словно этого и ожидал / я тебя слушаю, я тебя слышу — повторяла без конца. но только сейчас, спустя столько лет, поняла, что за тени ему чудились, что такое, когда в ладони кинжал, а перед тобой человек, который жить н е        д о л ж е н.
она первый удар кассиусу наносит и ранит его не смертельно; помнит, что эйвор говорил — лучше перестраховаться. ее пальцы вокруг рукоятки кинжала крепко сцеплены, патриция губы поджимает, с усердием дело свое завершая и пальцы друг о друга растирая, когда трэверс последние хриплые вдохи сделать пытается. она помнит, как сидит на корточках перед его клеткой, как прутьев ладонями касается, а потом с удивлением осознает, что отпечатки свои оставляет.

[indent]  [indent] патриция второй удар наносит незнакомому ей человеку, совершенно случайно вспоминая, что в сумке тот самый кинжал продолжает носить. палочку натаниэль отбирает, запрещая ей приближаться к темноте, что зовет ее // п а т р и ц и я // что шепчет ей о том, как лучше поступить. сэлвин мужчину не знает, она его случайным образом в толпе визжащей выбирает, когда за руку хватает. ей в хаосе проще всего [float=right]https://i.imgur.com/espb896.gif[/float]ориентироваться — пэт сама из криков надрывных состоит, поэтому улыбку на губах растягивает, когда парень ей на плечо оседает. у нее платье светлое, оно в каплях чужой крови пачкается, липким становится, но сэлвин лезвие внутри незнакомца прокручивает, а потом на его лицо взглянуть пытается. если бы он ее видел,  — если бы только он ее видел, — то слова свои бы назад забрал. только светлые глаза, уже практически закатившиеся, в карие не окрашиваются, и знакомой ухмылки на губах патриция не замечает.
если бы эйвор здесь был, он бы никогда больше в ее сторону не позволил тирады о страхах и слабости. — там, дальше, одна сплошная пустота, — шепчет парню на ухо, когда он кровью ее плечо заливает. она его волосы гладит, кинжалом вверх ведя и усилия немалые прилагая, когда тот за ребро цепляется. — но есть те, кто рожден жить, — сэлвин оглядывается по сторонам, — а есть те, кто рожден, чтобы умереть, — когда парень на лавку заваливается, она на свои ладони смотрит, перепачканные в его крови.
                                         если бы он ее видел, если бы только он ее видел.

[indent]  [indent] патриция из-под одеяла сбегает, как только натаниэль сопеть начинает. она дверь за собой закрывает и по лестнице, скрипучей, спускается. нейт уверен, что она все еще зелья принимает, а пэт к выходу спешит, потому что дышать не может в этом пыльном особняке, потому что в семьдесят шестом по этой же причине на работе задерживается. трансгрессируя со ступенек, сэлвин как можно дальше пытается сбежать, представляя сначала обрыв у океана, который к ней порой в воспоминаниях соленым привкусом на губах возвращается, но в последнюю минуту передумать успевает. она у того самого паба оказывается, напротив двери останавливаясь. эйвор говорит, что рано или поздно она поймет, а она продолжает спорить, потому что убийство — это убийство, это темная магия, которая разрушает, а не свободу дает. но ее пальцы дрожат, когда патриция ими за ручку берется и наконец внутрь заходит.

[indent]  [indent] она здесь в последний раз была больше полутора года назад: уже не фэй, а пэт, уже не девушка с гипотетическими историями, а самая настоящая шпионка аврората. они сидели за тем столом, что сейчас чужой компанией занят: девушка смущается громких криков своего друга и пытается его успокоить, пока патриция у барной стойки останавливается и замечает выпуск ежедневного пророка // «кровавая свадьба» на главной странице пляшет, а снизу колдография того самого заведения, в котором сэлвин себя потеряла, кажется, окончательно.

фэй? — она на месте замирает, не ожидая, что кто-либо ее помнит, — фэй, привет, — бармен напротив останавливается, на барную стойку наваливаясь. патриция же его имени не помнит. она — фаталистка и пессимистка, а палочку дома оставляет, потому что натаниэль сразу заметит, если та с места пропадет.
— вы обознались, — эйвор узнает, что ее зовут патриция спустя пару месяцев — она сама признается, потому что в нем находит собеседника и поддержку, о которой просить не нужно. заказывать сэлвин ничего не хочет и оставаться здесь тоже не желает, тут же за дверью скрываясь. зачем сюда пришла и почему подумала, что именно здесь его найти сможет трудно объяснить. патриция на свежем воздухе вдох глубокий наконец сделать удается, ветер волосы путает, и она то и дело их пытается за спину забросить, чтобы не мешали.

[indent]  [indent] еще несколько раз она по тем местам проходится, где они с ним виделись, чтобы к последнему сдаться и перестать пытаться отыскать в темноте того, кто ее отождествлением является. пэт в уэльсе оказывается, хотя, наверное, не стоило бы так открыто расхаживать по людным местам — ее все еще могут арестовать за убийство. сэлвин об этом вспоминает, когда в кофе просит виски подлить. что он приходит и напротив садится патриция даже не видит — она взгляда от кружки не отрывает, а только слышит, как стул отодвигается и как он вздыхает, напротив устраиваясь.
[float=left]https://i.imgur.com/xnni480.gif
.am i gonna bend
am i gonna break
?
[/float]— не думала, что придешь, — эйвор как-то говорил, что он, как тот самый дьявол, которого по имени четыре раза позвать нужно, чтобы он поверил, что его действительно ищут. пэт глоток кофе делает, взгляд на него все-таки поднимая и запрещая себе хоть на мгновение забыться в воспоминаниях. она что-то сказать должна, но вместо этого ложкой по стенкам чашки стучит, помешивая пойло, которое пить невозможно. эйвор же никак не изменился с последней их встречи. — у тебя уставший вид, — замечает, ложку в покое оставляя и ладони под стол пряча. ходить его и искать по всем местам, где когда-то они встречались, наверное, не самое лучше занятие во втором часу ночи. да и выглядит это, мягко говоря, жалко. — ты был прав, — но пэт ему признаться должна, хотя бы, чтобы свои сомнения отпустить, — не в том, что из меня ничего не выйдет, — голову склоняет на бок, взгляд отводя, потому что на его ладони смотреть и вспоминать, как она по ее шее проходятся не время и не место, — а в том, что я еще раз убью. и когда убью, то буду искать тебя, — сэлвин на него смотрит наконец, потому что признаться в том, что его болезненные слова и правда смысл в себе несли, неприятно.

Отредактировано Patricia Selwyn (2021-03-04 16:58:55)

+5

22

https://i.imgur.com/6xisIA9.gif https://i.imgur.com/ZOUug04.gif

Mackenna & Allan Belby
[1959, всё на выбор игрока; —// внешность: maia mitchell]
[1960, всё на выбор игрока; —// внешность: logan shroyer]

вам повезло оказаться братом и сестрой - пока родители только и делали спустя пару лет брака, что ругались и выясняли отношения, вы всегда держались вместе. маккена старше на год с хвостиком, но всегда была настоящей старшей сестрой: уводила аллана подальше от ссорящихся родителей, читала ему сказки на ночь, помогала осваивать магию, оберегала в хогвартсе и не давала ему думать, что он не нужен своим родителям.
донна буквально свою жизнь положила ради детей - воспитывала, приводила в общество, делала всю ту работу, что должна была;
аластор был отцом скорее приходящим, даже пока они жили вместе, - он пытался иногда быть примером, но у него не получалось;
семьи у них не вышло, но кого в этом винят дети?

быть ребёнком такого человека, как аластор муди, сложно по умолчанию, а когда он запрещает об этом распространяться и всячески оберегает, давая детям девичью фамилию матери, приезжая исключительно в шотландию для встреч, нет-нет да наблюдая за тем, чем они занимаются, просто невозможно. любят ли дети его? вопрос слишком открытый.

он не запретит им ввязаться в войну - если маккена или аллан захотели пойти в аврорат, он отговаривать не станет. если кто-то из них захочет рваться в политику, делать этот мир лучше, пытаться всё исправить, он только поддержит - аластор надеется, что хотя бы немного смог вложить своим детям главное - отличать зло от добра нужно уметь и к первому никогда не примыкать.
он всегда готов прийти им на помощь, но не всегда способен это сделать - у него слишком много забот, о которых вслух распространяться не  может, но дети, наверно, понимают; тяжело вздыхают и улыбаются грустно, когда он пропускает очередной праздник/путает дни рождения/забывает про выпускной, но обнимут его и улыбнутся почти искренне, когда он всё же приедет навестить с новыми шрамами и увеличивающимися мешками под глазами.

муди хотел бы стать для своих детей классным, правильным и самым лучшим отцом, но упустил свой шанс ещё с десяток лет назад, когда главной целью в жизни выбрал карьеру.


не могу и не буду ограничивать вас какими-либо сухими фактами о детях - их характеры, био и цели полностью остаются на вас, главное - это наши отношения. если вы хотите быть ребёнком одного из самых знаменитых авроров, но абсолютно ужасного отца, велком, вы прямо по адресу. у нас будет всё - и любовь, и ссоры, и непонимание, и попытки сблизиться, я готов принять любую вашу историю и раскрутить её в разные стороны.
я вижу маккену привязанной к отцу сильнее аллана, возможно, у неё конкретные дэдди-ишьюс, с которыми муди придется разбираться кулаками; аллан видится ёршистым и непокладистым, отца на дух не переваривающим, но какие мотивы заставляют сына себя так вести?

очень бы не хотелось смены внешностей - мы вас и оденем, и обуем, вы только посмотрите, как прекрасно майа и логан похожи на эклза и лейтон мистер (да, ваша мать - лейтон, джаст релакс)
маму отыгрывают на форуме в качестве нпс, своей био обязательно поделюсь и в курс дела введу, вы только приходите  https://i.imgur.com/TI8aUXI.png

пример вашего поста

Аластор сглатывает слишком много крови; его почти выворачивает наизнанку, железный привкус на языке заставляет поморщиться, но он продолжает держать палочку наготове побелевшими от усердия пальцами, и всматривается в тёмный коридор полуразрушенного уже дома, пытаясь уловить гудящей головой и, по всей видимости, на половину отказавшим слухом хоть какое-то движение впереди. Он сплёвывает кровь, вновь скопившуюся в горле, и осторожно пробирается вперёд, когда поисковое заклинание возвращается без вестей, но палочку не опускает - бдительность он сегодня больше не потеряет.
Чем ближе выход, тем сильнее ноет тело - пронзительной болью отдают сломанные рёбра, норовящие пробить какой-нибудь ближайший орган, левая рука непослушной верёвкой свисает по телу, потому что в плечо попали заклятьем, глаза и рот застилает кровь, но Аластор не собирается падать прямо в логове врага, ожидая, когда к убитым и поверженным им пожирателям присоединится подмога. Он хочет выбраться как можно скорее, прекрасно осознавая свои шансы на борьбу даже с хиленьким дилетантом - никакие. Он по стене буквально идёт, выходит из дома и спешит, хромая - боль в колене отвратительная - к границе антиаппарационных чар, наложенных им же, чтобы добить себя этим окончательно, но вызывать патронуса на подмогу уже некогда; может не дождаться.
Муди аппарирует прямо к порогу больницы святого Мунго и всё, что успевает, это злобным взглядом окатить ошалевшую от такого визитёра привет-ведьму - добрый вечер, у вас гости.

Он знает, что его пичкают как можно большим количеством зелий, чтобы не проснулся, не встал с кровати раньше положенного, чтобы отлежался и не дал швам разойтись, а костям проткнуть всё-таки почки или лёгкие, но Муди всё равно просыпается. С гудящей головой, накатывающей болью по всему телу, судорожно вздыхает и не может полной грудью этого сделать, потому что повязки на груди слишком плотные; он выругивается негромко и приподнимается, чтобы палату осмотреть. В темноте почти не ориентируется сначала, одно понимает - он здесь в одиночестве; какая честь, неужели нужно было дослужиться до командора, чтобы начать попадать в одиночные палаты, а не за компанию с другими не самыми везучими аврорами?
Аластор пытается встать, но получается не с первого раза; он всё же отталкивается свободной рукой от койки и привстаёт, мгновенно головокружение и тошноту ощутив - когда это он головой приложиться успел? Сидя на постели, пытается прийти в себя, головой встряхивает, дурные позывы желудка игнорируя, но едва ли успевает хотя бы одну ногу опустить на пол, как в палату врывается по меньшей мере целый взвод колдомедиков, они спешат уложить его тут же, но встречаются с громкой тирадой из изощрённых матов и громогласным "не трогайте меня".
Его боятся - он прекрасно это знает и пользуется бессовестно, чтобы своё получить; в святом Мунго его лечить не все хотят, потому что бедолагам после такого отпуск нужен, а желательно обливэйт. Муди - пациент откровенно паршивый, он не даёт себя долечить, не принимает назначенные лекарства в срок и требует слишком много обезболивающего, но сегодня он рвёт даже свои рекорды - никогда ещё не стремился покинуть госпиталь после нескольких часов попадания с такими ранениями.
Он головой прекрасно понимает, что едва ли живым выбрался из засады, в которую попал, но признавать этого не хочет, - у него свой план действий, своё чётко отработанное расписание, в которое отлежаться в Мунго никак не вписывается. У Муди, наверно, поехала крыша - так многие за спиной у него говорят, но сейчас это видно слишком ярко, он себя беречь совершенно перестал. Иначе суицидальные порывы в одиночку с врагом сражаться объяснить сложно; его за это никто по головке не погладит, он знает, но в Ордене запросто можно сказать, что невинную находку проверял и вообще к чёрту идите, выбрался же, ну а Руфусу... Руфус лишних вопросов задавать давно перестал, а учитывая последние события - всё молча и так поймёт.
Убийства двух министров и нападение вскоре на действующего почву из-под ног выбивают у всей магической Британии, но Аластор это всё ещё и лично воспринимает. Он с каждым из убитых общался близко, он их знал хорошо и прямо перед убийством выпивал, обсуждая грядущие изменения и поздравляя Милли с победой; он всегда был близок с той, которой выжить удалось, хоть и общаться они прекратили так давно, что и посчитать не выйдет. У Аластора ориентиры сбиваются, он всё слишком близко к сердцу воспринимает - это личное уже, далеко не ради мира во всём мире. Он хочет найти убийцу, хочет преподать урок тем, кто Юджинию пытался убить, хочет как следует отработать то, что должен, но в итоге сам на пороге смерти чуть не оказывается.
Останавливает ли его этого?
Вовсе нет.

Колдомедикам едва ли удаётся убедить Муди в том, что ему придётся переждать до утра - раны кровоточат, в глазах двоится, зелья ещё не подействовали. Тяжёлой артиллерией в палату входит Скримджер, вздыхает тяжело и в кресло рядом с койкой приземляется, смотрит прямо и молчаливый вопрос "что в этот раз?" Муди стойко игнорирует, предпочитая возмущаться на то, что не подписывался отсиживаться в больнице - с ним всё нормально, он не ребёнок, уберите руки, в конце концов, повязки ещё не настолько грязные. Руфус пытается быть убедительным, говорит умно, а потом не очень, даже угрозы в ход пускает, но Муди отмахивается от друга, как от назойливой мухи: его слова что горох об стену, в голове Аластора приживаться не собираются. Он пробудет здесь до утра и ни минутой больше - у него много дел, он в отпуске не нуждается.
Руфус выходит из палаты не рассерженным, не удивленным, просто никаким - он знает, что если Аластор себе в голову что-то вбил, его в этом не переубедить. Он берёт с него обещание остаться до утра и принять все рекомендации колдомедиков, на что Муди неохотно соглашается и укладывается поудобнее, требуя у девочки, снующей рядом с ним, принести что-нибудь поесть.
[float=right]https://i.imgur.com/hdR59iX.gif[/float]Ему всё надоедает примерно через час - он за это время в своей голове успевает множество вариантов почти проваленной операции перебрать, а ещё ему нужно Ордену сообщить о том, где оказалась новая ставка и где Муди хорошенько подчистил ряды пожирателей, потому, оказавшись один, отправляет патронус Боунсу, детали сокращая и требуя отправить туда самую организованную группу на ещё одну разведку и поиск существенных улик, сам же обещает уже завтра в штабе появиться и подробнее всё рассказать. Он доедает свой йогурт и пытается уснуть, но лишь может нервно ворочаться, а заслышав в коридоре слишком много голосов - как кстати прямо рядом с его палатой - встаёт всё же с койки, в этот раз легче и без воротящего головокружения, и выходит из палаты, сталкиваясь сразу с целой, мать её, армией.
Вы не должны вставать, - к нему уже мчится колдомедик, но Муди закатывает глаза, опираясь здоровой рукой о косяк двери и переводит взгляд на обернувшуюся женщину, которую он и так со спины узнать успел, только в коридоре оказавшись. Муди скрежещет зубами недовольно тут же, злобой наполняется через край - Руфус решил, что тяжёлая артиллерия в данном случае поможет, да только Аластор как раз из тех, кто может послать нахер и министра без лишнего зазрения совести. В конце концов, они это уже и так сделали.
- А Вы с каких пор отдаёте распоряжения о лечении авроров, госпожа министр? - хмыкает Муди, делая шаг вперёд. Ему абсолютно всё равно, что Юджиния себе в голове надумала - он слушать её не намерен, ровно как и она его. С места командор не двигается, в палату возвращаться не собираясь, когда за него решают, как, где и сколько ему оставаться, он в стороне оставаться не собирается. На её вопрос глаза закатывает и поджимает губы. - Сержант Финнеас, если посмеете не дать мне уйти, о карьере в Аврорате можете забыть, - превышение полномочий прямо перед министром и доброй половиной Мунго - это как раз в духе Муди, да только он знает, что ему за это ничего не будет. - Я не собираюсь здесь больше задерживаться, мисс Дженкинс, - ему теперь на любые обещания совершенно плевать, потому что Руфус свои тоже нарушил.

Муди делает ещё шаг вперёд и к нему тут же рвётся по меньшей мере половина присутствующих - Финнеаса он таким взглядом обдаёт, что тот поспешно шаг назад делает, а на колдомедиков же шипит недовольно проклятиями, но когда он пошатывается, не имея возможности на месте удержаться от резко подкатившей слабости, его тут же под руки хватают. Аластор злится пуще прежнего, он с громогласным "я в порядке" их руки сбрасывает и опирается о дверь, с духом собираясь, но перед глазами фейерверки пробегают, а с повязки на теле уже кровь капает на пол - он перестарался в геройстве своём.
[float=left]https://i.imgur.com/WuSMaf1.gif[/float]Собирается с духом, чтобы не потерять сознание действительно - такой радости он министру не доставит, и поднимает на неё взгляд совершенно не добрый; разве этот человек сегодня чуть ли жизнь богу не отдал из-за того, что она чуть ли не погибла?
- Стерва, - выдаёт он недовольно, всё же помощь колдомедиков принимая, и разворачивается, проходя обратно в палату. Ему помогают улечься на койку, меняют повязку и пичкают новым зельем - он в ответ требует обезболивающее, но те качают головой в ответ, мол, принял и так много. Аластор глаза закатывает и на подушку откидывается, пока с ним все процедуры необходимые выполняют, а потом глаза с потолка уводит и вновь видит перед собой Юджинию - он что, сегодня за бесплатное представление?
- Что ты тут делаешь, Дженкинс? - он морщится недовольно и взмахом руки колдомедика прогоняет. - Решила меня тут запереть? - рычит сквозь зубы, женщину огнём совершенно несправедливого гнева обдавая, - я уйду отсюда утром и это не обсуждается. Можешь возвращаться к своим делам, уверен, у тебя их сейчас немало.

+6

23

https://i.imgur.com/wfw5Bmi.gif https://i.imgur.com/UFN534F.gif

angel & vivian meadowes
[1930, Рогатый змей'1948, владелец книжного магазина, мм; —// внешность: pedro pascal]
[1930, Рогатый змей'1948, колдомедик в обв, мм; —// внешность: katherine heigl]

[indent]вы оба так и не рассказали доре, каким образом кубинец анхель сумел убедить американку вивиан уехать на кубу и зажить счастливо в магической деревне, бросая американскую мечту и перспективы, но ей этого знать и не нужно. вы создали свою личную мечту, построив семью на отдалённом острове и жили вполне себе счастливо, пока однажды нападение стаи оборотней на ваше поселение не перечеркнуло всю атмосферу этого места. на глазах доркас раздирают соседского мальчишку, а её лицо на всю жизнь украшает шрам от когтя оборотня: вы спешно собираете вещи и покидаете кубу, ища новую жизнь в англии, и у вас получается.
новый дом на ла-манше, книжный магазин в косом переулке у анхеля, должность колдомедика чуть позже у вивиан - семья приходит в себя после пережитого, дора начинает говорить и оправляется после нападения. вам кажется, что всё хорошо, всё так, как надо, - мечты снова сбываются, можно выдохнуть спокойно.
[indent] но вот дочь вырастает, а на пороге стоит война - и дора сломя голову несётся в самое пекло, потому что шрам на щеке каждый день напоминает о том, что она должна быть полезной, должна уберечь как можно больше людей от зла.
анхель и вивиан не против - они оба понимают, что переубеждать доркас не имеет никакого смысла, а потому молча поддерживают, продолжая жить своей уже не новой, а ставшей устоявшейся жизнью.
[indent] пять лет назад у вас появляется вторая дочь - вы называете её лорелеей и ни секунды не сомневаетесь в том, что и в сорок пять можно быть снова родителями.
[indent] доркас уже выросла и за ней не нужен глаз да глаз - или всё же..?


приходите моими родителями, пожалуйста https://i.imgur.com/gstfoll.jpg
обещаю придумать много драмы не на пустом месте (просто посмотрите моё лз // смекаете?), не забывать заходить в гости по выходным и да-да, мама, я выйду замуж, просто не сейчас.

пример вашего поста

d  o  n'  t    t  u  r  n    a  w  a  y
d  o  n'  t    t  r  y    t  o    h  i  d  e

don't close your eyes
i can stop the pain if i will it all away

Доркас никогда слабой не была и страха другим не показывала: ни в далёком детстве, когда чудом жертвой оборотня не стала, ни в Хогвартсе, когда насмешкам однокурсников подвергалась из-за шрама на щеке, ни в академии, когда от бессилия на маты оседала после изнурительной тренировки, ни на заданиях, где лицом к лицу с Пожирателями сталкивалась и от авады уворачивалась. Доркас росла сильной и умеющей смелость проявлять даже в те секунды, когда хотелось разрыдаться у кого-нибудь на плече, но с одним своим страхом - самым главным - справиться не могла. Она в бессилии кулаки сжимала, себя ненавидя за иррациональное желание остолбенеть и глаза от ужаса расширить; она пыталась научить себя не бояться и с боггартом наедине оставалась, в ярко-желтые глаза хищника из далёкого детства смотрела, но каждый раз ощущала жар по всему телу, сжигающий внутренности и её саму изнутри. Она слабости показывать ненавидит и старательно их прячет, но как только разговор об оборотнях заходит, себя порой контролирует с огромным трудом; Дора мечтает перестать назад оглядываться и наконец плечи выпрямить, со своим страхом встречаясь наедине, но каждый раз ей чего-то не хватает.
Каждый раз, когда она берёт себя в руки, что-то мешает, обязательно новую картинку подкидывая; она по шраму пальцами проводит, подушечками выпуклость на коже ощущает, и надеется, что когда-нибудь она на горло оборотню наступит и сможет свой страх преодолеть.
Потому что Доркас бояться не хочет, как не хочет напиваться до беспамятства и пополнять запасы зелья; как не хочет от Филлипа каждый раз отскакивать и вспоминать не те тысячи приятных, хороших воспоминаний, а одно-единственное, всё собой затмевающее. Она хотела бы не видеть в нём того монстра из детства, разодравшего на её глазах мальчика, а после полоснувшего когтем её лицо; она себя умоляла в нём не видеть монстра, потому что верила, что Минчум не такой, но всё равно продолжала шарахаться и шипеть агрессивно в ответ на любую попытку с ней ближе быть.
Доркас себя за это ненавидит; и его, наверно, тоже - но это слово слишком сильное, оно всю суть её витиеватых и наполненных бесконечными размышлениями чувств не передадут.
Но Филлип хочет, чтобы она его ненавидела; Доркас, пожалуй, понять бы его могла, но не хочет.

Поэтому в очередной раз с провалом в памяти просыпается и агрессивно на Минчума реагирует, возле себя замечая. Доркас слабой быть перед ним ненавидит - она не хочет, чтобы он в очередной раз с ней возился и на свет вытягивал, она хочет, чтобы он перестал наконец её мучить и приходить в её жизнь каждый раз, как она только учится без него быть.
А Мэдоуз училась долго: пожалуй, до сих пор у неё не получается стать той самой независимой и сильной, потому что склянки на полу вряд ли об успехах говорят. Она ему никогда не расскажет, как тяжело ей было, как она ночами ворочалась и уснуть одна не могла, как с удивлением замечала, что мелкие, бытовые вещи она выполнять не умеет, как в ванной могла разрыдаться от взгляда на стакан с одной зубной щёткой. Она ему никогда не расскажет, как хотела несколько раз забыть о том, что видела, и к нему в дверь постучать, попросить обнять и не заводить разговор больше о том полнолунии никогда. Ему этого знать необязательно: снова слабость, снова неумение быть одной, снова ощущение одиночества и злоба внутри на то, что он своей тайной им обоим жизнь сломал.
Дора не прозорливая, когда дело эмоций касается, но ей не кажется, что Филлип счастлив настолько, как он это показывает; когда она начала к нему присматриваться после долгого отрицания его существования для себя в принципе, поняла, что храбрится он больше положенного, а рядом с ней оказывается чаще, чем нужно. Она не верит, что он ещё к ней испытывает что-то, - не после тех слов, что она ему наговорила, не после стольких лет порознь, - но она верит, что он себя обязанным считает, потому рядом оказывается, когда ноги не держат, а зелье слишком сильно в голову ударяет. Только Дора от этого устала: от вечной беготни и игр в кошки-мышки; она попыталась найти в себе силы не держать его на расстоянии, рядом оказаться - он же хотел этого, нет разве? - и хотя бы друзьями попытаться стать, но Минчум всё перечёркивает, её от себя отталкивая с силой.
Он будит в ней все страхи, которые она так усиленно убить пытается, а теперь вновь рядом с ней оказывается, требуя не просто пары минут, а в её доме обосновываясь и не собираясь даже слушать её гневное сопротивление.

Доркас ломается вновь; она себя ненавидит - за каждый градус повышающейся ненависти к себе новым глотком зелья себя награждает - и вновь оказывается там, где и всегда. Только Фил в этот раз тихо не уходит, а продолжает взглядом её сверлить, и Доркас понимать перестаёт совершенно происходящее.
У неё картинка в голове не складывается, а слова уже кончаются - она как попугай одно и то же ему повторяет, а он как идиот каждый раз её не слушает. Так и стоят, так и не могут друг до друга достучаться; первой всегда Доркас психует и разворачивается, убегает как можно дальше - так проще, когда его рядом нет, себя в чувство привести и перестать думать о том, чего нет. Сейчас Доркас злее обычного, сейчас она ему продохнуть не даёт, потому что он её выкинул из своей жизни нагло, потому что он её сломал в очередной раз, а сейчас она об этом забыть должна и подчиниться. Должна забыть о том, как он её чувства в грязь втоптал, потому что она в январе себе позволила думать, что к нему где-то в душе теплота осталась; должна забыть о том, как он её унизил, к стене прижимая, а потом ушёл и больше не появлялся. Доркас себя устала находить в истерике или депрессии, устала на него затравленно смотреть и пытаться очередную загадку разгадать.
Она просто устала - жутко, мать вашу, невыносимо, - и сейчас хочет одного; но Фил, по всей видимости, совершенно другого.
Взглядом неотрывно за Минчумом следит, когда он к ней приближается и лямку оттягивает; сразу думать начинает, что хреновой идеей было  свитер снимать и предлагать ему то, что она переживёт с трудом. Но она забывает о том, что он не плохой человек, - хоть и пытается обратное доказать, - потому не дёргается даже почти, когда он на неё свитер обратно надевает, только упрямо его одёргивает ещё раз, и продолжает затравленно на него смотреть, на свои остальные вопросы ответов ожидая.
Но слышит полную чушь - она глаза закатывает, потому что сдвинуться с места не может, он её приколачивает и собой закрывает, а Дора только сглатывает нервно, потому что такая близость ей напоминает о том, как он к ней ночью тогда ворвался; но Дора повторения не хочет и к губам его не потянется - разве что оплеуху дать захочет и случайно по лицу попадёт. Она хочет личные границы выстроить и расстояние держать, потому что ей так проще себя контролировать, да и его тоже - она может среагировать на любой выпад, что он выдумает, потому что у Минчума тормозов совсем не осталось, судя по его действиям и словам. Его хриплый голос Мэдоуз бесит - как и он сам, начиная со своего красивого лица и заканчивая идеальной фигурой; сложно видеть монстра в человеке, которого идеальным буквально считала несколько лет. Её бесит, что он вновь ведёт себя так, будто она его игрушка или собственность, а значит, ему позволено всё, что угодно; Мэдоуз закипает и идти на попятную не собирается, выдыхает с облегчением, когда он отодвигается.

[float=right]https://i.imgur.com/RiqeDRU.gif[/float]- Ты рехнулся? - она громко выкрикивает вновь - чёрт возьми, она голос повышать не любит и себя спокойной считает, но сейчас от расслабления ни следа не осталось; как и следов зелья в её организме // очень жаль, чёрт возьми. - Что за чушь ты городишь, Филлип, какое дело? Какой месяц под одной крышей? Ты знаешь, что преследование другого человека - уголовно наказуемо? - она заводится ни на шутку и ни какие просьбы послушать не реагирует, потому что слушать она устала.
Ей, как никому другому, известно, как красиво он говорить умеет; она на его ложь велась долгие пять лет и каждый раз ему удавалось её уболтать, но сейчас она ни единому его слову не поверит. Не тем, где он правду укрывает и пытается заставить её принять как данность тот факт, что ей по утрам придётся с ним на кухне сталкиваться.
- Не собираюсь я слушать твой бред, пока ты мне не объяснишь, какого чёрта решил притащиться и жить у меня! - она видит, как он закипает, как про себя считает, чтобы не броситься агрессивным зверем в нападение, но ей плевать; он сам виноват в том, что делает, и в том, как она на это реагирует.
У Доркас в голове не укладывается, что его к ней на порог привело и заставило на диване обосноваться; и она смиряться с этим не собирается, потому что учится быть без него - а с ним рядом этого никак не получится. Доре это всё надоело - она хочет уйти, а не выслушивать его крик, но он дверь запирает и выйти ей не даёт, на что она возмущённо назад дёргается, и хочет уже рот открыть, чтобы его вновь агрессией обдать.
[float=left]https://i.imgur.com/27UeuoK.gif[/float]Только Мэдоуз совершенно не ожидает, что Минчум голос повысить тоже может; она на месте замирает, когда он с итальянского на английский возвращается и срывается на неё, кажется, впервые. Доркас замолкает мгновенно, от страха съёжившись, но всё ещё со злостью в глазах на него смотрит; да какого чёрта происходит?
- Думаешь, этого мало? - откликается тихо, усмехнувшись невесело; одной этой лжи про ликантропию хватило для того, чтобы её пополам разрубить и так и не дать рубцам зажить. Да, он прав, что никогда её не трогал и от боли оберегал; но про один маленький факт забыл, вынудил её увидеть то, чего она видеть никогда не должна была, и теперь считает, что имеет право стоять в её комнате и орать на неё. - Или думаешь, мне тебя ненавидеть нравится? Напиваться и не помнить целый вечер, просыпаться с гудящей головой? - вкрадчиво спрашивает, резонируя ярко с его повышенным голосом, даже шаг вперёд делает, внимательно в его лицо смотря.

Фил для неё с новой стороны открывается - неизведанной ранее - Доркас вновь на его крик шугается, дёргается и чуть ли не хватается за палочку; с обидой смотрит на него, когда он её идиоткой зовёт, и глаза щурит, потому что она его не обвиняет в том, что он ей говорит. Она вряд ли подумать могла, что Фил к ней прикоснётся или убьёт, потому что как бы он не думал, чудовищем она его не считает; она боится другого совсем и ему это известно.
Но сейчас Доркас замечает изменения в его лице, видит, как он успокоиться пытается, а после - угрожает, и Дора теряется окончательно, совершенно перестав происходящее понимать. Он себя ведёт по-новому, не так, как Мэдоуз привыкла, и её к месту пригвождает от того, как он слова выбирает и как давит на то, что обсуждению его переезд не обсуждается.
Доркас резко глаза расширяет и голову вскидывает, смотря на него с осознанием; она к нему шаг делает, расстояние между ними разрывая нацелено, и рядом с ним замирает, в тёмные глаза смотря требовательно.
- Что происходит? - громко спрашивает, руки на груди складывая, испепеляя Минчума взглядом сощуренных глаз. - Что случилось, Филлип? Почему тебе нужно за мной следить и находиться рядом? - он, кажется, снова забыл о том, что она не дура, и даже за пеленой ярости рассуждать умеет; Доркас все его слова про себя повторяет и наконец понимает, что он не договаривает самое важное, вновь за бортом её оставляя. - За мной кто-то охотится? Кто-то из тех, кто напал на твоего отца? - она за самую правдивую историю цепляется, нити тянет, пытаясь клубок развязать, и на Филлипа теперь сама давит. - Ты снова забыл, что я аврор, и могу за себя постоять? Или о том, что меня могут убить в любую секунду, потому что я выполняю свою работу хорошо, тоже забыл? - не замечает, как некоторые слова из-за нервов на испанском произносит // она вновь на него голос повышает, потому что в няньке не нуждается, а в охране тем более. Она боевой магией может и не владеет так, как Аластор, Фрэнк или Марлин, но на поле боя с ними плечом к плечу стояла и отбивалась всегда; она перед ним сейчас живая стоит, хотя стольких за решётку упекла, врагов себе наживая, и от авад уворачивалась. - Объясни мне немедленно, что происходит, иначе я вышвырну тебя отсюда и приложу Конфундусом, - кому, как не ему, знать о том, что это заклинание у неё мощным всегда выходит; Доркас терпение теряет и снова к двери рвётся, чтобы вниз выбежать и в его вещах покопаться, но он ей выйти не даёт, заставляет вновь руки из-под его ладоней выдёргивать. - Да Мерлин тебя раздери, Филлип, я не маленький ребёнок и не твоя собственность, чтобы ты со мной себя так вёл, - взрывается вновь, угрозы его вспоминает и как в глазах огонь загорался, когда орать начинал. - Я имею право знать, что происходит, и уж точно имею право на объяснение, какого чёрта ты решил жить у меня дома, - она ему в грудь пальцем тычет, потому что он её бесит невыносимо; она бы с радостью сейчас ему больно в ответ сделала, потому что одна страдать устала.
Но знает, что не сможет; потому выжидающий взгляд на него устремляет, уже зная заранее, что если он снова увильнуть попытается, палочку к себе призовёт и обязательно ему покажет, кого ещё в этой комнате защищать надо.

+3

24

https://i.imgur.com/qbOYtdD.gif https://i.imgur.com/u0nVHnS.gif

agnes rosier
[1950, слизерин'68, св. мунго, пс; —// внешность: katie mcgrath]

[indent]  [indent] давай ты будешь колдомедиком, лечащим ментальные расстройства, в том числе депрессии и птср?
[indent] доркас обратилась за помощью в 78 году, когда уже совсем невмоготу стало от навязчивых идей, бессонницы и нежелания вставать с постели. агнес не раз встречала в кресле напротив авроров, борющихся с проблемами из-за войны, уже не на пятки наступающей, а сидящей нагло на плечах. но доркас для неё стала находкой - аврорка, всю себя отдающая работе, пришла за помощью не только из-за происходящего в стране, но и разбитого сердца.
[indent] агнес зацепилась за историю доркас, потому что той нужна была помощь не только словесная: она назначает ей лечение антидепрессантами, но дозировку рассчитывает ей не самую верную. мэдоуз становится легче, а розье её не отпускает - ей нравится держать на поводке девушку, иметь возможность участвовать в войне не только сидя в своём кабинете за разговорами с глупыми людьми.
[indent] только агнес не рассчитывает, что доркас и сама в итоге с лечения слезет за более активной поддержкой; она замечает, что мэдоуз на занятия приходить перестаёт, и следит за ней с интересом, но близко подобраться не может. уж кому, как не ей, знать, что даже с проблемами и склянками в карманах, доркас всё ещё может оказаться для неё опасна - потому агнес пользуется случаем, когда аврорат отправляет доркас в мае на реабилитацию.


я очень резко и совершенно случайно придумала этот сюжет, поэтому вышло сумбурно и явно непонятно, простите извините.
но мне в любом случае нужен лечащий колдомедик, который наблюдал первое время дору и назначал лечение: потом она соскочила и нашла успокоение в чём-то потяжелее, но может и агнес к этому приложила руку? или она не знает о том, что доркас сидит на зельях с психотропными травами?
и что она могла сделать, пока доркас изредка, но всё же посещала реабилитацию, чтобы вернуться к работе?
в общем, навертеть можем много, давай приходи, я жду https://i.imgur.com/pvsSvBJ.jpg

пример вашего поста

d  o  n'  t    t  u  r  n    a  w  a  y
d  o  n'  t    t  r  y    t  o    h  i  d  e

don't close your eyes
i can stop the pain if i will it all away

Доркас никогда слабой не была и страха другим не показывала: ни в далёком детстве, когда чудом жертвой оборотня не стала, ни в Хогвартсе, когда насмешкам однокурсников подвергалась из-за шрама на щеке, ни в академии, когда от бессилия на маты оседала после изнурительной тренировки, ни на заданиях, где лицом к лицу с Пожирателями сталкивалась и от авады уворачивалась. Доркас росла сильной и умеющей смелость проявлять даже в те секунды, когда хотелось разрыдаться у кого-нибудь на плече, но с одним своим страхом - самым главным - справиться не могла. Она в бессилии кулаки сжимала, себя ненавидя за иррациональное желание остолбенеть и глаза от ужаса расширить; она пыталась научить себя не бояться и с боггартом наедине оставалась, в ярко-желтые глаза хищника из далёкого детства смотрела, но каждый раз ощущала жар по всему телу, сжигающий внутренности и её саму изнутри. Она слабости показывать ненавидит и старательно их прячет, но как только разговор об оборотнях заходит, себя порой контролирует с огромным трудом; Дора мечтает перестать назад оглядываться и наконец плечи выпрямить, со своим страхом встречаясь наедине, но каждый раз ей чего-то не хватает.
Каждый раз, когда она берёт себя в руки, что-то мешает, обязательно новую картинку подкидывая; она по шраму пальцами проводит, подушечками выпуклость на коже ощущает, и надеется, что когда-нибудь она на горло оборотню наступит и сможет свой страх преодолеть.
Потому что Доркас бояться не хочет, как не хочет напиваться до беспамятства и пополнять запасы зелья; как не хочет от Филлипа каждый раз отскакивать и вспоминать не те тысячи приятных, хороших воспоминаний, а одно-единственное, всё собой затмевающее. Она хотела бы не видеть в нём того монстра из детства, разодравшего на её глазах мальчика, а после полоснувшего когтем её лицо; она себя умоляла в нём не видеть монстра, потому что верила, что Минчум не такой, но всё равно продолжала шарахаться и шипеть агрессивно в ответ на любую попытку с ней ближе быть.
Доркас себя за это ненавидит; и его, наверно, тоже - но это слово слишком сильное, оно всю суть её витиеватых и наполненных бесконечными размышлениями чувств не передадут.
Но Филлип хочет, чтобы она его ненавидела; Доркас, пожалуй, понять бы его могла, но не хочет.

Поэтому в очередной раз с провалом в памяти просыпается и агрессивно на Минчума реагирует, возле себя замечая. Доркас слабой быть перед ним ненавидит - она не хочет, чтобы он в очередной раз с ней возился и на свет вытягивал, она хочет, чтобы он перестал наконец её мучить и приходить в её жизнь каждый раз, как она только учится без него быть.
А Мэдоуз училась долго: пожалуй, до сих пор у неё не получается стать той самой независимой и сильной, потому что склянки на полу вряд ли об успехах говорят. Она ему никогда не расскажет, как тяжело ей было, как она ночами ворочалась и уснуть одна не могла, как с удивлением замечала, что мелкие, бытовые вещи она выполнять не умеет, как в ванной могла разрыдаться от взгляда на стакан с одной зубной щёткой. Она ему никогда не расскажет, как хотела несколько раз забыть о том, что видела, и к нему в дверь постучать, попросить обнять и не заводить разговор больше о том полнолунии никогда. Ему этого знать необязательно: снова слабость, снова неумение быть одной, снова ощущение одиночества и злоба внутри на то, что он своей тайной им обоим жизнь сломал.
Дора не прозорливая, когда дело эмоций касается, но ей не кажется, что Филлип счастлив настолько, как он это показывает; когда она начала к нему присматриваться после долгого отрицания его существования для себя в принципе, поняла, что храбрится он больше положенного, а рядом с ней оказывается чаще, чем нужно. Она не верит, что он ещё к ней испытывает что-то, - не после тех слов, что она ему наговорила, не после стольких лет порознь, - но она верит, что он себя обязанным считает, потому рядом оказывается, когда ноги не держат, а зелье слишком сильно в голову ударяет. Только Дора от этого устала: от вечной беготни и игр в кошки-мышки; она попыталась найти в себе силы не держать его на расстоянии, рядом оказаться - он же хотел этого, нет разве? - и хотя бы друзьями попытаться стать, но Минчум всё перечёркивает, её от себя отталкивая с силой.
Он будит в ней все страхи, которые она так усиленно убить пытается, а теперь вновь рядом с ней оказывается, требуя не просто пары минут, а в её доме обосновываясь и не собираясь даже слушать её гневное сопротивление.

Доркас ломается вновь; она себя ненавидит - за каждый градус повышающейся ненависти к себе новым глотком зелья себя награждает - и вновь оказывается там, где и всегда. Только Фил в этот раз тихо не уходит, а продолжает взглядом её сверлить, и Доркас понимать перестаёт совершенно происходящее.
У неё картинка в голове не складывается, а слова уже кончаются - она как попугай одно и то же ему повторяет, а он как идиот каждый раз её не слушает. Так и стоят, так и не могут друг до друга достучаться; первой всегда Доркас психует и разворачивается, убегает как можно дальше - так проще, когда его рядом нет, себя в чувство привести и перестать думать о том, чего нет. Сейчас Доркас злее обычного, сейчас она ему продохнуть не даёт, потому что он её выкинул из своей жизни нагло, потому что он её сломал в очередной раз, а сейчас она об этом забыть должна и подчиниться. Должна забыть о том, как он её чувства в грязь втоптал, потому что она в январе себе позволила думать, что к нему где-то в душе теплота осталась; должна забыть о том, как он её унизил, к стене прижимая, а потом ушёл и больше не появлялся. Доркас себя устала находить в истерике или депрессии, устала на него затравленно смотреть и пытаться очередную загадку разгадать.
Она просто устала - жутко, мать вашу, невыносимо, - и сейчас хочет одного; но Фил, по всей видимости, совершенно другого.
Взглядом неотрывно за Минчумом следит, когда он к ней приближается и лямку оттягивает; сразу думать начинает, что хреновой идеей было  свитер снимать и предлагать ему то, что она переживёт с трудом. Но она забывает о том, что он не плохой человек, - хоть и пытается обратное доказать, - потому не дёргается даже почти, когда он на неё свитер обратно надевает, только упрямо его одёргивает ещё раз, и продолжает затравленно на него смотреть, на свои остальные вопросы ответов ожидая.
Но слышит полную чушь - она глаза закатывает, потому что сдвинуться с места не может, он её приколачивает и собой закрывает, а Дора только сглатывает нервно, потому что такая близость ей напоминает о том, как он к ней ночью тогда ворвался; но Дора повторения не хочет и к губам его не потянется - разве что оплеуху дать захочет и случайно по лицу попадёт. Она хочет личные границы выстроить и расстояние держать, потому что ей так проще себя контролировать, да и его тоже - она может среагировать на любой выпад, что он выдумает, потому что у Минчума тормозов совсем не осталось, судя по его действиям и словам. Его хриплый голос Мэдоуз бесит - как и он сам, начиная со своего красивого лица и заканчивая идеальной фигурой; сложно видеть монстра в человеке, которого идеальным буквально считала несколько лет. Её бесит, что он вновь ведёт себя так, будто она его игрушка или собственность, а значит, ему позволено всё, что угодно; Мэдоуз закипает и идти на попятную не собирается, выдыхает с облегчением, когда он отодвигается.

[float=right]https://i.imgur.com/RiqeDRU.gif[/float]- Ты рехнулся? - она громко выкрикивает вновь - чёрт возьми, она голос повышать не любит и себя спокойной считает, но сейчас от расслабления ни следа не осталось; как и следов зелья в её организме // очень жаль, чёрт возьми. - Что за чушь ты городишь, Филлип, какое дело? Какой месяц под одной крышей? Ты знаешь, что преследование другого человека - уголовно наказуемо? - она заводится ни на шутку и ни какие просьбы послушать не реагирует, потому что слушать она устала.
Ей, как никому другому, известно, как красиво он говорить умеет; она на его ложь велась долгие пять лет и каждый раз ему удавалось её уболтать, но сейчас она ни единому его слову не поверит. Не тем, где он правду укрывает и пытается заставить её принять как данность тот факт, что ей по утрам придётся с ним на кухне сталкиваться.
- Не собираюсь я слушать твой бред, пока ты мне не объяснишь, какого чёрта решил притащиться и жить у меня! - она видит, как он закипает, как про себя считает, чтобы не броситься агрессивным зверем в нападение, но ей плевать; он сам виноват в том, что делает, и в том, как она на это реагирует.
У Доркас в голове не укладывается, что его к ней на порог привело и заставило на диване обосноваться; и она смиряться с этим не собирается, потому что учится быть без него - а с ним рядом этого никак не получится. Доре это всё надоело - она хочет уйти, а не выслушивать его крик, но он дверь запирает и выйти ей не даёт, на что она возмущённо назад дёргается, и хочет уже рот открыть, чтобы его вновь агрессией обдать.
[float=left]https://i.imgur.com/27UeuoK.gif[/float]Только Мэдоуз совершенно не ожидает, что Минчум голос повысить тоже может; она на месте замирает, когда он с итальянского на английский возвращается и срывается на неё, кажется, впервые. Доркас замолкает мгновенно, от страха съёжившись, но всё ещё со злостью в глазах на него смотрит; да какого чёрта происходит?
- Думаешь, этого мало? - откликается тихо, усмехнувшись невесело; одной этой лжи про ликантропию хватило для того, чтобы её пополам разрубить и так и не дать рубцам зажить. Да, он прав, что никогда её не трогал и от боли оберегал; но про один маленький факт забыл, вынудил её увидеть то, чего она видеть никогда не должна была, и теперь считает, что имеет право стоять в её комнате и орать на неё. - Или думаешь, мне тебя ненавидеть нравится? Напиваться и не помнить целый вечер, просыпаться с гудящей головой? - вкрадчиво спрашивает, резонируя ярко с его повышенным голосом, даже шаг вперёд делает, внимательно в его лицо смотря.

Фил для неё с новой стороны открывается - неизведанной ранее - Доркас вновь на его крик шугается, дёргается и чуть ли не хватается за палочку; с обидой смотрит на него, когда он её идиоткой зовёт, и глаза щурит, потому что она его не обвиняет в том, что он ей говорит. Она вряд ли подумать могла, что Фил к ней прикоснётся или убьёт, потому что как бы он не думал, чудовищем она его не считает; она боится другого совсем и ему это известно.
Но сейчас Доркас замечает изменения в его лице, видит, как он успокоиться пытается, а после - угрожает, и Дора теряется окончательно, совершенно перестав происходящее понимать. Он себя ведёт по-новому, не так, как Мэдоуз привыкла, и её к месту пригвождает от того, как он слова выбирает и как давит на то, что обсуждению его переезд не обсуждается.
Доркас резко глаза расширяет и голову вскидывает, смотря на него с осознанием; она к нему шаг делает, расстояние между ними разрывая нацелено, и рядом с ним замирает, в тёмные глаза смотря требовательно.
- Что происходит? - громко спрашивает, руки на груди складывая, испепеляя Минчума взглядом сощуренных глаз. - Что случилось, Филлип? Почему тебе нужно за мной следить и находиться рядом? - он, кажется, снова забыл о том, что она не дура, и даже за пеленой ярости рассуждать умеет; Доркас все его слова про себя повторяет и наконец понимает, что он не договаривает самое важное, вновь за бортом её оставляя. - За мной кто-то охотится? Кто-то из тех, кто напал на твоего отца? - она за самую правдивую историю цепляется, нити тянет, пытаясь клубок развязать, и на Филлипа теперь сама давит. - Ты снова забыл, что я аврор, и могу за себя постоять? Или о том, что меня могут убить в любую секунду, потому что я выполняю свою работу хорошо, тоже забыл? - не замечает, как некоторые слова из-за нервов на испанском произносит // она вновь на него голос повышает, потому что в няньке не нуждается, а в охране тем более. Она боевой магией может и не владеет так, как Аластор, Фрэнк или Марлин, но на поле боя с ними плечом к плечу стояла и отбивалась всегда; она перед ним сейчас живая стоит, хотя стольких за решётку упекла, врагов себе наживая, и от авад уворачивалась. - Объясни мне немедленно, что происходит, иначе я вышвырну тебя отсюда и приложу Конфундусом, - кому, как не ему, знать о том, что это заклинание у неё мощным всегда выходит; Доркас терпение теряет и снова к двери рвётся, чтобы вниз выбежать и в его вещах покопаться, но он ей выйти не даёт, заставляет вновь руки из-под его ладоней выдёргивать. - Да Мерлин тебя раздери, Филлип, я не маленький ребёнок и не твоя собственность, чтобы ты со мной себя так вёл, - взрывается вновь, угрозы его вспоминает и как в глазах огонь загорался, когда орать начинал. - Я имею право знать, что происходит, и уж точно имею право на объяснение, какого чёрта ты решил жить у меня дома, - она ему в грудь пальцем тычет, потому что он её бесит невыносимо; она бы с радостью сейчас ему больно в ответ сделала, потому что одна страдать устала.
Но знает, что не сможет; потому выжидающий взгляд на него устремляет, уже зная заранее, что если он снова увильнуть попытается, палочку к себе призовёт и обязательно ему покажет, кого ещё в этой комнате защищать надо.

+3

25

https://i.imgur.com/xLszSVB.gif https://i.imgur.com/qLESgnb.gif

fenrir greyback
[±1940, death eaters; —// внешность: travis fimmel]


» when I wake up,  I'm afraid
SOMEBODY ELSE MIGHT TAKE MY PLACE


у тебя шрамы, выцветшие, по всему лицу; грубые руки и запекшаяся кровь под ногтями. у тебя нет ориентира, ты скитаешься по миру, чтобы выжить // или чтобы тот самый смысл найти. я понятия не имею, почему ты такой и откуда ты взялся, но на вопросы ты не отвечаешь. я тебе приношу лекарства, а ты это смешным находить: "от мужа сбегаешь ради того, чтобы здесь прятаться?"
тебе одному мой секрет известен, а я тебя своей еще одной тайной делаю, когда в пещере прячу и прикрываю вход хвойными ветками. прошу тебя не приближаться к драконам, но одного ты все-таки ранишь, из-за чего я перестаю с тобой общаться. а тебе все равно - если не я, найдется другой человек, который поможет и принесет корку хлеба. фенрир, кто ты такой и зачем пытаешься осесть в англии? неужели темный лорд может дать того, чего достичь своим пренебрежением не может?
[indent]  [indent]  [indent] у тебя черное и белое смешиваются в серое // нет правил, нет ограничений. кто тебя останавливает и почему ты, грейбэк, продолжаешь появляться на заданиях пожирателей смерти?


- ой, в общем, вообще все равно, какой у тебя характер, кто ты, почему ты, зачем ты - просто приходи! очень хочу фенрира видеть и, наверное, фиммел (или момоа) классно смотрелся бы на нем. мне бы хотелось сохранить отношения между ним и джо, где джо понятия не имеет, кто такие оборотни, а фенриру все равно, что она там думает, лишь бы приносила поесть и помогала, когда было нужно.
- со всем поддержу, везде уведу, со всеми познакомлю
- приходи, оставайся!

пример вашего поста

looks at her average life
and nothing has been alright

[indent]  [indent] Джорджиа никогда не гасит свечи в комнате. Она перед сном наблюдает за тенями, что после себя пламя на стенах рисует. В одной замечает дракона, в другой - войну, а третью долго разглядывает и на постели садится удобнее, затылком в стену утыкаясь. Края у тени неровные, она то и дело скачет от потолка и до стола напротив, а Слагхорн, сама того не замечая, улыбаться начинает, наблюдая за этим. Свеча, кажется, не двигается, зато тот самый отпечаток, по которому можно, наверное, будущее прочитать, места себе найти не может. Джо любила когда-то прорицания, пока не растеряла интерес к изучению чего-то непонятного. В Хогвартсе легко можно было отказаться от одного и перейти к другому: сменить клуб или поссориться с лучшими друзьями. Сейчас же Слагхорн связана обещаниями и обязанностями. Порой создается впечатление, будто бы она в очередной клетке оказывается, из которой сбежать не получится, даже если очень попытаться.
Чем дольше она на тень смотрит, тем отчетливее в ней различает волнистые волосы, обрамляющие лицо. Они небрежно переброшены на одну сторону, чтобы не мешали заполнять документы. Между бровей Джорджиа замечает складку — отблеск из окна, сквозь которое все еще виднеется небольшая луна. Еще немного // совсем чуть-чуть // и она в силуэте на стене различает Пайпер.

[indent]  [indent] Эта мысль заставляет ее свечу затушить и впервые за последние четыре года заснуть в темноте.

[indent]  [indent] Слагхорн никогда себя хорошим человеком не считала: она словно возвращается в Гойл-мэнор, чтобы сквозь кусты терновника пробежать до леса. Правда лабиринт каждый раз увеличивается и запутывается все сильнее. Джорджиа ни за что ухватиться не может — она теперь понятия не имеет, кем является. Сара Рэндалл, которой боль подобная не знакома, больше не примеряется на воспоминания, что Пайпер собой на поверхность вытаскивает. Она на МакФасти смотрит и не может больше улыбку на губах растянуть, потому что перед глазами тот самый ужин на седьмом курсе, его пальцы на ее колене под столом и радостные крики со стола Гриффиндора. Насколько Джо было плохо, настолько же боли она приносила Пайпс всеми возможными способами. Пусть даже безобидная шутка с окрашиванием волос — все равно легче дышать становилось. Ей за это стыдно иногда бывает // особенно, когда Пайпер себя профессионально ведет и, кажется, старается позади оставить то, что их в Хогвартсе связывало. Джорджии не нравится, что подобное ее задевает. Она все чаще угрюмо в ее сторону смотрит, надеясь хотя бы чем-то спровоцировать злость или недовольство, но как бы сильно ни пыталась, МакФасти не поддается дрессировке.

[indent]  [indent] Ее работа сводится теперь к попыткам избежать компании Пайпер. Она кажется вездесущей: куда бы Джорджиа ни пошла, везде то разговоры про нее, то она сама. Слагхорн краем уха слышит, что МакФасти была замужем, но о большем никто не распространяется. Разговорить даже завсегдатаев бара не получается, сколько бы Джо ни покупала им выпивки, потому что: — а тебе-то что? — отрезвляет похлеще прохладного душа, под которым Джорджиа прячется после до самой полуночи.

[indent]  [indent] Она на задание собирается с четырех утра: просыпается слишком рано. В голове кавардак, но Слагхорн уже успевает к этому привыкнуть. Когда-то удавалось отдохнуть от своих же страхов, представившись Рэндалл, теперь же любые попытки заканчиваются испорченным настроением. Джорджиа себя не любит // она себя знать не хочет, потому что в ее имени один лишь шепот, шипящий, недовольный и тяжёлый. Он пробегается холодом по позвоночнику и оставляет после себя дрожь в пальцах, которые то и дело приходится сжимать в кулаки и разжимать тут же, чтобы размять и не дать страху дальше распространиться. Спустя мгновение ей начинает чудиться ментоловый запах и аромат его духов // тут же Слагхорн открывает окно нараспашку и из него высовывается, чтобы свежего воздуха вдохнуть и наваждение с себя сбросить.

[indent]  [indent] Пайпер своим существованием Джорджии каждый раз напоминает, кем она была и кем осталась, как далеко бы ни бежала. Если бы не сошедший с ума Аттикус, он бы наверняка ее смог найти даже тут. Очередное утро с краснеющим горизонтом не приносит с собой успокоения, и Слагхорн поправляет рюкзак, выдвигаясь к месту сбора.

[indent]  [indent] Она могла бы из заповедника уехать и скрыться в другом месте, но все не так просто. Хотя, наверное, проще уже некуда. Другое дело, что Джо не хочет пытаться скрыться в очередной раз. Сдалась она или, наоборот, осмелела — непонятно, а она шагу прибавляет, чтобы не опоздать и не вызвать очередной шквал недовольства старшего МакФасти.
Работать на эту семью оказывается не то чтобы сложно, скорее — душевно. Это самое чувство Слагхорн и пугает, наверное, сильнее всего. Они подходят к заповеднику с любовью, они семьей зовут всех, кто причастен к общему делу, и даже Джо, порой, обнимать пытаются, а она шипами тут же обрастает, с каждым разом все хуже их скрывая под дружелюбностью Сары.

[indent]  [indent] Она игнорирует Пайпер, которая на каждом задании с нее взгляда не сводит, словно ожидая, что Джорджиа снова кого-то вверх ногами подвесит и заставит выплевать слизней. — Привет, — здоровается с Дайтаном, забирая дневник, в котором последние наблюдения за длиннорогом. Слагхорн находит его парой месяцев назад и только недавно выпускает на волю. Привязанность к драконами — худшее, что может случиться с драконоборцем, поэтому Джо выбирает дорогу драконолога. Она пробегается по записям и довольно прячет дневник в рюкзак.
На Джурре замечено три особи, говорят, женские, — объясняет Дайтон, раздавая присутствующим склянки, которыми они должны смочить экипировку на всякий случай. — Прилетели с юга, возможно, двинутся к северу. Нужно удержать, иначе Министерство снова попытается вмешаться, — Слагхорн кивает, передавая противоожоговую мазь дальше по кругу и отмечая, что драконологи делятся по группам: — Пайпер с Сарой, — Джо губы поджимает, но ни слова против не говорит — права не имеет себя дискредитировать. Она обещает Пайпер соблюдать правила, а общения Джорджиа в последнее время старается исполнять.

[float=right]https://i.imgur.com/7HqunxG.gif[/float] [indent]  [indent] Когда все разбирают порт-ключи и отправляются ко своим подопечным, Джо ладони друг о друга потирает, дожидаясь, пока Пайпер сама что-то скажет. Но она сохраняет молчание, а Слагхорн с омерзением осознает, как четко вчера тени свечи изобразили линии ее лица.
— Так и будешь медлить? — толкает ее в сторону, злясь скорее на саму себя // и на то, что ни черта не понимает. Джоржиа осторожно касается порт-ключа, протягивая вторую часть палки Пайпер: — Мерлин, ты можешь перестать копошиться? Туда и обратно, большего от тебя не требуется, — ей нужно быть учтивее, ей нужно молчать и не заставлять щеки МакФасти краснеть от гнева, только вот не получается, только вот заебала.
— МакФасти, не раздражай меня с самого утра, — тянется за ее рукой и, цепко перехватив запястье, тянет к порт-ключу.
                   смотри, Аттикус, смотри.

[indent]  [indent] Джо губы закусывает изнутри, когда осознает, на кого в этот самый момент оказывается похожей, а потом в сторону выдыхает и наконец глаза закрывает в трансгрессии.

+4

26

https://i.imgur.com/Awcfn9J.gif https://i.imgur.com/FmNDmgy.gif

davey gudgeon
[1954-1955, hufflepuff'73, gringotts, de or op; —// robert pattinson]

[indent] «дейви, ты придурок. я же сказала тебе, что не хочу проверять, что охраняет гремучая ива. и что, что она там неспроста стоит? какая разница? пусть растет себе, зато тебя не трогает и тварей из запретного леса не пропускает. дейви, ну, дейв!»
ты отделался практически выцарапанным глазом, переломанными конечностями и бесчисленным количеством синяков. эту картинку из своей памяти я выбить не смогу даже, если попытаюсь воспользоваться обливейтом. после этого случая даже перестала с тобой общаться на несколько дней, потому что твоя беспечность однажды приведет к серьезным последствиям, дурак.
тем не менее ты оклемался, на ноги снова встал, магию еще больше полюбил и дальше двинулся. ты, вроде как, парень умный, но чудесами волшебства настолько вдохновлен, что, порой, забываешь банально подумать. пока я пошла в колдомедсестры (а потом и в журналисты), ты вызвался в ликвидатора проклятий в гринготтс. там дракона видел, с гоблинами ссорился и находил на свою голову проблем. дейв, честное слово, может ты перестанешь? нет, ты не сможешь вернуть потерянную сестру некромантией.
[indent] нет, это не так работает, дейв, перестань.


- увидела паттинсона @ вспомнила, что его тут нет @ дейви тоже нет = коктейль получился вкусный
- дейви - это канон, но если не хочешь быть парнем, которого поцарапала гремучая ива, то найдем тебе другое имя. амос диггори тоже хорошо подходит, кстати!
- вся история на твое усмотрение, потерянная сестра - опция, которая добавит стекла, можешь ее найти, если вдруг нужна арка редемпшена с:
- приходи и развивайся в разные стороны, помогу со всем https://i.imgur.com/0CWVuti.png

пример вашего поста

tell me i'm worthless
i'll tell you your right

[indent]  [indent] Ей происходящее кажется невозможным. Она к нему подходит в первый раз, потому что хочет ближе быть и все тайны разведать, а вместо этого себя лишь путает и в ловушке оказывается. Эсме на Малкольма снизу вверх смотрит, речь его слушает, а сама взгляда оторвать от лица его не может / влюбилась ли или просто привыкла и прижилась — ответить очень просто. Она к руке тянется, пальцев его своими касаясь, и тут же улыбнуться проще становится, не закрыться, как обычно, а собой остаться. Они гуляют чаще и больше, иногда она уговаривает дома остаться, фильмы разные находит, галлеоны бережно откладывает, потому что нет возможности на пустые траты. Кэссиди себя с ним спокойнее чувствует и, наверное, оттого так теперь отчаянно пытается себя от него отодрать. Совместный праздник — это одно, Рождество с родителями — совсем другое. Они словно попадают в мир, где нет войны, где нет переживаний и Статута Секретности, который все усилия ее перечеркивает.

[indent]  [indent] Если бы не дело, которое на Эсме завели, Мэл хоть когда-нибудь бы в ее сторону посмотрел? Этот вопрос ее мучает по ночам, и она себя за это ненавидит, ногтями в ладони впивается, дышать начинает глубже, потому что до знакомства с ним никогда до таких глупостей не доходила. Но теперь пытается себя мысленно с кем-то сравнить, где-то выглядеть чуть лучше, чем обычно, о МакГонагалле позаботится, чтобы не только он к ней внимание проявлял. Кэссиди, возможно, правда влюбилась, и эта мысль ее пугает, она ее в оцепенение вводит. Они по улице идут и домой обратно спешат: слишком холодно и морозно, но дети громко и заливисто смеются, а она на шаг назад отходит, когда Мэл вдруг решает поиграть в снежки. Эсме никогда его с детьми не видела, неловко сначала взгляд отводит в сторону, чтобы никто не заметил, что на губах улыбка появляется, искренняя и радостная. Он с ними осторожен и азартен, внимание к себе привлекает, скучать не дает и каждого успевает упомянуть, чтобы вдруг не задеть чьи-то чувства. Кэссиди хочется верить, что МакГонагалл — хороший человек, что он поймет, почему она так поступила, что с отцом познакомится и решит не двигать дело дальше. Она в его сторону смотрит, чуть погодя, подмечая, что он, кажется, вообще о магии как таковой забыл, в дебаты вступая на церковные темы.
У нее на душе впервые за несколько лет появляется то самое чувство, которым все детство пропитано: аромат мандарин, сочных и немного кисловатых, колкий мороз и громкие визги, не беспокоящие никого вокруг, ведь все своим делом заняты — все отдыхают. Ей не хватает рядом Уайатта, который Малкольма бы не оставил в одиночестве с несколькими детьми. Она руки прячет в карманах пальто, а потом пятится от летящего в нее снежка. Немного магии, и снежок ее облетает и падает на землю, а Эсме уже палец указательный к губам прижимает, чтобы никто ничего про магию не говорил.

[indent]  [indent] Она мальчика за руку берет, когда они обратно возвращаются и нагоняют родителей. Возможно, вся жизнь такой должна быть: веселой, громкой, полной непринужденности. Дети же вновь подлянку устроят, и обоих в снег сбросят, потому что «старикам слово не давали». Кэссиди впервые — черт возьми за сколько лет — забудет и о том, что она грязнокровка среди остальных, и о том, что денег у ее семьи не так много, чтобы учебники новые покупать, и о болезни отца, и о муках совести, что каждый раз в голове появляются, стоит ей только с МакГонагаллом взгляд разделить. Она улыбается и смеется так громко, что даже кашлять начинает, когда в дом, прогретый, вбегает и на пороге от снега отряхиваться начинает. Изабель уже командует всеми: Эсме согласно кивает и наверх взбегает по лестнице, ладони красные друг о друга растирая и дыша на них.

[indent]  [indent] Очевидно, что родители им разные комнаты предоставляют. Кэссиди в коридоре останавливается, чтобы каждую дверь разглядеть — на них имена написаны для гостей, и это почему-то ей на сердце приятным медом растекается. Она замечает, что дом не подвергнут расширяющей магии, что по началу кажется невозможным, ведь уместить столько гостей за раз вряд ли получится. Но потом Эсме подмечает, что только у них с Мэлом раздельные комнаты. Минерва живет в соседней, а Роберт со всем своим дружным семейством напротив нее. Ей неловко таким образом детей стеснять, и она уже за дверью скрывается, чтобы быстро с себя мокрую одежду снять, а потом предложить все-таки ребятам не тесниться и хотя бы кому-то с ней лечь.
Мэл к ней пробирается, когда она успевает свитер новый — по размеру, на удивление, подходящий — надеть. — А стучаться вас не учили? — мокрыми джинсами в него кидает, пока в сумках своих копошится, чтобы другие штаны найти. Кажется, куда проще будет эти высушить, но она обещала родителям, что колдовать не будет. Снежок не считается, все равно никто не видел.
Эсме на корточках сидеть продолжает, пока Малкольм ближе подходит.
— Я точно клала что-то, — бурчит себе под нос, голову потом задирая, когда тот уже совсем рядом оказывается, — молодой человек, а вы тут один? — у нее чересчур хорошее настроение, и Кэссиди себя такой редко помнит. Наверное, потому что большая часть воспоминаний их совместных вечеров окрашивается липкими недоверием и сомнением, от которых никуда не деться. Эсме, может, и хотела бы и дальше так жить: он рядом, она все ближе, он улыбается, а она его в поцелуй вовлекает. Ей не понять, почему все нужно каждый раз усложнять, почему на один камень лжи, она другой накладывает, а потом оглядывается вокруг и замечает, что уже целую стену воздвигла. И как бы сильно ни пыталась дистанцию с Мэлом сохранять, он единственный ее настоящую знает, которая и покричать может, и разрыдаться, но в большей степени промолчать решит.
Кэссиди на него наступает, руками за шею обхватывая и к кровати подводя. Она такие моменты ценит чуть больше, чем все остальное; тайно ото всех складывает воспоминания в коробку, которую никому никогда не покажет, и ему не позволит в нее заглянуть. Эсме его на постель роняет, сверху падая, и, улыбаясь, подбородком утыкается в ладони, которые на груди Мэла складывает. — Прости, что сегодня так нервно себя вела, — вдруг произносит, наверное, чувствуя, что должна и за поезд извиниться, и за то, что в сугроб его скинула возле квартиры в Лондоне. Кэссиди ему ладонью губы накрывает, чтобы ничего не говорил, потому что слышать ничего не хочет — она и так знает, что МакГонагалл сейчас скажет что-то невероятно милое, и ни одно ее слово его эту натренированность не переплюнет.
Им бы друг от друга отойти и одеться быстрее, потому что внизу все ждут, но Эсме отказывается с места сдвигаться, лишние минуты на разговоры не тратя, а целуя его глубже. — Нет, ну, там родители, — хмурится, когда отрывается от губ Мэла, но с него не скатывается, продолжая собой к постели прижимать, потому что говорить можно одно, а делать совсем другое. Кому, как не ей, это знать.
Кэссиди за палочкой все-таки тянется, шурша в сумке и победно ею взмахивая: — подарок на Рождество, — заклинание шепчет, на свитер направляя. Она его еще в Хогвартсе изучает, когда старая мантия начинала по утрам колоться в особо холодную погоду. — Только никому не говори, — уже второй раз правила чужого дома нарушает так же отважно, как делала это со Статутом Секретности. Эсме об этом не думает, когда все-таки с постели встает, слыша тяжелые шаги в коридоре. Попасться родственникам в таком положении да еще и доме священника — не лучшее предложение праздника, поэтому она быстро за джинсами лезет, натягивая их на обе ноги сразу.

[indent]  [indent] [float=right]https://i.imgur.com/uqBMn0v.gif https://i.imgur.com/78lWhUP.gif[/float]— Иди первый, — МакГонагалла к двери подталкивает, сама в зеркало еще раз смотрясь и в порядок себя приводя. Им остается только ужин пережить и подарками обменяться, чтобы наконец спать лечь, а с утра вместе с детьми встречать Санту и считать, как много печений он съел. Ужин проходит тихо и мирно: стол украшен свечами, которые то и дело потухают, но Роберт без лишних слов их снова зажигает, от разговора не отвлекаясь. Эсме умудряется влюбиться в рецепт печеной картошки, и они с матерью долго пытаются разгадать ингредиенты, которые использовала Изабель. Весь секрет, оказывается, был в тмине, о чем Кэссиди увлеченно рассказывает отцу, когда тот интересуются, чем они занимаются. Она успевает наестся еще ко второму блюду, но воспитано пару кусков съедает, больше налегая на глинтвейн.
Спустя полчаса Эсме замечает, что Мэл с Бренданом куда-то отошли: они стоят неподалеку и что-то обсуждают, а он с него внимательного взгляда не сводит. Она кружку на стол ставит, готовясь с места встать как только сможет понять, о чем у них разговор происходит. Отец ладонью по лбу проводит, хмурясь, и она уже спешит к ним в другую сторону гостиной: — что вы здесь делаете? — Брен ей растеряно улыбается и ладони к верху поднимает, тут же скрываясь за елкой и возвращаясь к столу. Эсме на Мэла взгляд переводит, а про себя считает до пяти, чтобы вспомнить, что все хорошо было, что все радостно и мирно было: — почему ты его постоянно в сторону отводишь? — причин может быть масса, но Кэссиди виновата, она крупно виновата, оттого только об одном сразу думает, как только начинает чувствовать, что стоит вмешаться. Она с МакГонагалла требовательного взгляда не сводит, потому что, наверное, хочет раз и навсегда увериться, что никого и ни в чем не подозревает.

Отредактировано Varvara Skryabina (2021-05-29 20:29:44)

+6

27

https://i.imgur.com/OCUeqhB.gif https://i.imgur.com/Ah64AZ3.gif

horace slughorn
[±1913, slytherin, hogwarts, op / de; —// daniel brühl]

ты знаешь, сколько стоит талантливый человек, знаешь, сколько стоит услуга или обещание. никто никогда не задумывался, как ты это узнал. но все-таки расскажи, когда вдруг сообразил, что торговать можно не только вещами, но и информацией?
ты - мой дядя, и я тебя побаиваюсь, потому что ты никогда в хогвартсе не выделял меня среди остальных студентов. мне удалось попасть в твой элитный клуб только на последнем курсе и то, потому что я настояла на том, чтобы на каникулах вместо семейного ужина ты смотрел за тем, как варю то самое лучшее зелье курса.
у тебя младший брат - дурак, его жена - святая женщина, а ты обещаешь, что никогда себя узами брака не свяжешь. я понятия не имею, почему ты вдруг решил, что семья не для тебя, а потом, наверное, понимаю. когда обращаюсь за помощью к родственникам, но в ответ лишь получаю непонимающие взгляды - ты тоже, кстати, лишь плечами пожимаешь: а что ты хотела? объятий и любви?
говорят, война отбирает все самое ценное, не уверена, что у тебя, гораций, есть что-то такое, о чем бы ты жалел. ты когда-нибудь боялся / любил / обещал?


- заявка очень общая, нет никакой определенной идеи для игры, просто хочу дядю на форуме https://i.imgur.com/0CWVuti.png
- внешность сменить можно, но давай обсудим. год рождения - на твое усмотрение. есть большая история семьи твоего младшего брата, если хочешь, прими активное в ней участие. если же не желаешь, то против не буду. занимайся экспериментами, помогай оф или мм - все на твое усмотрение. я в любом случае найду причину для игры, со всем поддержу и все расскажу!
- пишу от 4к от третьего лица, не прошу никакого пробного поста, просто приходи и отдыхай здесь за написанием постов ♥

пример вашего поста

looks at her average life
and nothing has been alright

[indent]  [indent] Джорджиа никогда не гасит свечи в комнате. Она перед сном наблюдает за тенями, что после себя пламя на стенах рисует. В одной замечает дракона, в другой - войну, а третью долго разглядывает и на постели садится удобнее, затылком в стену утыкаясь. Края у тени неровные, она то и дело скачет от потолка и до стола напротив, а Слагхорн, сама того не замечая, улыбаться начинает, наблюдая за этим. Свеча, кажется, не двигается, зато тот самый отпечаток, по которому можно, наверное, будущее прочитать, места себе найти не может. Джо любила когда-то прорицания, пока не растеряла интерес к изучению чего-то непонятного. В Хогвартсе легко можно было отказаться от одного и перейти к другому: сменить клуб или поссориться с лучшими друзьями. Сейчас же Слагхорн связана обещаниями и обязанностями. Порой создается впечатление, будто бы она в очередной клетке оказывается, из которой сбежать не получится, даже если очень попытаться.
Чем дольше она на тень смотрит, тем отчетливее в ней различает волнистые волосы, обрамляющие лицо. Они небрежно переброшены на одну сторону, чтобы не мешали заполнять документы. Между бровей Джорджиа замечает складку — отблеск из окна, сквозь которое все еще виднеется небольшая луна. Еще немного // совсем чуть-чуть // и она в силуэте на стене различает Пайпер.

[indent]  [indent] Эта мысль заставляет ее свечу затушить и впервые за последние четыре года заснуть в темноте.

[indent]  [indent] Слагхорн никогда себя хорошим человеком не считала: она словно возвращается в Гойл-мэнор, чтобы сквозь кусты терновника пробежать до леса. Правда лабиринт каждый раз увеличивается и запутывается все сильнее. Джорджиа ни за что ухватиться не может — она теперь понятия не имеет, кем является. Сара Рэндалл, которой боль подобная не знакома, больше не примеряется на воспоминания, что Пайпер собой на поверхность вытаскивает. Она на МакФасти смотрит и не может больше улыбку на губах растянуть, потому что перед глазами тот самый ужин на седьмом курсе, его пальцы на ее колене под столом и радостные крики со стола Гриффиндора. Насколько Джо было плохо, настолько же боли она приносила Пайпс всеми возможными способами. Пусть даже безобидная шутка с окрашиванием волос — все равно легче дышать становилось. Ей за это стыдно иногда бывает // особенно, когда Пайпер себя профессионально ведет и, кажется, старается позади оставить то, что их в Хогвартсе связывало. Джорджии не нравится, что подобное ее задевает. Она все чаще угрюмо в ее сторону смотрит, надеясь хотя бы чем-то спровоцировать злость или недовольство, но как бы сильно ни пыталась, МакФасти не поддается дрессировке.

[indent]  [indent] Ее работа сводится теперь к попыткам избежать компании Пайпер. Она кажется вездесущей: куда бы Джорджиа ни пошла, везде то разговоры про нее, то она сама. Слагхорн краем уха слышит, что МакФасти была замужем, но о большем никто не распространяется. Разговорить даже завсегдатаев бара не получается, сколько бы Джо ни покупала им выпивки, потому что: — а тебе-то что? — отрезвляет похлеще прохладного душа, под которым Джорджиа прячется после до самой полуночи.

[indent]  [indent] Она на задание собирается с четырех утра: просыпается слишком рано. В голове кавардак, но Слагхорн уже успевает к этому привыкнуть. Когда-то удавалось отдохнуть от своих же страхов, представившись Рэндалл, теперь же любые попытки заканчиваются испорченным настроением. Джорджиа себя не любит // она себя знать не хочет, потому что в ее имени один лишь шепот, шипящий, недовольный и тяжёлый. Он пробегается холодом по позвоночнику и оставляет после себя дрожь в пальцах, которые то и дело приходится сжимать в кулаки и разжимать тут же, чтобы размять и не дать страху дальше распространиться. Спустя мгновение ей начинает чудиться ментоловый запах и аромат его духов // тут же Слагхорн открывает окно нараспашку и из него высовывается, чтобы свежего воздуха вдохнуть и наваждение с себя сбросить.

[indent]  [indent] Пайпер своим существованием Джорджии каждый раз напоминает, кем она была и кем осталась, как далеко бы ни бежала. Если бы не сошедший с ума Аттикус, он бы наверняка ее смог найти даже тут. Очередное утро с краснеющим горизонтом не приносит с собой успокоения, и Слагхорн поправляет рюкзак, выдвигаясь к месту сбора.

[indent]  [indent] Она могла бы из заповедника уехать и скрыться в другом месте, но все не так просто. Хотя, наверное, проще уже некуда. Другое дело, что Джо не хочет пытаться скрыться в очередной раз. Сдалась она или, наоборот, осмелела — непонятно, а она шагу прибавляет, чтобы не опоздать и не вызвать очередной шквал недовольства старшего МакФасти.
Работать на эту семью оказывается не то чтобы сложно, скорее — душевно. Это самое чувство Слагхорн и пугает, наверное, сильнее всего. Они подходят к заповеднику с любовью, они семьей зовут всех, кто причастен к общему делу, и даже Джо, порой, обнимать пытаются, а она шипами тут же обрастает, с каждым разом все хуже их скрывая под дружелюбностью Сары.

[indent]  [indent] Она игнорирует Пайпер, которая на каждом задании с нее взгляда не сводит, словно ожидая, что Джорджиа снова кого-то вверх ногами подвесит и заставит выплевать слизней. — Привет, — здоровается с Дайтаном, забирая дневник, в котором последние наблюдения за длиннорогом. Слагхорн находит его парой месяцев назад и только недавно выпускает на волю. Привязанность к драконами — худшее, что может случиться с драконоборцем, поэтому Джо выбирает дорогу драконолога. Она пробегается по записям и довольно прячет дневник в рюкзак.
На Джурре замечено три особи, говорят, женские, — объясняет Дайтон, раздавая присутствующим склянки, которыми они должны смочить экипировку на всякий случай. — Прилетели с юга, возможно, двинутся к северу. Нужно удержать, иначе Министерство снова попытается вмешаться, — Слагхорн кивает, передавая противоожоговую мазь дальше по кругу и отмечая, что драконологи делятся по группам: — Пайпер с Сарой, — Джо губы поджимает, но ни слова против не говорит — права не имеет себя дискредитировать. Она обещает Пайпер соблюдать правила, а общения Джорджиа в последнее время старается исполнять.

[float=right]https://i.imgur.com/7HqunxG.gif[/float] [indent]  [indent] Когда все разбирают порт-ключи и отправляются ко своим подопечным, Джо ладони друг о друга потирает, дожидаясь, пока Пайпер сама что-то скажет. Но она сохраняет молчание, а Слагхорн с омерзением осознает, как четко вчера тени свечи изобразили линии ее лица.
— Так и будешь медлить? — толкает ее в сторону, злясь скорее на саму себя // и на то, что ни черта не понимает. Джоржиа осторожно касается порт-ключа, протягивая вторую часть палки Пайпер: — Мерлин, ты можешь перестать копошиться? Туда и обратно, большего от тебя не требуется, — ей нужно быть учтивее, ей нужно молчать и не заставлять щеки МакФасти краснеть от гнева, только вот не получается, только вот заебала.
— МакФасти, не раздражай меня с самого утра, — тянется за ее рукой и, цепко перехватив запястье, тянет к порт-ключу.
                   смотри, Аттикус, смотри.

[indent]  [indent] Джо губы закусывает изнутри, когда осознает, на кого в этот самый момент оказывается похожей, а потом в сторону выдыхает и наконец глаза закрывает в трансгрессии.

+5

28

эксперимент по изучению анимагии

https://i.imgur.com/Jr8dB1b.gif

nyla morgan
[1955, S'1973, – ; de// внешность: rose leslie]

[!] чистокровная волшебница
Семья Морган – одна из тех чистокровных, которые поколениями пытаются в закрытый круг пробиться; в число тех фамилий, которые в списке двадцати восьми перечислены, но им вечно не хватает авторитета и связей. Ты намерена это изменить, бьешься с системой всеми способами. Участие в эксперименте ты рассматриваешь как нечто полезное для себя, гадаешь, какой именно твоя анимагическая форма будет: анимагия - дар, которым обладают немногие. Может, именно так тебе, наконец, удасться получить долгожданную метку?

https://i.imgur.com/FYBnTlg.gif

beau byrne
[1955, R'1973, – ; mm// внешность: dane dehaan]

[!] полукровный маг
Ты сам – сотрудник НИИ, тот самый человек, который этот эксперимент, собственно говоря, и предложил, когда один из коллег за обедом небрежно обронил, что превосходство чистокровных – факт неоспоримый. Всю жизнь с этим споришь, сам не знаешь, почему так сильно задевают идиотские предрассудки случайных людей. Кажется, заслуги должны говорить сами за себя – для твоего возраста у тебя резюме ими переполнено. Но хочется еще один факт, еще один укол в сторону давно утвердившихся устоев. Ты поэтому, наверное, готов работать усерднее остальных?

https://i.imgur.com/lGCS5Sr.gif

koby turner
[1955, H'1973, – ; mm// внешность: tyler posey]

[!] магглорожденный маг
Ты всегда был полон любви к авантюрам и приключениям, поэтому, наверное, когда знакомый, работающий в НИИ, рассказывает о ближайшем эксперименте, не особенно долго раздумываешь прежде, чем подписаться. Человек спонтанный, ты пока еще не решил, чем будешь заниматься, когда вырастешь. Может, способности, которые ты разовьешь в себе на этом проекте, станут тем, что поможет тебе найти свой жизненный путь? Впрочем, никто не обещает, что у тебя получится, в конце-концов в списке зарегистрированных анимагов магглорожденных – увы – практически нет.


— персонажи, проходящие по заявке – участники экспериментального проекта НИИ (см. раздел "НИИ" в вакансиях, он располагается в категории косого переулка). персонажи, описанные выше – лишь зарисовки, вы можете вертеть ими по разному – сменить внешность или имя, подкорректировать историю – все, лишь бы нравилось. у данных персонажей важен конкретно статус крови.
— средний размер наших постов – от 4-5к, но все зависит от человека и вдохновения (: приходите, обязательно поможем вам развить историю, обрасти связями и сделать вашего персонажа максимально обалденным!!

+3

29

эксперимент по изучению проблемы сквибов

https://i.imgur.com/UvGgfc3.gif

oakley powell
[1953, – , кафедра истории магии; mm// внешность: bill skarsgеrd]

Тебе повезло (хотя если честно сам ты себя везучим не считаешь) – родители тебя обожали. Долгожданный ребенок у немолодых магов: их не особенно волновал тот факт, что ты не унаследовал их волшебства. Он волновал тебя: всегда чувствуя себя лишним, ты изо всех сил пытался пробиться в мире, который тебя отторгал. Извлек все, что мог из преподавателей, которых родители приглашали на дом, пускай доступна тебе была лишь теория. У сквиба в магическом мире не так много путей: ты выбрал для себя НИИ и, используя семейные связи, устроился на кафедру истории магии. Эксперимент для тебя – нечто личное: ты не дурак, давно отбросил пустые надежды, но может где-то в глубине души продолжаешь ждать чуда – не зря ведь мир, который тебя окружает, зовется магическим?

https://i.imgur.com/e3U12vY.gif

laurence hart
[1942, H'1960, мунго (менябельно); op// внешность: charlie cox]

Твои родители познали на себе все косяки системы: оба были сквибами, оба чувствовали себя ущемленно в мире магии, чуждо – в мире маггловском. Они нашли утешение друг в друге, даже семью создали – твое рождение вынудило их вернуться в мир волшебства (тебе всегда казалось, что они предпочли бы, чтоб магия у тебя не проявлялась). Ты растешь человеком, полным сострадания, что неудивительно, учитывая твою историю. Ты всегда готов помочь любому, кто попросит, наверное, именно поэтому, когда знакомый из НИИ просит принять участие в эксперименте – не раздумываешь ни секунды. Сам ничего не имеешь против сквибов, считаешь, что это система должна меняться, научиться включать их, ассимилировать. Но пока – наверное, достаточно и этих небольших шагов.


— персонажи, проходящие по заявке – участники экспериментального проекта НИИ (см. раздел "НИИ" в вакансиях, он располагается в категории косого переулка). персонажи, описанные выше – лишь зарисовки, вы можете вертеть ими по разному – сменить внешность или имя, подкорректировать историю – все, лишь бы нравилось.
— средний размер наших постов – от 4-5к, но все зависит от человека и вдохновения (: приходите, обязательно поможем вам развить историю, обрасти связями и сделать вашего персонажа максимально обалденным!!

+3

30

эксперимент по возвращению патронуса

https://i.imgur.com/4UU9Yhq.gif

bradley moore
[1955, G'1973, хит-визард; mm// внешность: harry styles]

Ты был хит-визардом (ты и сейчас хит-визард – повторяешь себе и каждому). Использование непростительных заклинаний – прероганива авроров, но ты попал в ситуацию, где другого выбора у тебя просто не было. Суд понял, оправдал, но на тебя использование Авады большое влияние оказало, шоком стало – патронус ты производить не можешь больше. Младший специалист, у тебя большая часть обязанностей зависела от посещения Азкабана, куда теперь – путь закрыт. Тебя не то, чтобы отстранили, но перевели на бумажную работу – неприемлемо совершенно. Для тебя эксперимент уникальной возможностью становится, которую ты упустить не можешь. 

https://i.imgur.com/YkTAqqS.gif

maya walsh
[1951, S'1969, — ; op// внешность: alexandra daddario]

Ты пришла в орден идеалисткой, верящий в нужные идеи, волшебница способная необыкновенно. Ты и теперь взгляды разделяешь все те же, но жизнь заставила тебя растерять всю наивность. Никогда не использовавшая непростительных, пускай и не осуждавшая тех, кто к ним прибегал, ты не ожидала, что патронуса собственного лишишься. Никто не ожидал: светлая и оптимистичная, ты была для такой магии рождена будто бы. Что случилось в твоей жизни? Кто погиб на твоих глазах? Какая бы травма не лишила тебя света, нужного для того, чтобы эти чары произвести, точно известно одно – ты волшебница способная. Ты вернешь то, что твоим было по праву.


— персонажи, проходящие по заявке – участники экспериментального проекта НИИ (см. раздел "НИИ" в вакансиях, он располагается в категории косого переулка). персонажи, описанные выше – лишь зарисовки, вы можете вертеть ими по разному – сменить внешность или имя, подкорректировать историю – все, лишь бы нравилось.
— средний размер наших постов – от 4-5к, но все зависит от человека и вдохновения (: приходите, обязательно поможем вам развить историю, обрасти связями и сделать вашего персонажа максимально обалденным!!

+3

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » finite incantatem » // косой переулок » нужные волшебники